Нейтронный болт для офисного планктона

Глава 13. В которой я бегу без оглядки, а дорога приводит меня к неожиданному союзнику

Я бежал. Промзона сменилась спальными районами, потом парком, потом снова промзоной. Ноги сами несли меня вперед, спасая от кошмара, который догнать не мог. В ушах стоял оглушительный гул, и сквозь него пробивался лишь один звук — шипящий шепот Шара.
>> Биологические показатели критические. Уровень кортизола зашкаливает. Остановитесь. Вы не сможете убежать от себя.
— Отвали! — хрипел я, спотыкаясь о бордюр и едва не падая. — Ты… ты знал! Ты должен был предупредить!
>> Данные были заблокированы на глубинном уровне. Ее биосигнатура искусно замаскирована под человеческую. Обнаружение стало возможным только при контакте с технологией того же уровня — оружием стражей.
Я уперся руками в колени, пытаясь отдышаться. Перед глазами плыли пятна. Светящийся гель. Ее испуганное лицо. Слезы. Были ли эти слезы настоящими? Или это тоже была часть программы? Симуляция эмоций для большей достоверности?
— Кто она? — выдохнул я, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Что она?
>> Гипотеза: гибрид. Биоинженерная конструкция на основе человеческой основы с имплантированными чуждыми элементами. Возможно, носитель или агент, не осознающий своей истинной природы. Память могла быть отредактирована.
Гибрид. Носитель. Биоинженерная конструкция. Каждое слово било по мозгам, как молоток. Она была вещью. Продуктом технологий тех, с кем я должен был бороться. И я… я целовал эту вещь. Доверял ей. Любил…
Мысль о любви пронзила меня острой, физической болью. Я согнулся пополам, едва сдерживая рвотный позыв.
>> Обнаружено преследование. Две цели. Наземные. Скорость высокая. Рекомендую укрыться.
Я выпрямился, по спине пробежал ледяной холод. Они нашли меня. Кто? Морваняне? Или… она их навела?
Я рванул в сторону, ныряя в первую же попавшуюся полуразрушенную арку. За ней оказался заброшенный двор, заваленный битым кирпичом и старыми покрышками. Я прижался к сырой стене, пытаясь заглушить свое тяжелое дыхание.
Из-за угла вышли двое. Не плащевые тени из квартиры Вероники. Эти были одеты в форму рабочих ЖКХ, но их движения были такими же плавными и безжизненными. Они шли не глядя по сторонам, их головы были слегка наклонены, словно они ловили некий сигнал.
>> Сканирование… Цели не являются чистыми морванянами. Это ассимилированные люди. Биофабрикаты низкого порядка. Слабее стражей, но численнее.
Они приближались к моему укрытию. Я замер. Зарядов нейтронного болта оставалось два. Но выйти против них означало выдать себя полностью.
Внезапно со стороны улицы раздался оглушительный грохот — звук падающей металлической конструкции. «Рабочие» замерли, их головы повернулись на звук с синхронностью роботов.
Из-за груды мусора появилась фигура. Невысокая, коренастая, в засаленной куртке с капюшоном. В руках она держала то, что выглядело как модифицированный паяльник с мигающими проводами.
— Эй, железяки! — просипел кто-то хриплым, знакомым голосом. — Ищите кого?
«Рабочие» развернулись и двинулись на незнакомца. Тот не стал ждать. Он нажал на кнопку своего устройства, и из его наконечника ударила короткая, яркая дуга электричества. Она не убила ассимилированных, но заставила их замереть и затрепетать, как на экране с помехами.
— Беги, дурак! — крикнул тот же голос мне. — Пока они перезагружаются!
Я не раздумывал. Я выскочил из-за укрытия и рванул через двор к противоположному выходу. Незнакомец бросил в «рабочих» какую-то дымовую шашку и побежал следом за мной.
Мы неслись по лабиринту задних дворов и переулков, пока не выскочили к знакомому до боли месту — старому, заброшенному гаражному кооперативу «Заря». Мой проводник юркнул в один из гаражей, дернул за собой ржавую дверь, и мы оказались в полной темноте.
Послышался щелчок, и загорелась тусклая лампа-переноска, освещая небольшое пространство. Гараж был заставлен старой электроникой, платами, проводами. Пахло паяльной кислотой, маслом и… пирожками.
Проводник сбросил капюшон. Из-под него на меня смотрело знакомое, вечно недовольное лицо с умными, блестящими глазами.
— Баба Катя? — опешил я.
