Некромантки тоже любят

9 глава. Дело было вечером. Делать было нечего...

— Ты уверена? — спросила Эдриана, когда, прикинув план и договорившись о времени, берсерки ушли.

— Да! — кивнула я, поднимаясь с подносом в руках.

Во-первых, я должна найти единственную вещь, которая принадлежит мне. Телефон поглотило зеркало, одежда здесь совершенно непрактична, а кулон… Это подарок бабули. Это реликвия нашего рода.

Во-вторых, мне подсказывает чувство, что так нужно. Будто кулон решит проблему с Духом-питомцем. Возможно, я ошибаюсь, но Анна Тимофеевна говорила, что ведьмы должны прислушиваться к своему шестому чувству.

— Оставь, — подруга указала на поднос. — Домовые всё уберут с помощью магии.

И правда, как только я подвинула стул к столу, вся грязная посуда вместе с подносами исчезла, а деревянная поверхность сверкнула чистотой. Просто невероятно! В стенах этой академии столько всего интересного!

Решили до времени «Х» вернуться в свою комнату.

— Нам же ещё наряды на бал заказать нужно, — воодушевилась соседка.

Эдриана направилась к выходу, а я — следом. Стоило сделать несколько шагов, как мои шнурки между собой связались в узел, а один из стульев выдвинулся, сбивая меня с ног. Я даже понять ничего не успела, но и боли от падения не почувствовала. Так и зависла в воздухе, ойкнув и закрыв глаза. Кажется, кто-то хохотнул, но быстро затих.

— Адептка Ирхейн, берите подруг и следуйте за мной в мой кабинет, — разрезал тишину строгий голос. Уже знакомый голос.

Я вскинула взгляд в сторону говорившего и увидела, как в нашу сторону идёт Кристиан Айзекс. Меня медленно поставили на ноги, шнуровки сами развязались и превратились в банты, стул отполз обратно к столу. Ничего не говорило о произошедшем, кроме сурового магистра, стайки напуганных эльфиек и десятка зевак, которые передумали покидать столовую.

— Ты как, цела? — спросила Эдриана, оказавшись рядом. — Прости меня, Ари. Я задумалась и не обратила внимание на этих ушастых куриц.

— Адептка Вэлур, присматривайте лучше за своей подругой, — в сторону демоницы сверкнули ледяные глаза.

Кристиан на мгновение повернулся ко мне, и наши взгляды встретились. Кажется, в мою сторону подул лёгкий тёплый ветерок, который снова стал ледяным, когда он обратился к эльфийкам:

— Вы не услышали с первого раза, Лималия?

Мужчина из моего сна зашагал на выход, а девушки посеменили следом. Что это только что произошло? Надо мной хотели пошутить, но Кристиан меня спас?

— Ты точно нравишься нашему Айсбергу, — прошептала подруга, беря меня под руку. — Идём! Я теперь глаз с тебя не спущу.

Всю дорогу к двери с номером 310 я витала где-то в облаках. Румянец волнами находил на мои щёки и отступал. Дыхание сбивалось, а сердце так подозрительно постукивало, когда я вспоминала глубокий пронзительный взгляд блондина. Но что его так привлекло во мне? Я правда ему нравлюсь?

— Если магистр Айзекс пригласит тебя завтра на танец, можешь даже не сомневаться в моих словах. Лёд тронулся! — захихикала Эдриана, доставая из ящика стола какую-то плитку, смахивающую на кусок чёрного графита.

Я оставила её слова без комментария. Вместо того чтобы подтвердить или оспорить догадки демоницы, я решила разобрать вещи. Открываю свёрток и…
— В академии выдают столько вещей? — задаю вопрос Эдриане.

— Ну да! Всё необходимое, кроме белья, — она подошла ближе и повернула ко мне чёрную плитку. — Я закажу тебе нужные вещи, просто покажи, что нравится.

— Эта штука похожа на наши земные технологии, в точности как планшет, — удивлённо вскидываю брови, глядя на картинки на блестящей поверхности.

— Это артефакт, за разработку которого один граф отвалил целое состояние, — пояснила она.

— Что-то наподобие каталога с товаром?

— Да, — кивнула Эдриана, присев на краешек моей кровати. — Все новинки появляются сразу, как только поступают в продажу. Можно оформить заказ, и его доставят магической почтой в течение часа. Так что выбирай! — «планшет» ткнули мне в руки.

— Я не могу, — попыталась вернуть артефакт. — Ты с госпожой ректором и так для меня многое сделали. У меня нет… кстати, как называется валюта вашего мира?

— Роны. Это деньги нашей империи Делерион. Выглядят как открытка с магической печатью и портретом императора. Один рон равен десятку серебряных или одному золотому.
— Ого!

— Да, император очень ценит свои портреты, — рассмеялась демонесса.

Но, отсмеявшись, снова стала серьёзной:
— Тебе не стоит переживать о деньгах, пока ты учишься здесь.

— Это ещё почему? — спросила я, недоумевая.

Я привыкла переживать о деньгах — так обычно и бывает, когда ты, потеряв родителей, год живёшь одна. Хотя меня легко могли отправить к единственному опекуну, как, собственно, и хотели, но бабуля позволила тогда мне попробовать свои силы. За что я ей очень благодарна. Наведывалась она раз в два месяца и убеждалась, справляюсь ли я… Я справлялась.

— Раз тебя приняли, значит, ты попала как стипендиат. Я же говорила — Императорская академия, которую спонсирует сам правитель. Будешь хорошо учиться — ещё и заработаешь. Отлично — сто золотых, хорошо — восемьдесят, удовлетворительно — пятьдесят, а вот если плохо…

— Исключат, — продолжила я.

— Не сразу, нужно хотя бы три таких отметки, а вот платить перестанут, если за три дня не пересдашь, — призналась Эдриана. — Так что давай договоримся: я тебе одолжу до первой стипендии. Хорошо?

Я задумалась, прикидывая, смогу ли учиться так, чтобы заработать сто золотых, и, признаться, шансы у меня есть. Понимаю их язык и даже письмо, о чём свидетельствует возможность чтения надписей под картинками на «планшете». Приложу все силы!

— Хорошо! — ответила подруге и присела рядом, разглядывая шикарных моделей в не менее шикарных нарядах.

9.2

За четыре часа я окончательно обжилась.

Книжки выстроились ровными рядами на полке. Я заглянула в каждую — с удивлением поняла, что могу свободно читать. Буквы незнакомые, но смысл улавливаю без труда. На мой вопрос:
— Почему так?
Эдриана пожала плечами и, зевая, пробормотала:
— Кто его знает? Ты первая такая к нам попала!