Нелюбимая

Глава 41

Члены Совета увязли в разборе последствий атаки на порт и допросах пленных культистов. Я погрузилась в анализ магических повреждений Узла и координации восстановительных работ. У меня была своя битва – с хаосом внутри и с реальной угрозой снаружи.

Информация, добытая из пленных, вывела нас на след. Не просто на уцелевших культистов, а на гнездо. Место, где Архитектор Бездны готовил свой последний, отчаянный удар – ритуал, направленный уже не на разрушение Узла, а на пробуждение Пламени Глубин раньше времени, используя ослабленные после битвы щиты. И место это было не где-то далеко, а в самой системе вентиляционных шахт под Южным Рудником Фениксов.

Совет был кратким и напряженным. Дом Огня и Дом Воздуха настаивали на массированной атаке силами магов огня и земли – выкурить, задавить мощью. Риск обрушения шахт и гибели заложников (там были рабочие!) их, казалось, волновал меньше, чем скорость.

- Это слишком грубо, слишком опасно! – Дилан встал, его кулаки сжались. Он не смотрел на меня, но я чувствовала его обращенную ко мне мысль, его ожидание поддержки. – Шахты и так повреждены газами после прошлых сбоев. Массивный удар – и мы похороним и культистов, и своих!

- Альтернатива? – спросила леди Сигрид, ее взгляд скользнул по мне. – Тоннели узкие. Подходы заминированы теневой магией. Послать малый отряд – самоубийство.

- Если только этот отряд – не мы, – сказала я тихо, но так, что все замолчали.

Я подняла голову, встречая сначала удивленный, потом горящий надеждой взгляд Дилана, потом скептические – членов Совета.

- То, что мы сделали у Узла... Мы можем это контролировать. Тонко. Точечно. «Кипящая Волна» или «Обжигающий Туман». Он проникнет в любую щель, сожжет тьму, но не тронет камень. Или людей, если мы будем осторожны. Он выкурит их без обрушения.

Дилан резко кивнул, его глаза пылали решимостью.

- Да! Мы можем! Мы знаем как! Это единственный шанс спасти рабочих!

Фениксы переглянулись. Лорд Праймер хмыкнул, потирая подбородок.

- Рискованно... Но сила, что вы показали... Она была реальной. Если сможете повторить... Контролируемо...

Леди Сигрид промолчала дольше, ее взгляд изучал нас обоих, словно взвешивая не только тактический шанс, но и саму возможность нашего сотрудничества. Наконец, она кивнула, один раз, резко.

- Хорошо. Маги земли и огня обеспечат периметр и эвакуацию. Вы – ядро удара. Но малейший сбой, малейшая потеря контроля... – она не договорила, но смысл был ясен: цена будет ужасной.

Спуск в шахты был мрачным. Запах серы, пыли и страха витал в воздухе. Теневые ловушки щелкали под ногами, но их нейтрализовали наши сопровождающие маги. Мы шли впереди – Дилан и я. Молча.

Наше дыхание было в такт. Наша магия, еще не выпущенная, уже вибрировала в унисон, как струны одного инструмента.

Мы нашли их в огромной подземной пещере, превращенной в святилище тьмы. Культисты, ведомые новым, менее могущественным, но от этого не менее фанатичным лидером, заканчивали подготовку ритуала.

В центре, на алтаре из черного камня, пульсировал сгусток чистой энергии Пламени Глубин, вытянутой через ослабленные щиты. Рядом – связанные рабочие.

Не было времени на переговоры. Лидер культистов взревел, увидев нас. Тьма сгустилась для удара.

Мы взглянули друг на друга. Одновременно. В его глазах а доверие. В моих – готовность.

Взметнулись руки. Моя магия воды, холодная и глубокая, встретила его магию огня, яростную и защитную. И слилась.

Родилась «Ослепительная Паровая Сфера». Небольшой, плотный шар бело-голубого сияющего тумана. Он воспарил перед нами на мгновение, гудя чистой мощью, а затем, по нашей единой воле, рванул вперед.

Он пронесся по пещере, как призрачный шквал. Где он касался – щиты тьмы шипели и испарялись. Ритуальные круги гасли. Культисты вскрикивали от панического ужаса, когда их связь с тьмой просто... исчезала, сожженная чистотой пара.

Сгусток Пламени Глубин на алтаре дрогнул, его связь с ритуалом оборвалась, и он медленно погас, как уголек. Шары пара обволокли рабочих, и веревки, связывающие их, просто... растворились, не тронув кожи.

Это длилось секунды. Когда сияющий туман рассеялся, в пещере стояли лишь ошеломленные, но невредимые рабочие и группа дезориентированных, магически нейтрализованных культистов. Ни одного взрыва. Ни одного обрушения. Только чистая контролируемая сила.

Рабочих эвакуировали. Культистов сковали и вывели. Лидер плевался проклятиями, но был бессилен. Угроза Пламени Глубин была окончательно снята.

Члены Совета нам аплодировали. В Совете витало благоговение перед силой, которую продемонстрировали наследники великих Домов. Истинные наследники.

Возвращение в Маринер-Холл после победы было похоже на погружение на морское дно. Торжество осталось снаружи, за толстыми стенами, а внутри царила глубокая, давящая тишина, нарушаемая лишь отдаленным гулом прибоя.

Я сидела в своем кабинете, вернее, в кабинете моей матери, и пыталась сосредоточиться на первых, самых неотложных распоряжениях. Но буквы на свитках расплывались, превращаясь в черные мушки перед глазами. В голове был хаос, в котором не могло укорениться ни одной мысли. Все они возвращались к Дилану. К нам…

Мой лед... Мой верный щит, моя крепость, моя защита от боли... Он таял как весенний снег под солнцем.

Тепло его рук в битве у Узла, мощь нашего единства в шахтах, этот немой, обжигающе-честный взгляд, когда он просил дать ему шанс – все это растапливало последние осколки стены.

Я уже решила дать ему шанс, но нужно было сделать первый шаг навстречу. Тем более Дилан решил действовать осторожно, постепенно, боясь меня напугать. А я уже боялась другого – что я не найду в себе смелости шагнуть навстречу, и мы так и будем ходить вокруг да около.

Я нашла его, сидящим задумчиво на террасе, выходящей на море. В руках он вертел ветку коралла, которую достал из напольной вазы, стоящей на террасе.

Таким – задумчивым, сбросившим маску бравады – я видела его редко. Я залюбовалась его профилем. Я всегда любила его резкие, словно вырубленные из камня черты. Этот крупный нос с горбинкой, густые черные брови вразлет, такие упрямые и яркие глаза…