Моя соседка, бдительная хранительница покоя и любительница стучать по батарее, хмыкнула и сунула мне в руки кружку с чем-то горячим и пахнущим спиртом.
— Пей, тряпка. А то щас рухнешь. Вид у тебя, как у приведения мокрого.
Я машинально сделал глоток. В горле загорелось, по телу разлилось тепло.
— Вы… вы кто? Что это было?
— А что было? — она присела на ящик из-под инструментов и достала из духовки, стоявшей в углу, противень с румяными пирожками. — Два зомби хотели тебя поймать. Я им немного подпортила настроение. Делов-то.
Она говорила так, будто объясняла, как починить сломанный чайник.
— Вы знаете, кто они? Что происходит?
— Знаю, — откусила она пирожок. — А кто не знает? Уже месяц как интернет пестрит, да все думают — учения какие-то или соцопрос. А это, выходит, самая что ни на есть реальная оккупация. Только тихая. — Она ткнула пальцем в мой нагрудник. — А это твоя игрушка виновата, наверное? Шум наделала на всю вселенную, вот стервятники и слетелись.
Я остолбенел. Баба Катя не только знала о вторжении, но и, кажется, понимала в нем куда больше меня.
>> Анализ особи «Катя». Обнаружены следы кибернетических имплантов. Уровень технологий: продвинутый, земного происхождения. Вероятность: независимый инженер-изобретатель.
— Вы… вы одна из них? — с ужасом выдохнул я.
— Я-то? — она фыркнула. — Нет, внучок, я сама по себе. Просто старушка, которая любит ковыряться в железяках и не любит, когда всякая нечисть по ее двору шляется. А твоя подружка… — она посмотрела на меня пристально. — С ней что-то не то, да? Чую я это. Не по-людски от нее пахнет. Техногенкой.
При словах о Веронике внутри все снова сжалось.
— У нее… не кровь. Светящаяся…
— Нанороботы, — кивнула Баба Катя, как будто я сказал, что у Вероники насморк. — Регенеративная плазма. Дорогая штука. Значит, не пешка. Ценная единица. Может, даже не знает, кто она на самом деле. Память-то им стирают, ублюдки.
Она говорила так просто, так буднично, что мой ужас начал понемногу отступать, сменяясь острым, жгучим любопытством.
— Кто… кто они? Морваняне?
— Названия ихние мне неведомы, — махнула она рукой. — Но суть ясна. Паразиты. Залезают в мозг через сны, а потом и тело переделывают под себя. Технологии у них сильные, да души нет. Холодные, пустые.
Она встала, подошла к верстаку и сняла с него какой-то прибор, похожий на геодезический штатив с линзами.
— Вот, смотри. Сама собрала. Детектор ихнего излучения. Ищет дыры в реальности, которые они проделывают. Твой мальчик, — она кивнула на мой шар, — правильно вел. Ихний генератор тут, в промзоне. И твой бывший начальник, красавчик Максим, у них на посылках бегает.
Я смотрел на нее, на этот гараж, на приборы, и мир окончательно перевернулся. Моя бдительная, вечно ворчащая соседка оказалась единственным, кто был готов к этому вторжению. Гением-самоучкой, прячущимся в гараже.
— Почему вы… почему вы мне ничего не сказали?
— А ты бы поверил? — она подняла на меня бровь. — Пока сам не увидел бы светящуюся кровь у своей дивчины? Нет. Бегал бы от меня, как от сумасшедшей старухи. А теперь вот прибежал.
Она была права. Абсолютно права.
— Что же мне теперь делать? — спросил я, и в голосе моем слышалась детская беспомощность.
— Что? — Баба Катя сунула мне в руки пирожок с капустой. — Жрать, для начала. Потом — думать. А потом — идти выручать свою ненаглядную. Потому что если она не с ними добровольно, то ей сейчас в сто раз хуже, чем тебе. Ее, наверняка, на перевоспитание поволокли. Или на разборку.
При мысли о том, что с Вероникой могут что-то делать, внутри все похолодело. Неважно, кто она. Она страдала. Она звала меня на помощь. А я убежал.
Я откусил пирожок. Он был вкусным, домашним, пах тем самым миром, который мы пытались спасти.
— Ладно, — выдохнул я. — Говорите, что делать.
Баба Катя улыбнулась своей кривой, беззубой улыбкой.
— Вот теперь разговор пошел. Первым делом, внучок, расскажи мне все, что знает твой шарообразный друг. А потом решим, как нам подорвать эту межгалактическую помойку.