Некоронованная

Глава 5

Сохраняя на лице невозмутимое выражение, Макс старался не обращать внимания на колкости друзей. 
Провал! Самый настоящий провал!!! И это он возомнил себя знатоком девушек? Лузер! О нет, его не просто отшили, его послали куда подальше! 
Вот она, истина! Он не умеет ухаживать! Он не знает, как правильно завести разговор с девушкой! Он, черт подери, даже не знает, как сказать ей, что она ему нравиться! Уже не говоря о том, что бы предложить встречаться! Сегодня Максимус Дюбуа в полной мере ощутил, что должен был чувствовать Венсан два дня назад, и ему стало совестно. 
Что же, теперь ему придется спуститься с небес на землю! 
– Макс, признай, ты в пролете! – толкнул его локтем Эрик. 
– Если я это признаю, вы заткнетесь? – устало поинтересовался молодой человек. 
В ответ парни дружно рассмеялись. 
– Я могу признать все, что хотите, только отцепитесь от меня! Ладно? При желании мне ничего не будет стоить добиться де Боло! – сухо пробормотал Макс, стараясь делать хорошую мину при плохой игре. 
– Добиться? Нет, друг, судя по развитию ваших отношений, я могу сказать, что она прибьет тебя раньше, чем ты ее добьешься! – сочувственно похлопав его по плечу, заключил Венсан. 
– Раз ты такой целеустремленный, то вперед! В бой, мой юный друг! – продекламировал Эрик, с видом полководца указывая вглубь коридора. 
Черт бы побрал эту скверную девчонку! Ну что она забыла возле их аудитории? 
Макс понимал, что смотреть в ее сторону он не должен. И он старался не смотреть, но упрямые глаза словно жили своей жизнью. Они снова и снова устремлялись к рыжей злючке, которая вполоборота стояла у окна и, активно жестикулируя, разговаривала по телефону. 
3азевавшись, Макс налетел на распахнутую дверь, пребольно ударился лбом и вызвал приступ безумного смеха у своих друзей. Сгорая от стыда, он плюхнулся на свое место и пожелал в ближайшее время провалиться под землю. 
Изгрызая кончик ручки, он пытался вслушаться в новую тему, которую диктовала мадам Море. Едва распахнулись двери, молодой человек с ужасом понял, его беды не кончились. С застенчивой улыбкой де Боло продефилировала к преподавателю и что-то тихо ей проговорила. Странно, со своего места Макс удалось рассмотреть аметистовые маргаритки, которые украшали ее колье, но он не смог расслышать ни слова из того, что она говорила. 
– Месье Макдауд присутствует сегодня? – спросила мадам Море, поднимая глаза на аудиторию. 
– Да, я здесь! – ответил побледневший парень в четвертом ряду. 
– Подойдите сюда! – попросила Лидия, и Алек побелел еще больше. 
Как бы Макс ни старался, он все равно не смог понять ни слова из того, о чем они беседовали. Все выглядело крайне загадочно. 
Макдауд и де Боло переглядывались, в этих взглядах сквозила обреченность приговоренных к смерти. Хлопнув в ладоши и как будто тем самым подтверждая приговор, мадам Море повела молодых людей к двери в углу аудитории. 
В этой небольшой комнатушке у нее хранились музыкальные инструменты и прочие материалы необходимые для проведения занятий. 
Все сидели в недоумении. Первым из комнатки вышел Алек и почти бегом покинул аудиторию, а следом за ним и Лидия. Она просто светилась от радости и, не скрывая эмоций, стала напевать приятную мелодию. 
– Порешили де Боло! – прошептал Эрик, и Венсан тихо хрюкнул, стараясь сдержать смех. 
– Бретт, я позже оценю ваш искрометный юмор, когда буду проводить опрос по прошлой теме! – постукивая ноготками по столу, с легкой улыбкой проворчала мадам Море. 
Наконец, кто-то из особо любопытных решился спросить, что за тайны у Макдауда и де Боло. 
– Да маленький еще, чтобы в такие дела лезть! – пошутил кто-то с заднего ряда. 
– Дорогие мои дети, оставьте свои пошлости при себе! Смею вас заверить, что де Боло и Макдауд не делают ничего такого, за что мне может быть стыдно! По моей просьбе они подготовят номер для майского бала! Вижу, что никто не забыл об этом мероприятии! Правда, мои дорогие? – многим стало совестно после столь откровенного упрека мадам Море. 
