Некроманта в женихи не предлагать!

Глава 3

— Натка, пошли давай! — прикрикнула Стася, видя мой блуждающий взгляд, который снова зацепился за злополучные носки дядюшки Томаса. — Такая ночь пропадает, а ты!

А что я? Я тоскливо обвела взглядом комнату, похожую на эпицентр магического взрыва. Книги по теории подпространств валялись вперемешку с чулками, из-под кровати торчал кружевной край сорочки, а на столе, словно насмехаясь, стоял предсказательный шар на изящной золотистой подставке. Надо бы разобрать все, но я столько ночей до этого не спала, зачаровывала дурацкий саквояж.

— Стась, я не могу… — начала я жалобно.

— Надо! Ничего не знаю! — решительно перебила подруга, шагнула через баррикаду из учебников и схватила меня за руку. — Гадание — святое дело! А вещи… Вещи никуда не денутся. Утром на свежую голову всё и упакуешь за полчаса. Пошли!

Ее энтузиазм был заразителен. И правда, чего это я?! Утром да, утром я в два счета все вещи допакую.

— Ладно, — вздохнула я. — Но ненадолго! Час, максимум два.

Стася просияла, обняла меня и тут же подпихнула к двери.

— Ура! Возьми плед, у Клары всегда сквозняки.

Я примерилась, выдернула теплое покрывало из-под наваленных горой вещей и сбежала.

Комната Клары, нашей главной экспериментаторши по части всего мистического, находилась в самом конце общежитского коридора. Запах здесь всегда стоял специфический: терпкие травы, горьковатый дым и подозрительная сладость, от которой слегка кружилась голова.

Когда мы вошли, я ахнула. Комната была подготовлена не к посиделкам, а к полноценному шабашу. Шторы задернуты, на полу мелом выведен сложный многоугольник с защитными рунами по углам, в центре которого стоял низкий столик, на котором гордо возвышался медный таз с прозрачной жидкостью. Вокруг таза, на подушках, уже сидели пять девушек с настороженно-возбужденными лицами. В углу, стараясь выглядеть непринужденно, восседал Шейн. Рядом с ним стояла изящная бутылка из синего стекла — тот самый сок ламги, дорогущий, как молочный зуб дракона.

Комната тонула в полумраке, освещенная лишь десятком восковых свечей, которые были хаотично расставлены на полках между полупустыми склянками, сушеными лягушачьими лапками, пучками трав и потрепанными фолиантами. Свет прыгал по стеклянным бокам разнообразных пузырьков, отбрасывая на стены гигантские, пугающие тени.

— Ната! Наконец-то! Проходи и начнем, — нетерпеливо сказала Клара. Ее глаза фанатично горели. — Мы уже всё приготовили. Шейн принес сок, чтобы лекси задобрить.

— Кого-кого? — насторожилась я, набрасывая плед на плечи.

— Не пугайся, это просто мелкая предсказательная нечисть, — махнула рукой Клара, словно речь шла о комнатных собачках. — Они безвредные. Главное — соблюдать технику безопасности и не дразнить их.

Пока Клара зачитывала инструкцию из гримуара, покрытого пятнами непонятного происхождения, мой взгляд упал на валявшийся под кроватью раскрытый учебник. На полях Клариной нервной рукой было нацарапано: «Для упокоения нужна четверговая соль и мирра». Дальше шли три строчки какого-то витиеватого заклинания, а внизу приписка: «Проверено на старике Горбыле. Работает!». Я фыркнула. «Старик Горбыль» был обычным учебным скелетом в кабинете анатомии. Что на нем можно проверить?

— Внимание, начинаем! — торжественно провозгласила Клара и плеснула в таз щепотку блестящего порошка.

Жидкость в тазу забурлила, и из клубов лилового дыма стали появляться странные летающие существа. Это были крошечные, размером с ладонь, человечки с большими, как у филина, желтыми глазами. Они пищали, кувыркались в воздухе и с любопытством разглядывали нас.

— Ой, какие милашки! — прошептала одна из девушек.

— Не милашки, — строго сказала Клара. — Это духи пророчеств низшего порядка. Кто первый?

И тут понеслось!

Первой вызвалась Марита и спросила, конечно, о любви. Она долго мялась, не решаясь назвать имя избранника, бросила пару неуверенных взглядов в сторону Шейна, как будто опасаясь, что он всем раструбит все, что он раструбит всем о происходящем здесь, и нехотя сказал:

— Любит ли меня… один че… ловек.

Мы попрятали улыбки. Все в академии знали, что Марита сохнет по одному дерзкому дракону с боевого факультета.

Услышав вопрос, одна из лекси стала быстро кружиться на одном месте, собирая вокруг себя белесый туман, который сначала превратился в сердце, потом в подобие книжки, а потом и вовсе полетел к окну и рассеялся. Мы решили, что она разлюбит этого че… ловека и займется, наконец, учебой.

— Давно пора! — зло бросил Шейн, и я подумала, что зря ему разрешили сюда прийти.

Хотя лекси он нравился. Они так и норовили полетать вокруг него, задевая своими тонкими ножками.

Умбия интересовалась зимней сессией и своими оценками. Сумасшедшая. Я вот старалась вообще мысли об экзаменах гнать. Лекси надулся и выдул огромную жирную пятерку, которая резко схлопнулась в тощую двойку. Умбрия чуть не расплакалась. Мы бросились ее утешать, но она задрала подбородок, высказала Кларе, что не верит в ее идиотские гадания и ушла к себе. Наверно решила подучить все к сессии.

Следующая очередь была моя. Внутренне я приготовилась, что ничего хорошего лекси мне не предскажут.

— Как я проведу каникулы? — спросила я с замиранием сердца.

Интересно удастся ли мне утереть нос кузену? Все-таки саквояж работал. Правда не очень эффективно, но ведь это не главное!

Лекси полетал вокруг меня, присматриваясь, а потом у него в руках что-то вспыхнуло, заискрило. Я стояла с открытым ртом до тех пор, пока мне в руки не упала обгорела записка:

«… встретишь… метель… избегай опасности…».

Я покрутила клочок бумаги.

— Это что еще такое?

Стася вырвала его из рук.

— Что не понятного? Поедешь домой, встретишь избранника. И береги себя, в метель дома сиди.

Я кивнула, принимая ее вариант, но в глубине души знала, что есть другое толкование.

Наконец, дошла очередь и до Стаси. Она спросила, куда ей ехать на каникулы? Лекси выстроились в стрелу и уперлись в стену, где висела карта с большим пятном от пролитого зелья как раз на области горного курорта. Все заахали — это уже было явное попадание!