Нелюбимая

Глава 12

Прошло несколько дней. Никаких вестей о внезапном охлаждении Дилана. Напротив. Слухи из Нижнего Города становились все ярче.

Дилан и Мисси были вместе повсюду. Он помогал ей в мастерской, она приходила к нему в кузницу. Их видели смеющимися на рынке, несмотря на бедность. Их связь, пройдя через огонь магической атаки и (несостоявшееся) ледяное тлетворное влияние, казалась только крепче.

Утро было тихим. Я сидела перед огромным зеркалом в серебряной раме, похожей на замерзшую волну, пока горничная Налика, девушка с живыми глазами и безудержной страстью к сплетням, укладывала мне волосы в сложную, изящную прическу.

- Чуть повыше, миледи? – деловито спросила Налика, закалывая очередную прядь.

- Как считаешь нужным, – ответила бездумно, глядя на свое отражение, но не видя его.

Налика, не выносившая долгого молчания, тут же заполнила его потоком новостей.

- А сестра моя, знаете, та, что в лавке пряностей у Рыбьих мостков работает... Так вот, она их вчера видела. Совсем рядом, у мастерской той... художницы.

Я замерла, но не подала виду. Просто сжала пальцы на коленях.

- И что же? – спросила, стараясь, чтобы голос звучал ровно и безучастно.

- А то, что светятся они, как два солнышка! – восторженно продолжала Налика, вплетая в волосы нитку жемчуга. – Он, наш молодой лорд Феникс, нес ее мольберт, весь в краске, представьте! Смеялись они, будто простые ученики, а не... – она запнулась, осознав, и поспешила дальше. – Ну, вы поняли. И она на него смотрела... Ой, миледи, ну прямо как в тех романтических балладах, что певцы на площади поют!

Я чувствовала, как по спине пробежал холодок. Каждое слово было как укол тонкой иглой.

- И это еще не все! – Налика понизила голос до заговорщицкого шепота, наклонившись к моему уху. – Сестра поклялась мне на амулете здоровья, что видела своими глазами... Он подарил ей кольцо!

Я резко дернулась. Острая шпилька, которую в этот момент направляла Налика, вонзилась мне в кожу у виска.

- Ай!

- Ой, простите, миледи, простите! – Налика всплеснула руками, испуганно отшатнувшись. – Это я нечаянно! Сидите ровно, не дергайтесь. Ох, кровь идет!

Она схватила шелковый платок и прижала к крошечной ранке. Я же не чувствовала физической боли. Я чувствовала только ледяную пустоту, разливающуюся внутри.

Кольцо.

Дилан подарил Мисси кольцо. Не фамильные драгоценности, а личный подарок. Наверняка выкованное им самим. Знак серьезности намерений. Публичное заявление, пусть и сделанное в узком кругу лавочников и художников.

- Ничего, – глухо сказала я, отстраняя руку горничной. – Продолжай.

- Вы уверены? Может, позвать лекаря?

- Я же сказала, ничего. Продолжай свою историю. Что за кольцо?

Налика, все еще напуганная, но неспособная удержаться от соблазна поделиться сенсацией, снова принялась за прическу, теперь уже с удвоенной осторожностью.

- Ну, простое такое, серебряное, без камней. Но красивой работы! С узором, похожим на язычки пламени. Он, наверное, сам в своей кузнице и выковал, – она вздохнула, мечтательно. – Это же так романтично! Подарить кольцо, сделанное своими руками... Это ж значит, он всерьез. О женитьбе, наверное, думает.

О женитьбе.

Слова Налики, произнесенные с такой искренней верой в сказку, укололи сильнее, чем любая шпилька. Если они поженятся... если он бросит вызов семьям открыто... Возможно, это и есть конец? Родителям придется отступить.

Скандал будет чудовищным, но всё будет позади. И тогда... тогда моя мучительная неопределенность закончится. Я буду свободна от этого навязанного брака. А он будет счастлив с той, кого любит.

Почему же от этой мысли внутри не становилось легче? Почему вместо облегчения я чувствовала лишь новую, еще более гнетущую тяжесть?

- Ах, как я завидую этой Мисси, - продолжала щебетать Налика. – Ведь она простая девушка, а в нее влюбился сам наследник клана. Это же значит… что и у меня есть шанс? Вдруг и в меня влюбится какой-нибудь наследник?! Например, Дома Земли… У них столько драгоценностей, что, говорят, бриллиантами в их дворце даже потолки выложены, как звездная карта… Ну вот, миледи, прическа готова.

Она отошла, любуясь своей работой. Я поблагодарила и сказала:

- Налика, – тихо, но очень четко произнесла я, ловя взгляд горничной в зеркале. – То, что ты мне рассказала... Я не хочу, чтобы это повторяли в коридорах. Никогда и никому. Понятно?

В моем голосе не было угрозы, только ледяной, неоспоримый приказ, сопровождаемый взглядом «ледяной наследницы», который я редко обращала на прислугу.

Налика сразу посерьезнела, испуганно кивнув.

- Так точно, миледи. Молчок. Я ничего не слышала, ничего не знаю.

- Хорошо. Теперь можешь идти.

Когда дверь за горничной закрылась, я осталась сидеть перед зеркалом, глядя на свое идеальное, бесстрастное отражение, увенчанное жемчугом. На виске алела крошечная капля запекшейся крови, словно рубиновая мушка – единственное свидетельство бури, бушевавшей внутри.

Кольцо. Женитьба. Конец.

Я не знала, радоваться этому или плакать. Я лишь понимала, что ответный удар Дилана вот-вот грянет. И я должна быть к нему готова.

Дилан нанес свой удар через несколько дней. Но не тихо. Открыто. Ярко. Как удар молнии.

Он не стал скрываться. Дилан пришел в самое сердце высшего света – в Изумрудные Сады, где в тот день проходил традиционный «Праздник первого листа». Все были там: наши родители, придворные, дипломаты. Мы с матерью стояли у фонтана Феиниды, когда гул толпы внезапно стих, сменившись шепотом изумления.

Дилан вошел в сад. Он вел за руку Мисси. Она была в простом, но свежем платье цвета весенней зелени, ее темные волосы убраны скромными цветами. Она выглядела бледной, но невероятно собранной, ее рука крепко держалась за руку Дилана.

Он же... Он горел. Не магией, а уверенностью, победой, безумной отвагой. Он вел ее прямо к центру, к музыкальной эстраде.