Студенты притихли, предчувствуя, что столь резкая перемена в настроении чревата для них неприятными последствиями. 
– 3апомните один немаловажный факт, я ни в коем случае не обязана вам что-либо объяснять!- ледяным тоном проговорила Лидия, постукивая ногтями по столешнице. 
– Я тоже мог бы выступать!- хмуро проворчал Макс, явно не ожидая, что его слова смогут услышать. 
– Так что же вам мешает, месье Дюбуа? Вперед, готовьте номер, а я его подкорректирую! Все готовы только на словах, а когда я месяц назад объявила вам об этом, никто даже ухом не повел! Все в ваших руках, друзья мои! – отрезала она, пронзив юношу пристальным взглядом. 
Мадам продолжила диктовать новую тему. Двери открылись, и вошел Алек, в руках он нес два стаканчика. 
– Алек, а где шампанское? – почти выкрикнул кто-то, до кого, по всей видимости, не совсем «дошел» тот факт, что Лидия Море не настроена шутить. 
– Да, и клубника со сливками? – поддержал его такой же потенциальный самоубийца. 
– В магазине! – огрызнулся Алек и скрылся за дверью. 
– Еще одно слово и вы очень пожалеете, дети мои, я вам обещаю! – обманчиво спокойным тоном сказала мадам Море, и студенты притихли, понимая, что лимит терпения исчерпан. 

Алек вошел и неловко застыл в тесной комнатушке. Не зная, с чего начать разговор, он с глуповатой улыбкой объявил, что принес молоко. 
– А пистолета у тебя нет случайно? – хмуро отозвалась Аврора. 
– Нет, такого не держим. Да и какой в этом смысл? Она тебя и там достанет! – отшутился Алек, и де Боло выдавила из себя грустную улыбку 
Подкатив глаза, она осмотрелась по сторонам и жалобно простонала: 
– Терпеть не могу теплое молоко! 
– Я понимаю, но это необходимо для связок! – проговорил Алек и весомо добавил: 
– Так мадам Море сказала! 
– Мне не улыбается перспектива петь перед всем колледжем! Опозориться перед всеми! 
– Никто не собирается позориться, все будет хорошо! 
– Ты так уверен? 
Алек не мог показать то, что он и сам слабо верит в успех задуманного. Но, будучи неплохим психологом, он понимал, что еще чуть-чуть и она удерет вместе с решетками на окнах! 
С горем пополам выпив молоко, они взялись за дело. Сначала у них ничего не ладилось, девушка тихо мурлыкала мелодию, а Алек безуспешно пытался подобрать ее на лютне. Снова и снова он наигрывал мотив, музыка звучала нескладно и сухо. 
К концу первого часа дела пошли на лад, и он взялся за слова. Аврора подпевала парню и незаметно наблюдала. 
Изучая его, она про себя удивлялась, какое необыкновенное у этого парня лицо. Оно было очень миловидным, но не женственным благодаря чуть выдающимся скулам. Вьющаяся масса карамельного цвета кудрей и огромные небесно-голубые глаза делали его похожим на ангела. Он был старше Авроры на два года, но совсем не выглядел на свой возраст, может, на это повлияла его худощавость, но на вид он был совсем как мальчик. 
Легкой уверенной походкой Алина де Боло шла по направлению к библиотеке. Перспектива просидеть все утро в пыльном помещении не слишком прельщала. Но вышколенное годами трудолюбие и ответственность не так-то просто было отбросить. 
Мысленно прикидывая список необходимой литературы, девушка, балансируя на высоких каблуках, шла по аллее. Двое парней обернулись ей вслед, и Алина довольно улыбнулась, как и любой нормальной женщине, ей льстило мужское внимание. Тряхнув золотыми кудрями, она мелодично засмеялась. 
Ох уж это весеннее настроение… Ей хотелось петь и танцевать, прогуляться по парку с красивым парнем, пойти с ним в кино на какую-нибудь романтическую мелодраму… А потом медленно брести обратно, глядя на звезды, а на ее плечах была бы его куртка… Он бы держал ее за руку… А после был бы нежный поцелуй на прощание… Ох, как же много она потеряла… ОНИ потеряли в своей жизни, школа, мальчики, дискотеки, вечеринки… 
Нет, она ни в коем случае никого не винила! У них были счастливые детство и юность, но в них, к великому сожалению, не хватало милых глупостей! 
