Некромант против тьмы 2

8. И это снова он!

Пока я стою за воротами деревеньки и жду новую напасть, в голову приходит мысль о том, что Лейлу я «теряю» не впервые. Но в прошлый раз я почти не знал эту страстную темноволосую девушку. К тому же думал, что она обычный человек, попавший в неприятности, и наивно полагал, что помогаю ей.

В этот же раз я прекрасно знаю, кого потерял. Пусть она не самая послушная и вечно влипает в неприятности, но всё же это моя Лейла. Я взял на себя ответственность за неё, и я же отправил её на смерть. И это неприятно свербит внутри рядом со странным чувством: «а не выжила ли упыриха и в этот раз».

И чем ближе ко мне столб пыли, поднимающийся от дороги, тем это чувство крепче. А всё потому, что от холмов к деревне идёт Лейла.

Нет, не идёт, и даже не бежит. Она скачет, перепрыгивая по несколько метров за раз, передвигаясь с истинно упыриным размахом. Глаза Лейлы блестят, пьяные от плещущейся в ней Силы, а потемневшие алые губы резко выделяются на мертвенно-бледном лице. Лейла выпила человеческой крови. Но чьей?

Вспомнив о потерях среди косцов, я с силой сжимаю кулаки. Её отправили охранять людей, а не жрать их. Протягиваю руку вперёд, чтобы половчее перехватить магический ошейник на шее упырихи, и вовремя вспоминаю, что пока на Лейле ошейник, пить человеческую кровь она никак не может. Присматриваюсь к упырихе снова. Ошибки нет: Лейла точно пила человеческую кровь. Но как она это сделала?

– Кса-андр! – кричит Лейла, подбегая ближе. – Господин Кса-андр!

Последние пара прыжков, и она оказывается около меня. Тяжело дышит от долгого бега, но саму распирает радость и довольство. Улыбка на половину лица тому доказательство.

Лейла глубоко вздыхает, пытаясь привести дыхание в норму, и громко, заливисто смеётся.

– Вы глазам своим не поверите, господин Ксандр, – выдаёт она на одном дыхании и снова громко хохочет.

– Я уже им не верю, – хмуро отвечаю я и касаюсь магией её ошейника. – Откуда ты кровь взяла? Как смогла укусить? У тебя же запрет!

Взгляд Лейлы со смешливого становится недоумевающим. Она чувствует моё прикосновение и рефлекторно прикрывает шею.

– На что?.. Запрет?

– Кого ты выпила? И как?..

– А-а-а! Э-это! – тянет Лейла и с неё мигом спадает напряжение. Она указывает в сторону деревни, довольно пьяно хихикает и отвечает: – Это меня Ваня напоил. Представляешь! Сам! Подошёл, мечом по руке чиркнул и дал мне поесть. Потому-то твой ошейник и промолчал на такое. Я никого не кусала. – Лейла смотрит на меня с надеждой и томно спрашивает: – А ты меня так покормишь?

Девушка подходит ближе, льнёт ко мне и одними только губами шепчет: «пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста». Твёрдо отстраняю её от себя. Она, конечно, красотка, но… Правду ведь говорят: берегись пьяной женщины.

– Ни за что! – отвечаю я, а сам размышляю о её словах.

Ваня её напоил… Это который именно «Ваня»? Иван что ли? Глава отряда мечников? Это он дал ей выпить своей крови?

– Но зачем? – вырывается у меня. – Зачем он это сделал?

– Тяжело нам пришлось, господин Ксандр, – мигом грустнеет Лейла, а сама бросает на меня косой взгляд в надежде, что я передумаю. – Бесов-то в полях обычно нет, а тут они сразу все на нас напасть решили. Атаковали ниоткуда. И все мощные, крупные. – Лейла морщится от пережитого и указывает назад, откуда пришла. – Они и за мной бегут, господин Ксандр. Я одна не смогу столько бесов убить. Даже со своими способностями. На людей Сила упыря действует, а на такую тупую нежить – нет. Они ж безмозглые. Их и не соблазнить даже.

Она испускает театрально-тяжёлый вздох и снова строит мне глазки, но я без труда игнорирую очередной всплеск «любви и обожания». Это даже успело войти в привычку. Оказывается, если на её приставания не обращать внимания, они не особо мешают жить.

Смотрю вдаль, куда показывает Лейла, и точно – вижу ещё несколько пыльных следов. Сюда идут бесы.

– Сколько их?

– Пока я бежала, мне в хвост двое пристроилось. Но к ним могли присоединиться и другие…

Лейла тоже оборачивается и смотрит назад. Её губы шевелятся – она пересчитывает преследователей.

– Четверо, – опережаю её я и осматриваюсь. За стенами деревеньки места предостаточно. – Встретим их здесь.

– Может, от деревни отойти немного? Вдруг проскочит какой особо юркий.

– Нет. Не стоит. Всё нормально, – отвечаю я.

Обернувшись, оцениваю почти доделанные ворота. Строят деревенские мужики на совесть! Если что, они должны будут выдержать нападение одного или двух бесов, если те обойдут нас и нападут.

Заодно мимоходом оцениваю заботу Лейлы о безопасности людей в деревне. И эта забота выглядит забавно. Лейла: «Во-первых, я беспокоюсь о том, как бы бесы на ворвались в деревню. Во-вторых, а не привести ли мне к воротам деревни четверых дико-опасных бесов, потому что сама я с ними справиться не могу? А привести»!

Усмехнувшись, поднимаю меч и оцениваю внутренние резервы.

– Приготовься, – шепчу Лейле. – Отвлечёшь их, когда подойдут.

* * *