Нелегка жизнь джинна, или Русалка на привязи

Глава 7

Утро в Драконбейле, инстраниуме драконов, выдалось ясное и солнечное. Молочно-белые облака лениво ползли по небу тонкими жилками, высокий смуглый брюнет щурил янтарного цвета глаза, его черные звериные зрачки неотрывно отслеживали эфир и пространство времени, бескрайними океанами протекающие мимо белоснежных стен академии, Альма-матер всех знаний драконов, испокон веков славящейся своими библиотечными башнями.

Высокие ряды стеллажей громоздились вдоль округлых стен, а одна-единственная винтовая лестница взвивалась высоко ввысь в самом центре, на случай, если кому-то из новичков будет недоступна левитация. Маленькая узкая магическая дорожка появлялась на пути к нужному стеллажу, стоило только прикоснуться ладонью к одному из магических знаков. Они опутывали стену лестницы, пронзающую башню подобно узкому стержню.

Мастер Хризантис стоял на вершине одной из таких башен и наблюдал за течением времени, пытаясь определить причину энергетической коллизии Кронитиса, учёного-экспериментатора, выявившего закономерности завихрений магического эфира и петлеобразного течения времени.

Чем руководствовался он, когда вывел свой первый закон о сохранении магического потенциала тела, передвигаемого с места на место магией? Как додумался до открытия трёх положений о временном стазисе?

Золотистая драконица показалась на горизонте, когда Хлей Ю Хризантис отвлёкся от созерцания вечных эфемерных материй, невидимых простому смертному, и с предвкушением стал ждать новостей от своей ученицы, блестяще окончившей Драконбейл и защитившей диплом на тему «Применение огненных стихий в повседневной жизни и Пламеневедения».

Не прошло и трёх минут, как новая молоденькая преподавательница одного из боевых факультетов Драгонбейла сложила крылья и прямо в полёте сменила ипостась. Белоснежные лодыжки её мелькнули перед хитрым взглядом мастера Хризантиса, якобы со скучающим унынием наблюдающего за вечным, однако и не забывающего о сиюминутных слабостях, коими и являлись щиколотки молоденьких девиц.

Тайная страсть его к этой части женского тела, казалось, была сокрыта ото всех за семью замками, однако, как и бывало с любыми тайными слабостями, не являлась ни для кого секретом и так же тайно передавалась из уст в уста от студента к студенту, преподавателя к преподавателю и так далее. Исключительно поэтому Мидейра с невозмутимым видом придержала юбки, спрыгивая на пол, чтобы позволить мастеру ещё секунду поддаться слабости, прежде чем перейти к серьёзному разговору.

— Дорогуша, — обратился Хлей Ю к своей гостье, бывшей студентке, а ныне преподавательнице боевого факультета, — ты прибыла ко мне с какой-то целью?

— Да, мастер Ю. — Смущённо опустив юбки, она поспешила совладать с лицом. Ведь её тайная слабость стояла прямо перед ней и слегка хмурила брови. Мидейра могла часами любоваться его точёным профилем издалека и со вздохом уходить к себе в комнату, так и не найдя выхода энергии тайной влюблённости.

— Так поведай мне о причине своего визита, — тактично предложил продолжить мастер Хризантис.

— Две недели и около того мастер Фсей засёк возмущение основной временной спирали.

— Если это заметил только он, то не стоит волноваться, — усмехнулся Хлей Ю. — Этот пройдоха спит и видит, как бы увековечить своё имя в летах. А для этого он использует любой, совершенно любой повод, даже малопригодный. Будь уверенна. Не пройдёт и дня, его открытию будет дано разгромное опровержение.

Поправив золотистые кудри пышной причёски, разметавшиеся по плечам, Мидейра состряпала обиженную гримасу.

— Я хотела бы поделиться с вами не только наблюдениями Бумли А Фсея, у меня есть нечто иное, которое, к сожалению, или, наоборот, к счастью, подтверждают его слова.

— И что же это за «нечто»?

— Треугольник Кронитиса. Помните, есть такой небольшой архипелаг, состоящий из кучи маленьких островков и атоллов?

— И что с ним?

— Это надо показать. Я не знаю, как вам рассказать о том, что я увидела, исследуя одну из закономерностей из теории мастера Кронитиса, выбранную для написания диссертации. Я хочу попытаться в скором времени получить степень кандидата магических наук.

Безоблачное некогда настроение мастера Хризантиса совершило небольшой кульбит по направлению к отрицательному полюсу и обратно, пока он со всей уверенностью не отмёл любые сумасбродные догадки на счёт увиденного Мидейрой.

— Вкратце опиши, что ты там увидела, — он усмехнулся, — иначе я буду думать, что ты таким образом в завуалированной форме приглашаешь меня на свидание.

— О, я… — очаровательная девушка в красивом кремовом платье с пышной юбкой не сразу нашла, что ответить.

— Так я прав?

— Большой белой кусок скалы! — выпалила она, взмахнув руками. — Со стеклянными окнами, а внутри тряпки, куски сломанной мебели и… и там есть синие надписи на непонятном мне языке. Мне кажется, это чужеродная магия…

— Чужеродная магия? — изумился мастер своего дела, который никак не мог определиться с темой для написания нового научного труда всей своей жизни. — Звучит крайне заманчиво. Беру свои слова назад насчёт свидания. Это была лишь шутка.

Огорчившись сильнее обычного, Мидейра, увы, не сумела скрыть своих чувств и опустила взгляд в пол.

— Что такое? Неужели я не первый узнал об этой находке?

— Нет, дело не в этом, — отмахнулась молодая красавица. — Я пожалела о сказанном. Ведь вы чуть не согласились пойти со мной на свидание. А новости про белую глыбу на берегу острова всё испортили.

Изумлённо похлопав глазами, мастер Хризантис дрожащими пальцами разгладил волнообразные складки белоснежной мантии и не нашёл ничего лучше, чем перевести тему.