Простучав каблучками по паркету, девушка подошла к одному из столиков, расположенных под большими окнами, из которых лился солнечный свет, и оставила сумочку. 
Женщина за стойкой испуганно вздрогнула, посмотрев в лицо студентки. Алина про себя улыбнулась. Такое же впечатление производили на неподготовленных людей золотистые глаза ее отца, только у него были каштановые волосы, а Алина, с ее пшенично-золотыми волосами, казалась пришелицей из другой вселенной. Сдержав тяжкий вздох, она повторила свой вопрос во второй раз, растерянная библиотекарь сняла очки и потерла переносицу, вспоминая, где необходимые тома. Алина записала на листочке номера стеллажей и полок, и поспешила на поиски. 
Собрав все необходимое, де Боло села за стол и, включив ноутбук, погрузилась в работу. Время летело незаметно, минутная стрелка успела проделать два полных оборота, когда до Алины стало доходить, что ее кто-то настойчиво зовет. 
Девушка подняла голову и поморгала. С трудом рассмотрев того кто стоял перед ней, она приветливо улыбнулась, Элинор. Элинор Вудс! 3абавная… Нет, скорее не забавная, а милая, стипендиантка из Великобритании. Хорошенькая, с молочно-белой кожей, она была очень похожа на куклу. Огромные глаза глубокого темно-синего цвета и маленькие аккуратные губки вызывали невольную симпатию. Длинные волосы иссиня-черного цвета довершали образ нежного фарфорового создания, которое легко разрушить. Но Алина знала, что под толщей неуверенности и глупых комплексов в глубине души мисс Вудс скрыта сильная личность, которая, если поверит в свои силы, сможет повести за собой людей. Просто пока она спит и набирается сил. 
– Алина, я тебя уже три раза позвала! – нежный голосок Элинор прозвучал несколько приглушенно, она старалась говорить тихо, чтобы не нарушить тишину библиотеки. 
– Прости, я увлеклась! – виновато прошептала Алина. 
– А Аврора где? 
Тихонько хихикнув, Алина, не вдаваясь в подробности, кратко пояснила: 
– Она на спецзадании мадам Море! Мы договорились встретиться в кафетерии! 
Пока Элинор раскладывала на столе свои книги и открывала ноутбук, Алина рассказала подробнее о том, что придумала мадам Море. Как бы они ни пытались сосредоточиться, учеба в голову больше не лезла. Склонившись друг к другу, девушки тихонько шептались. Они так увлеклись, что совершенно забыли о времени. 

За эти два часа и сорок семь минут Макс весь извелся. Это были самые долгие два часа сорок семь минут в его жизни! Он не мог не заметить, что де Боло и Макдауд были бы красивой парой. Сцепив зубы, юноша вновь и вновь приказывал себе сосредоточиться на лекции мадам Море. 
Сорок пять… сорок шесть… Когда минутная стрелка, черепашьим шагом, передвинулась на отметку сорок семь, двери открылись, и вышел Алек. Следом за ним, осторожно ступая на высоченных шпильках, появилась Аврора. 
Ее лицо выглядело бледным и утомленным. Будучи правильно воспитанным молодым человеком, Алек придержал ее за талию и помог спуститься. Нахмурившись, Макс, отметил, что его рука задержалась на ее теле гораздо больше, чем было необходимо. Девушка сделала ему шутливое замечание, и юноша проказливо рассмеялся. 
Отчитавшись перед мадам Море о выполненной работе. Аврора попрощалась и быстро ушла. Почти бегом добравшись до кафетерия, она бросила на первый попавшийся столик свои вещи и направилась к буфету за едой. 
Набрав полный поднос всего мало-мальски съедобного, она вернулась на место и жадно съела большой сандвич и кусок пиццы. Только почувствовав небольшое насыщение, она вынула из сумки сборник Шарля Бодлера. Неторопливо уничтожая остатки пищи, девушка погрузилась в чтение. 
