Некромант и Мышка

Некромант и Мышка

Туман сгустился над окраиной города, сгущаясь в мертвые тени между редкими фонарями. Дома здесь стояли, как усталые призраки: облупленные, искривленные, с застывшими оконными стеклами, отражавшими тусклый свет улиц. Ветер скользил по пустым тротуарам, шепча непонятные слова, и каждый звук — скрип двери, стук падающей ветки — казался предвестием чего-то опасного.

Мая Винтерс ехала медленно, почти кралась по узкой дороге. Ее машина, старая черная «Сабрина», проглатывала тьму беззвучно, лишь скрип тормозов на влажном асфальте нарушал тишину. В багажнике лежало тело Дерека Хейла — парня, которого она любила и ненавидела одновременно. Его лицо было бледным, глаза закрыты, руки лежали вдоль тела, словно он спал. На вид он был мирен, но в воздухе витала странная холодная тяжесть, которая заставляла Маю сжимать руль сильнее.

— Я смогу, — шептала она, сжимая зубы, — ради... тебя…

Она свернула к старому особняку на холме — единственному дому, о котором все знали, но никто не осмеливался подходить. Странный силуэт в свете окон напоминал призрак: темные башенки, закрученные решетки, обвившие старые окна. Элиас Кроу, некромант, чья сила и слава тянули к нему слухи о темных делах, жил здесь. Соседи обходили его стороной, но теперь Мая не имела права бояться. Она была решительна, а в руках держала последнюю надежду.

Парковка у особняка была узкой, почти исчезнувшей в тумане. Мая заглушила двигатель. Сердце колотилось, словно хотело вырваться наружу. Она медленно подошла к багажнику и с усилием приподняла крышку.

— Прости, Дерек, — прошептала она. — Я знаю, тебе это не понравится…

Тело не реагировало, холодное, как камень. Майя захлопнула крышку и поежилась от звука, прогремевшего как гром.

Но с каждым шагом к двери особняка решимость в ней росла. Она дернула за старый латунный звонок — звук разорвал ночную тьму, отозвался эхом по пустым коридорам.

Дверь распахнулась почти бесшумно, и тьма особняка обвила Майю с ног до головы. В прихожей, среди тусклого мерцания свечей, стоял Элиас Кроу — молодой, высокий, с тонкими, но острыми чертами лица, кожа бледная, глаза черные, как ночь, а волосы струились темными локонами на плечи. Он был красив так, что казалось, будто тьма сама обернула его в свой плащ. Его длинное черное пальто слегка колыхалось от сквозняка, словно он был частью самой ночи.

— Привет, кого замочила? — спросил он ровным, мягким голосом, слегка ухмыльнувшись краешком губ.

Майя нервно сглотнула, отошла к машине, медленно открыла крышку багажника, обнажая тело.

Дерек лежал там, обычный молодой парень, не слишком высокий, с простыми чертами лица и немного спутанными волосами. Его глаза были закрыты, тело неподвижно, холодное, бледное, но еще слабо напоминало жизнь — без всякой ауры особенной силы, он был просто… мертв.

— Он умер, — сказала Мая тихо, сжимая края багажника, — и мне сказали, что ты… можешь помочь.

Элиас подошел ближе, внимательно глядя на тело. Его взгляд был острым и оценивающим, словно он видел не только самого Дерека, но и всю ситуацию вокруг: решимость Майи, тяжесть момента, холод ночи, пронизывающий особняк.

— Красиво, — сказал он наконец, голос ровный, низкий, мягкий, но пронзительный. — Смерть приходит для всех по-разному. Но мне не хочется с этим возиться. Да и... тебе сказали о последствиях?

Майя сжала зубы, не отводя взгляда.

— Я готова заплатить любую цену, — твердо сказала она. — Любую. Только помоги ему…

Элиас поднял руку, заставляя её остановиться. Свечи дрожали, отражаясь в его черных глазах, словно сама ночь слушала его слово.

— Любую цену… — повторил он медленно, и в его улыбке промелькнула тьма и харизма одновременно. — Хорошо. Договорились. Но помни: за всё приходится платить. И цена будет… особой. Позже.

Майя кивнула, ощущая, как холод пробирает до костей, но в глазах горела решимость. Она не была просто девочкой, сломленной горем. Она пришла сюда за своей целью.

Элиас сделал шаг в сторону, пропуская её внутрь. Майя переступила порог, и тьма особняка словно обвила их, плотная и живая, создавая ощущение, что сама ночь дышит вместе с ними.

***

В подвале особняка было темно и холодно, лишь свет свечей прорезал густую тьму. Стены были облупленные, с черными пятнами сырости, а запах воска и горелых трав смешивался с едва уловимой тиной подвала. На каменном полу Элиас Кроу вырезал символы, аккуратно и уверенно, каждая линия пульсировала странным светом, когда он проводил пальцами по старой пыли.

— Всё готово, — сказал он, не поднимая взгляда. Его голос был ровным, ровным, как дыхание ночи, но в нём слышалось напряжение. — Ты уверена, что тебе это нужно?

Майя кивнула, стоя рядом с распростертым прямо на полу телом Дерека. Он выглядел теперь ещё бледнее — как будто смерть поглотила всё тепло из его тела.

Она сжала кулаки, глаза горели решимостью, но дрожь скользнула по плечам.

— Я готова, — сказала она тихо.

Элиас поднял руку, и свечи вокруг зажглись ярче, их огонь будто ожил, колыхаясь и отбрасывая длинные тени на стены. Он опустился на колени перед телом Дерека и начал шептать слова на древнем языке, который казался одновременно сладким и горьким, словно сама ночь шептала заклинание.