Некрасавица и чудовища

продолжение от 28-05-2026

Дом при первом приближении вечером выглядел целым и не превратившимся в разверстые врата в адскую бездну, ядерное пепелище или громадный зеленый холм. Не считая веселого газончика под окошком, иных признаков воздействия неизвестных факторов фейрийского происхождения на окружающий мир в целом и флору в частности, как выразился бы мальчик с заданием по экологии, не наблюдалось. Да и та весенняя поросль была уже виданной и легализованной перед жильцами. А зная говорливость и въедливость Вортынцевой, могу утверждать с гарантией, что весть об аномальном газончике перед домом уже донесена до ушей всех заинтересованных и в первую очередь совершенно не заинтересованных жильцов. Тут уж у соседушки срабатывал принцип «от противного» (как в пошловатом бородатом анекдоте про бабу-ягу и богатыря): ах ты, лоботряс (лоботряска), не хочешь ничего знать, о домовых делах, а придется!

Спокойно зайти в квартиру, разуться, переодеться и направиться помыть руки у меня получилось. А вот потом все пошло не сказать, чтобы скверно, но… В общем, стоило мне свернуть в коридор между гостиной и кухней, где, собственно, располагалась ванная комната, как навстречу мне прямо из комнаты помчался кто-то белый, здоровый, на четырех ногах и… и с рогом на голове.

Конечно, это был не очень редкий, почти вымерший или и в самом деле вымерший северный белый носорог. А натуральный сказочный зверь - единорог. Я разглядела каждую шерстинку на его сверкающей звездной шкуре, когда миф, не сбавляя хода, промчался сквозь меня. Удара я не ощутила, а вот теплый ветер, пахнущий почему-то медуницей и мятой, а не конским потом или прочими компонентами из жизни животных, знакомыми по конюшне в городском парке, взметнул мои волосы.

Миновав меня, чудесное видение на бегу растворилось в пространстве, не как мираж, для этого зверь был слишком ярок и материален, а как будто он сместился в движении на следующий слой реальности, куда не было доступа моему глазу. Но странно, он не возвращался в свет созревающих врат, а просто исчез здесь.

- Кажется, я только что видела единорога, - озвучила я свои впечатления фейри, остановившись на пороге залы с порталом. (А с кем я еще могла бы поговорить о таком, без подозрений в сумасшествии?). – Вроде как большая белая лошадь с рогом, но не совсем лошадь…

- Врата отворяются все шире, - довольно поддакнул мне ничуть не удивленный, скорее довольный Гилселай, не ринувшийся убеждать меня в нереальности сказочной галлюцинации. Значит, я не сошла с ума, а и в самом деле видела то, что видела. Или того. Это в английском животные «оно», а у нас они все-таки признаются более значимыми и живыми.

- Врата – это отлично! Пусть! Вы же этого ждете. Значит, процесс идет по накатанной, - сделала я объявление, отправившись мыть руки и ужинать. То есть, занялась рутиной, надеясь, что никакие волшебные лошади не материализуются во плоти прямо сейчас и не разнесут вдребезги мой стол. А то фейри останутся без гречки. А если очень успешно разнесут, то мы, то есть я, много без чего останемся. Но волшебные гости без гречки точно окажутся!

А если масштабы катастрофы возрастут, то даже загадывать не хочу насколько. Мебель нынче дорогая, и чинить ее я совсем не умею. По части «чинить» у меня вообще не очень. Смена лампочки и батарейки – мой порог. Я даже искрящую розетку не починю и протекающий кран, а у нас многие дамы в библиотеке это умеют. Я бы, может, тоже освоила, но инструменты при попытке починки норовили не проблему устранить или еще чего дельное, а меня саму. Скажем, так оцарапать руки, что приходилось полностью отказаться от идеи починки и ждать мудрого папу, способного спасти растяпу-дочку. Нет, мама тоже все это умеет, но мне проще потихоньку папку попросить, нежели выслушивать прочувствованный спич от матушки про свою проблемную жизнь и умение собирать беды. Помочь-то, она, конечно, поможет, но я предпочту тихую помощь без нравоучений в нагрузку.

Занимаясь рутиной, невольно прислушалась к звукам. Мелодию сиаля было слышно превосходно, но еще слышались такие звуки, которым не время и не место было в обычной квартирке обычного промышленного городка. Шум ветра, разноголосое птичье пение, гул деловитой пчелы, стук дятла, плеск бегущего по камням ручейка и далекое отчетливое ржание. Не раздражающий смех, а конское, а может быть, сородичей того самого белоснежного создания, которое столкнулось со мной в коридоре.

Я сварила себе овсянку и под эти звуки, напоминающие умиротворяющую подборку с диска релаксации, успокаивающего нервную систему и ликвидирующего нервные зажимы в организме, спокойно принялась за ужин. Это не гречка, гости делиться не потребуют. Всякие прозрачно-вредные точно не припрутся на запах. Овсянка – продукт питательный и полезный, но вкус сугубо на любителя. Хотя с маслицем, если чуток соли с сахаром добавить, то тоже вкусно. Особенно, если хочется есть. Голод – лучшая приправа! Помню, когда в больнице лежала, то утренняя овсянка с тонким кусочком белого хлеба и толикой масла казалась пищей богов! Правда, тамошние щи даже великий голод не вынудил меня продегустировать. Хватало одного аромата, бьющего наотмашь из дверей столовой. Или, я просто никогда не была НАСТОЛЬКО голодной. Все-таки капуста, если верить прекрасному писателю, может, и сочетается с королями хотя бы в названии рассказа, но никак не с библиотекарями.

Помешивая ложкой кашу, чтобы остывала, я слушала и улыбалась звукам врат или звукам за вратами. Вот так, то ли задумалась, то ли замечталась и совсем не успела среагировать, когда в плечо ткнулся кто-то теплый, сверкающе-белый и, кося лукавым зеленым глазом, сунул морду в мою тарелку с овсянкой. И с аппетитом принялся есть.