Даже если бы кто-то спросил, почему этот мрачный эксцентричный поэт был в числе ее фаворитов, она вряд ли смогла бы дать четкий ответ. Он ей просто нравился… 
Каждый раз, открывая старый потрепанный томик, принадлежавший когда-то ее матери, она словно покидала телесную оболочку и уносилась в другой фантасмагорический мир. Мир без четких очертаний, наполненный мрачными цветами и нереальными образами. Мир, где жила боль, загнанная в самые дальние уголки подсознания. Туда, где царили преимущественно темные цвета: черный- цвет ночи, фиолетовый- цвет меланхолии и одиночества, бордовый- цвет агонии, красный- цвет крови… 
Каждый раз эта странная поэзия открывала неведомые шлюзы в ее душе. И словно наяву Аврора видела то, чего не знали другие. Словно она опять была маленькой девочкой, и видела дом. Ее дом! Она явственно видела белые стены, забрызганные красной кровь… Ею был залит пол, по которому она шла. Ее крохотные ступни увязали в багряно красном. Липкая кровь испачкала оборки на краю ночной сорочки, и Аврора почти почувствовала ее острый соленый запах с ощутимой примесью металла. Горло сдавило, рот наполнился слюной, внутри поднялась буря страха и отвращения. 
– Девушка, можно к вам присоединиться? – этот дерзкий оклик вырвал ее из оков воспоминаний. 
Аврора не сразу поняла, кто перед ней стоит но, тем не менее, приготовилась к высшей степени язвительному ответу. С решительным видом она оглянулась и даже растерялась, увидев перед собой Алека. Он стоял в окружении еще троих парней и улыбался на все тридцать два, а его друзья настороженно ждали чуть поодаль. Все слова застряли у нее в горле, сил хватило только на одобрительный кивок. 
– Знакомься, это Уильям, Франсуа и Жан! 
Аврора улыбнулась каждому парню по очереди, стараясь запомнить черты сероглазого брюнета Уильяма Пере, и зеленоглазых блондинов Франсуа и Жана Пуссен. Нахмурившись, она подумала, что последнее время в ее жизни появилось слишком много молодых людей. 
И как по команде в памяти всплыл тот парень, что последние дни портил ей кровь. Хоть он и был редкостным кретином, все-таки он был недурен собой! Поморщившись, Аврора отогнала от себя его образ. Хотя, если выбирать то лучше уж этот невоспитанный, но такой хорошенький варвар, чем залитые кровью призраки ее прошлого! 
Она ненавидела себя за это! 3а эту острую необходимость вновь и вновь доставать сборник стихотворений и воскрешать в памяти те события. Причиняя себе страдания, пробовать на вкус воспоминания. Смаковать их и зачерпывать из бездонной чаши боль от невосполнимой утраты. 
Темный демон памяти молчаливо ожидал своего часа. И когда Аврора меньше всего этого ожидала, он вонзал в нее свои ядовитые когти, захватывая все ее сознание. Это было страшно! Даже приступы головной боли в сравнении с этим были так, легким недомоганием 
Аврора приказывала себе не притрагиваться к потрепанному томику, но непослушные руки сами тянулись к нему. Только Алина видела, что страницы этой книги деформированы, потому что насквозь пропитаны слезами. На титульном листе была надпись: «Рианон Маккинли, от Богом данного». Никто не знал, что значит эта запись, и кто мог сделать ей этот подарок, но при жизни женщина очень им дорожила. На похоронах родителей Аврора не присутствовала, и сборник Бодлера был привезен Алексом после того, как он разобрал вещи родственников. 
– Аврора, а это ты все себе взяла? – любезно спросил Жан. 
– Да, а что? Я люблю поесть! – улыбнулась Аврора, стараясь выглядеть дружелюбно. 
– Это немного удивительно! Девчонки предпочитают овсянки и йогурты! – поддержал его Уильям. 
– Бросьте, парни! Это же издевательство над собой! Строить из себя леди, есть, как птичка, а потом всю ночь мучиться от урчания желудка? Ну, нет, это не по мне! Мне лучше плотно перекусить, а потом побегать и поупражняться! – простовато ответила Аврора, с аппетитом поглощая кусок пиццы и не понимая, насколько очаровательна ее простота. 
Потом разговор зашел о видах спорта, кому какой нравиться, о последних кинопремьерах, и прочей ерунде. Парни вели светскую беседу, были весьма вежливы и предупредительны, а Аврора, будучи особой совершенно не искушенной в этих вопросах, не смогла сразу догадаться о том, что с ней просто-напросто флиртуют! Когда же показатель вежливости стал слишком зашкаливать до нее наконец «дошло». Со смесью возмущения и недоумения она воззрилась на Алека, но он только проказливо улыбался!