Нейтрал

Глава 5

Я рассеянно смотрела, как Люра, наша служанка, бегает по моей палате, собирая вещи.

Сегодня я не сомкнула глаз.

Даже не пыталась: внутри было странное давление, как будто к моим ногам прицепили булыжник, а затем вместе с ним кинули в море.

Тебе уже ничего не поможет.

— Леди Вериллос за время вашей болезни, будто перенесла сюда весь особняк, — засмеялась Люра. Она была женщиной средних лет, слегка полноватой, довольно миловидной. Работала у нас последние четыре года, и как будто всегда находилась в хорошем расположении духа. Она по-доброму относилась ко мне и не избегала, в отличие от других служанок.

Она приподняла руку, и пыль, скопившаяся на столе, собралась в одну кучу. Это был весьма специфический дар, но очень даже полезный, а иногда и смертельно опасный.

И я сейчас абсолютно серьёзна.

В прошлом году к нам в дом кто-то забрался, и Люра – добросердечная, простодушная хохотушка Люра, – справилась с ним раньше всех натренированных, вымуштрованных охранников отца. Как она это сделала? Насколько я поняла, превратив пыль, скопившуюся в дыхательных путях и лёгких грабителя, в небольшые комочки, которыми после перекрыла вход в бронхи, а затем и в трахею. В итоге воришка стал задыхаться, конечно, она не убила его, а лишь обездвижила, вернув почти сразу же бедолаге возможность дышать, но кто знает, что бы было, если бы не её своевременное вмешательство. В общем, с тех пор Люра пользовалась большим уважением среди домашних.

— А вы, госпожа, здесь надолго задержались. Уже пятый день идёт, — тем временем продолжала Люра, — как, соскучились по дому?

В её голосе слышалась теплая улыбка. Люра была очень участливой и приветливой, поэтому я постаралась скрыть свою вялость и апатию к всему, заменив их чем-то, отдалённо напоминающим радость.

— Не то слово, хочется поскорее очутиться в своей комнате, покушать твоей стряпни.

Люра польщённо засмеялась.

— Как приедем, я тут же вам чего-нибудь приготовлю. Может ваши любимые мафины с молоком? Если бы вы сказали, я бы вам сюда все принесла.

Я чуть было механически не ответила: Ага, как-нибудь в следующий раз. Но вовремя прикусила язык. Прозвучало бы так, словно я планирую стать завсегдатаем больницы. Либо же так, словно я просто не слушала.

И второй вариант, к сожалению, был бесстыдной правдой. Дело не в том, что я считала ниже своего достоинства болтать с прислугой – нет, вовсе нет, – просто я была разбита после бессонной, тревожной ночи, полной терзаний из-за разговора с Сираей. Мне было откровенно стыдно, я чувствовала себя последним человеком, но при этом я все никак не могла заставить себя решиться на перевод в Лисеум, ни разу я не допустила эту мысль всерьёз.

— Кстати, госпожа! — вдруг восторженно воскликнула Люра, на секунду отбросив все дела и развернувшись полностью в мою сторону. — У меня для вас отличные новости, по крайней мере мне кажется, что они вас обрадуют, — она вдруг замешкалась. — Хотя не знаю, я ли должна вам об этом сообщать... Вот кто ж меня за язык тянул, — она с деланной досадой начала отворачиваться, но по комичному выражению лица было понятно, что ей не терпелость мне обо всем поведать.

Я театрально возмутилась:

— Ну, говори, раз начала!

Этого оказалось достаточно. Она демонстротивно вздохнула, мол «‎я сделала все, что было в моих силах, но этот ребёнок меня вынудил», и принялась с удовольствием мне все рассказывать:

— Вчера вечером, к нам пришло письмо от управления Лисеума, — она выдержала драматичную паузу, чтобы мысль осела в моей голове. Я кивнула, давая ей знак продолжать. — В общем, как я поняла, там возникла путаница с документами: какой-то парнишка, невесть зачем, полез, стал разбираться, перепроверять все – выяснилось, что что-то там было не предоставлено или предоставлено, но не в том виде, в котором нужно, — пожала плечами Люра, — в любом случае, суть не в этом... Вашу заявку пересмотрели и отклонили! Вы больше не ученица Лисеума! Не то чтобы вы успели там поучиться, но теперь вам это и не нужно.

Она засмеялась.

Люра стояла и восторженно улыбалась. Вероятнее всего ожидала, что я вот-вот подскочу и стану плясать от счастья. Я и сама это ожидала, но... вместо серии предполагаемых радостных ударов, сердце лишь как-то неприятно сжалось, а булыжник, тянущий меня вниз, стал в много раз тяжелее.

Теперь-то точно все. Теперь я точно не смогу помочь Сирае.

Испытывала ли я хоть толику облегчения от этого, ведь отказ – теперь не только моя прихоть? Нет, не испытывала. Конечно, мне было хорошо от понимания того, что я избежала глобальной катастрофы для своей гордости, но мысли о пропавшем брате Сираи перекрывали с лихвой всю радость.

Казалось я не собиралась помогать, но как только у меня эту возможность забрали, я вдруг почувствовал горькое разочарование.

Неужели подсознательно я все для себя решила: решила, что переведусь? Или просто геройствовать проще, когда в этом уже нет необходимости?

Видимо, моё выражение лица говорило само за себя, потому что Люра вдруг испуганно ойкнула:

— Боже, госпожа! Извините, если эти новости вас опечалили. Лорд Вериллос говорил, что вы сопротивлялись переводу в Лисеум, вот я и решила, что вас обрадует его отмена. Я не знала, что вы наоборот расстроитесь... — бедная Люра вся сжалась, не находя себе место. Было очевидно, что ей неудобно.

Я расстроилась? Я разочарована тем, что потеряла возможность помочь Сирае, но расстроена ли я?

Сил копаться в себе сейчас не было. Я решила, что сделаю это по приезде домой. Поэтому я неловко пожала плечами и как можно более будничным тоном обратилась к Люре:

— Не переживай, все в порядке. Я просто немного устала, — увидев, что её эти слова не сильно успокоили, я поспешила добавить. — Новость разумеется хорошая,  но я и так решила, что не пойду в Лисеум, поэтому меня она и не удивила, и не обрадовала, и не расстроила. Я привыкла к мысли, что так и будет.