Некромант Белого Альянса

Часть 12. Ночная охота

— Только менее очевидно, — согласился Эсон, удерживая Стоту за тонкую изящную голень.

Внучка Ферира недовольно хмыкнула, растроенная своей неудачей, и, поднявшись на ноги, отправилась в подвал, — приближающийся закат однозначно говорил, что пришло время ужина.

Далекая от роскошной, но вместе с тем весьма питательная вечерняя трапеза была быстро сметена изголодавшимися учениками, все же обучение требовало от них много сил. Но вместе с этим позволить себе пировать экспедиция Академии не могла, поскольку запасы были строго распределены на каждый день.

Сразу после ужина Ферир распределил караул. С равными промежутками по очереди за обстановкой вокруг следили Елима, Сумле, Банья и Аспир. Большую часть времени получалось, что охранять лагерь будут сразу двое. Бывший солдат заверил, что такая мера позволит не изматывать учеников перед тренировками.

Вторую ночь экспедиции полноценно отдохнуть ни у кого не получилось. После полуночи, когда Банья сменила Сумле, недалеко от деревни раздался гулкий вой, за которым по руинам прокатилось протяжное низкое мычание.

Первыми из спальных мешков выбрались Ферир и Эсон. В мгновение ока они не сговариваясь забрались на крышу полуразрушенного дома, уже держа в руках оружие, и осмотрели окрестности. Вторая волна воя, перемежающегося с лаем, раздалась почти сразу же, выдавая место, где охотилась стая.

Следом на крышу, держа в руках лук и колчан со стрелами, поднялся Нат. Он запоздал всего на несколько секунд и даже успел понять, откуда идет звук.

— Волки или собаки, — высказал ученик и без того очевидное замечание.

— Ферир, останься тут, — скомандовал Эсон и пояснил, — если они доберутся до сюда, рассчитываю на тебя.

Последнюю часть фразы молодой профессор закончил спрыгивая с крыши, он со всех ног бросился в сторону скопившихся животных, — если не разобраться с ними сейчас, то неизвестно, какую опасность они принесут в лагерь. Эсону не хотелось доводить ситуацию до того момента, когда без способностей некроманта будет невозможно обойтись, кроме того он хотел опробовать навык, который идеально подойдет для людей без класса.

Пробежав триста метров и окунувшись в редкую рощу, профессор резко остановился и развернулся, выкидывая вперед руку со сжатым кулаком. Тощая тень с чем-то торчащим из-за спины с коротким испуганным возгласом резко ушла вниз, пропуская внезапный удар выше.

— Ты зачем пошел? — Эсон уже признал в этой тени Ната.

— Вы сказали остаться Фериру, — испуганно ответил ученик, — я подумал мне нужно идти с вами.

— Что? Нет! — профессор негодовал, осознавая, что ситуация стала заметно серьезнее.

— Мне вернуться? — Нат, похоже, осознал, что своим рвением мог создать лишние проблемы учителю.

— Поздно, — отрицательно покачал головой Эсон, и указал на тонкое невысокое деревце, — забирайся туда и отстреливай собак.

Нат сделал всего семь шагов в сторону дерева, когда из ночной темноты на него выскочило огромное животное. Огромная темная туша, вся покрытая липкой кровью, бьющей едким соленым запахом по носу, не заметила человека, пробежав на длинных тонких ногах в считанных сантиметрах от ребенка, запнулась, роняя на землю массивное тело с длинной толстой шеей, заканчивающейся небольшой головой с парой ветвистых длинных рогов. Нат от неожиданности прыгнул назад, споткнулся и больно шлепнулся на землю, выронив лук. Олень издал глухой булькающий хрип, попытался подняться, но упал едва приподнявшись. Из груди истощенного животного вырвался протяжный жалобный вопль, переполненный болью и отчаянием, обессиленное существо беспомощно рухнуло тяжело дыша.

— Вставай, — закричал Эсон, но было уже поздно.

Из глубины леса за своей израненной и обессилившей добычей уже спешила голодная стая собак. «Ну почему снова собаки?!» — безмолвно, но от того не менее раздраженно прошипел Эсон. Вожак остановился, заметив людей, и, предполагая что пара двуногих станет прекрасным дополнением к основному блюду для его сородичей, кинулся на них.

Несущихся на полной скорости ночных охотников Нат заметил слишком поздно. Мальчишка беспомощно ойкнул, скрестив перед лицом руки, и зажмурился, словно это хоть как-то могло помочь ему защититься. Страх диких псов, появившийся после столкновения с голодными четвероногими возле самой столицы, не давал Нату мыслить, лишал самообладания, сковывая невидимыми цепями ужаса тело, которое могло лишь беспомощно трепыхаться и в истерике бить по земле ногами.

Эсон же не раз оказывался в подобных ситуациях, но, что важнее, ему не было необходимости выкрикивать заклинания, изображая из себя мага с соответствующим классом. И все же, даже он испытал короткий приступ негодования и сомнений, — нельзя рассчитывать на легкую победу со стаей, которая уже вкусила сладкий аромат победы над своей жертвой и сейчас готова пойти на все, лишь бы добраться до добычи. Кроме того в ночном подлеске, куда лишь изредка пробивается тусклый приглушенный тонкими облаками свет бледных лун, крайне сложно оценить даже количество собак, а понять, где именно находится каждая из них — задача невозможная.

Едва собрав остатки решительности, Нат заставил себя приподняться, и тут же заметил летящую в длинном прыжке псину, разинувшую свою мощную, разящую свежей кровью пасть, усыпанную частыми отражениями лунного света от белых клыков. Ноги мальчишки, трясущиеся от накрывшей волной паники, не удержали ребенка, и он с воплем ужаса вновь упал на землю.

В ту же секунду из ладони профессора вырвался тонкий мощный поток воздуха в сторону его ученика. Сжатый, туго свернутый, закрученный в спираль ветряной шип, скорее напоминающий крохотный ураган, несущийся параллельно земле, врезался в морду бросившегося на Ната пса, срубив ему половину верхней челюсти с носом, оставив лишь белые, медленно покрывающиеся густой черной в ночном мраке кровью. Под давлением еще бешено бьющегося сердца, кровь ночного охотника фонтаном брызнула на Ната, заставив ученика зажмуриться и отвернуться. Второй удар из огня и воздуха ударил как только воздушный бур коснулся шерсти. Он подпалил бок твари, разнеся по застывшему в подлеске воздуху запах характерной гари, и откинул пса от ученика.