Нелегка жизнь джинна, или Русалка на привязи

Глава 13

Свет погас, темнота окружила, и на долю секунды у меня перед глазами мелькнула стена каюты и вода, хлынувшая внутрь через выбитый иллюминатор. Темно, шумно, и скрип такой, будто судно разламывало пополам.

— Эй, Аляна...

Настырная рука щупала меня за ребра.

— Врезать сразу? Или сам как-нибудь? — недовольно ответила я, не открывая глаз.

— Откуда мне видно, что ты там делаешь? Перстень ты же не сняла.

— Да вот сморило меня опять.

— Что-то слишком быстро засыпаешь, — проворчал принц. Но хорошо, руку убрал и сел ровнее, а то точно бы влетело за излишнюю инициативность. — Я только и увидел, как подушки смяло, и потом наступила тишина. Надолго.

— Неужели опять приспичило? Поэтому будишь?

Обернувшись ко мне, принц уставился на меня с улыбкой.

— Ну что тебе опять? — проворчала я.

— Вставай, мне надо хоть для виду посетить последнее занятие. Или ты забыла?

— И почему я должна помнить о твоих делах? — вздохнув, я сняла перстень и взяла джинна за руку.

— Так стой! — остановила его я. — Как это? Меня же увидят.

— Правильно, что сняла перстень. Мне надо видеть тебя, чтобы перенести. А то останешься на месте, а я бездыханным телом застряну в межпространстве.

— Было бы неплохо.

Глянула на цепь и исчезнувшее звено, поэтому нехотя признала:

— Ладно, плохо. Было бы очень плохо! Честно!

Широкая улыбка заиграла на устах Аяза, а красивые ямочки собрались на щеках. Его лучистый взгляд вызвал непроизвольный отклик.

— Что ты лыбишься?

— Очень люблю, когда ты ворчишь.

— Это…

— Ну всё! — Схватив меня на руки, джинн снова применил портальную магию. И снова мы оказались в очередном коридоре. Бежевый мрамор, позолота и шифоновые занавески на высоких стрельчатых кверху окнах.

— Надевай перстень, — шепнул принц. — Живее, кто-то идёт.

Трясущимися руками я схватила артефакт и вот же тетеря! Выронила его на пол. Колечко покатилось, а я в панике кинулась за ним, падая на колени.

— Э…

— Да что ты стоишь! — прошипела я. — Помоги, прикрой меня! Перстень укатился.

Вопреки ожиданию, за моей спиной раздался громкий смех.

— Твоё счастье, что я тебя разыграл.

— Ах так!

Махнула ногой и сделала подсечку, но мой соперник вовремя увернулся, и я промазала.

— Ну-ка прекрати, — возмутился он. — И вообще, хватит уже драться. Разве я на тебя руки поднимаю?

— Это я-то дерусь?

Я вернулась к поиску перстня, по-прежнему стоя на коленях.

— Ещё даже не начинала. А ты… ты… правда, да, руки не поднимал, но распускал!

— Когда бы?

— Вот только не надо врать, — ухмыльнулась я, достав наконец перстень. — Когда ты понял, что я уснула, долго ли думал, выбирая место для, скажем так, рукоприкладства?

— Подловила.

— Что? — изумилась я. — Неужели признаёшь?

Я обернулась и смерила джинна внимательным взглядом.

— А толку? Если ты уже всё решила. Хочешь, могу извиниться? — Он встал рядом со мной на колени. — Но…

Его лицо вдруг оказалось совсем близко, будто он хотел меня поцеловать.

— Но? — спросила я, приняв вызов. А руку на всякий случай освободила для пощечины.

— Но ты забыла, — произнёс он с улыбкой, — что мне надо на занятие. Поднимайся скорее и надевай перстень. О большем не прошу.

Встав, он подал руку.

Неужели урок усвоен? Или он заметил моё напряжённое ожидание? Меньше всего в мужчинах мне нравится излишняя самоуверенность.

Нет, я не спорю, без нормальной самооценки сложно жить, но когда на горизонте маячит тип, который то и дело без спроса нарушает личные границы, особенно когда его об этом не просят, раздражение внутри вскипает само собой. И пускай обаятельности Аяза могут позавидовать именитые кинозвёзды, но моё отношение к нему, как к навязчивому самовлюблённому самцу, вряд ли поменяется. Чем-то он мне сразу не понравился. Бесит невероятно!

Чем?

— Алина? — позвал он.

— Иду, — встала сама, проигнорировав протянутую руку.

И правда, чем же он меня так бесит? Почему? Тем, что позволяет себе лишнего? Или тем, что мы с ним связаны цепью? Будь она неладна...

— Перстень, — подсказал Аяз. — Живо, кто-то точно идёт.

Надев артефакт, я всё же сыронизировала:

— Неужто опять твоё воображение?

Но увы, в этот раз из-за угла к нам повернул рыжий паршивец, если не ошибаюсь, по имени Фархат.

— Дружище! — воскликнул он и тотчас застыл. — А где?..

— Тише, — шикнул теперь уже принц. — Рядом.

Шехзаде кивком указал на пространство рядом с собой.

— А…

В следующий миг из-за поворота появилось ещё трое — мне незнакомых.

— Что застыл? — хмыкнул один из них, чудом не налетев на рыжего в широких белых шароварах и жилетке. Неужели форма одежды у них такая? Оглядев идущих в нашу сторону других студентов, поняла — да.

Вот это я понимаю, мечта любой попаданки — сразу столько голых торсиков на горизонте. Вот это шанс, вот это зрелище.

Хмыкнув, я тотчас опомнилась. А Аяз, стоящий рядом, кашлянул.

— Нездоровится? — подыграл нам Фархат.

— Першинка в горло попала, — оправдался принц. А я зажала рот ладонью, чтобы не усмехнуться.

Ну я сейчас оторвусь! Главное, чтобы мы сели рядом с другом Аяза — виновником, из-за которого я и находилась в таком каверзном положении.