Нелюбимая

Глава 4

Резиденция Фениксов, «Пылающий Утес», всегда была для меня испытанием.

Воздух здесь был густым от скрытого жара, пропитан запахом раскаленного металла, дыма и далеких вулканических испарений.

Стены из темного базальта, украшенные золотыми прожилками и гербами с пылающими фениксами, поглощали свет, создавая мрачное, но роскошное величие. Сегодня здесь кипел прием в честь заключения новой торговой сделки Дома Фениксов с горными кланами.

Повод формальный, но истинная цель витала в воздухе, как жар от плавильных печей: еще один шаг к укреплению связей между нашими семьями. Еще один намек на Союз.

Я стояла у высокого окна-бойницы, стиснув в руках бокал с ледяным шапроне. Моя мать, леди Элира, была рядом, ее серебристо-голубое платье мерцало, как айсберг в свете факелов. Она обменивалась любезностями с леди Сигрид Феникс, чье багряное шелковое одеяние казалось каплей расплавленной бронзы.

Их улыбки были отточенными, как кинжалы, слова – двойными, как намеки политиков. Отец и лорд Праймер обсуждали что-то о поставках обсидиана, их голоса шумели как гул моря и рокот вулкана.

Я старалась раствориться в тени базальтовой колонны. Моя собственная туника цвета морской пены казалась бледным пятном в этом царстве огня и тени.

Я наблюдала за высшим светом Аэтерии: дамы в шелках и драгоценностях, лорды во фраках с гербами своих Домов – Земли, Воздуха, редких Домов Теней. Все здесь, как на шахматной доске, где каждый ход просчитан на десятилетия вперед. И мы с Диланом – главные пешки.

Дилана я видела краем глаза. Он был центром притяжения, как всегда. Облаченный в черный костюм с золотым шитьем, изображающим пылающие крылья, он казался воплощением юной мощи Дома Фениксов.

Он шутил с группой молодых лордов, его смех гулко разносился под сводами, но его янтарные глаза, когда он думал, что на него не смотрят, были напряженными, как тетива лука. Он что-то задумал.

Я чувствовала это нутром, как моряк чувствует грозу по изменению давления. Магия воды внутри меня, обычно спокойная, едва заметно колыхалась, предчувствуя бурю.

Мои предчувствия оправдались. Дилан провел Мисси через боковую арку, ведущую из садов.

Он вел ее за руку, нежно, но с такой гордой, вызывающей уверенностью, что у меня перехватило дыхание. Он вел ее прямо в сердце львиного логова.

Мисси была одета в простое, но элегантное платье из мягкой шерсти глубокого сиреневого цвета, украшенное цветами из атласных лент, которые она, вероятно, любила рисовать. Никаких фамильных драгоценностей, только тонкая серебряная цепочка с каким-то маленьким камушком на шее.

Ее темные волосы были убраны аккуратнее, чем в порту, но все равно несколько упрямых завитков выбивались, обрамляя ее бледное от волнения лицо. Ее большие, темные глаза широко раскрылись, озирая огромный зал, сверкающие наряды, суровые лица.

В них читался не страх, а скорее ошеломленное любопытство и... решимость. Она сжала пальцы Дилана в ответ, ища опоры.

Шепоток пробежал по залу, как рябь по воде. Глаза – сотни пар глаз – устремились на них. Наследник Дома Фениксов и... кто?

Я видела, как брови Лорда Праймера медленно поползли вверх. Леди Сигрид замерла, ее улыбка застыла, превратившись в маску. Моя мать лишь слегка приподняла бровь, но ее пальцы сжали ножку бокала так, что она чуть не треснула. Ледяной шквал пронесся в ее глазах.

Дилан не обращал внимания на шепот. Он шел через зал, держа Мисси за руку, как король ведет свою королеву на трон. Его подбородок был высоко поднят, в глазах горел вызов. Он вел ее прямо к своим родителям. К эпицентру грядущего взрыва.

- Мама. Отец, – его голос прозвучал громко, намеренно перекрывая гул голосов. Зал затих. Музыка умолкла. – Позвольте представить вам Мисси Рейнольдс.

Лорд Праймер молчал. Его взгляд, тяжелый и раскаленный, скользнул с лица сына на Мисси, оценивая, как оценивают кусок руды на плавильне.

Мисси слегка присела в неуверенном реверансе.

- Милорд. Миледи, – ее голосок, обычно звонкий, слегка дрожал, но звучал четко.

- Рейнольдс? – прорычал Лорд Прймер. Его громкий голос был тише обычного, но от этого только страшнее. – Не слышал о таком Доме.

Это был не вопрос. Это был приговор.

- Мисси талантливая художница, отец, – продолжил Дилан, игнорируя удар. Он обнял Мисси за плечи защитным жестом. – Ее работы дышат жизнью, в отличие от всей этой... – он широким жестом обвел роскошный, но мрачный зал, – ...застывшей роскоши.

Вздох ужаса пронесся по залу. Леди Сигрид сделала шаг вперед.

- Дилан, сынок, – ее голос был сладким ядом, – это не место и не время для... демонстрации твоих благотворительных проектов. Мисси, милая, спасибо, что посетила нас. Слуги проводят тебя в сад, где тебе будет... комфортнее.

Ее взгляд бросил невидимый кинжал в сторону старшего дворецкого.

- Она останется здесь, мама, – парировал Дилан. Его рука на плече Мисси сжалась сильнее. – Потому что Мисси не благотворительный проект. Она – моя девушка и будущая невеста. Вскоре мы объявим о помолвке.

Тишина воцарилась абсолютная. Казалось, даже поленья в камине перестали трещать. Я почувствовала, как ледяной шок пронзил меня с головы до ног, сковав дыхание.

Он сказал это. Публично. Прямо им в лицо. В лицо всему высшему свету Аэтерии.