(не)любимая невеста Императора дракона

Глава 14

Тирон

Я ворвался в свой кабинет злой, как тысяча демонов Пепельного Разлома. Дверь ударилась о стену с грохотом, от которого хрустальные светильники задрожали, их магическое пламя замигало, отбрасывая на мраморный пол тревожные тени.

Моя кровь кипела, дракон внутри ревел, его когти скребли по ребрам, требуя выхода. Эта проклятая старуха Лисса, этот лес, пропитанный волчьей вонью, и Элина, сбежавшая, как трусливый заяц, – все это было насмешкой над моей властью, над моей империей!

За столом, в моем собственном кресле из черного дуба, развалился мой верный генерал и друг, Дариан. Его броня, отполированная до блеска, лежала в углу, а сам он, в расстегнутой рубахе, лениво потягивал вино из серебряного кубка. Его темные волосы были растрепаны, а в глазах, обычно острых, как клинки, плескалась расслабленная насмешка. Он поднял взгляд на меня, его губы изогнулись в кривой улыбке.

– Нашел? – спросил он, его голос был ленивым, но с едва уловимой издевкой, как будто он уже знал ответ.

– Нет! – рявкнул я, швырнув плащ на спинку кресла. Ткань зацепилась за резной драконий коготь, и я с досадой дернул ее, едва не порвав. – А ты знал, что в наших лесах завелись волки? Эти твари, Дариан! Оборотни, шныряющие под самым моим носом, а я, император, узнаю об этом последним!

Дариан приподнял бровь, откинувшись на спинку кресла. Его кубок замер в руке, но он не спешил отвечать, словно смаковал мое раздражение.

– Знал, – сказал он наконец, пожав плечами. – После войны с Ледяными Драконами было не до того, Тирон. Они не мешались, держались в глуши, подальше от замка. Думал, ты в курсе. Лес большой, а у нас и без того забот хватало.

Я стиснул зубы, чувствуя, как дракон внутри меня зарычал громче. Все знали! Лисса, деревенские, даже этот чертов генерал, мой ближайший друг, а я, император Драконьей Империи, был слеп, как новорожденный дракончик! Я прошелся по кабинету, мои сапоги глухо стучали по мрамору, и каждый шаг отдавался в висках, как удары молота.

– Не мешались? – прорычал я, останавливаясь напротив него. – А ты, похоже, забыл о пророчестве, Дариан! О том, что волки вернутся, когда магия станет нестабильной! Что они создадут свое государство, вернут свое величие! И это на моих землях! Ты понимаешь, что это значит? Если они найдут своих истинных, они начнут плодиться, как тараканы, и оттяпают у нас кусок империи! После всей крови, что мы пролили в войне с Ледяными Драконами, мне только этого не хватало!

Дариан поставил кубок на стол, его глаза сузились, но в них все еще мелькала тень скептицизма. Он скрестил руки на груди, его пальцы постукивали по рукаву рубахи.

– Больше ста лет назад наши предки изгнали их, Тирон, – сказал он, его голос был спокойным, но с ноткой усталости. – Лишили их истинных. Без них они не могут давать потомство, способное исполнить пророчество. Первый ребенок, который должен его воплотить, не родится, пока не появится истинная пара. А их, как ты знаешь, не осталось. Это просто стая бродяг, не более.

– Бродяги? – я фыркнул. – Если волки появились, значит, истинная не за горами! Они уже здесь, Дариан, и я не позволю им размножаться и строить свое государство на моих землях! А эта старая змея Лисса… – я сжал кулак, и руны на полу снова полыхнули алым. – Она что-то скрывает. Не удивлюсь, если это она призвала их, ведет свою игру, прикрываясь своей знахарской репутацией. И внучку свою вырастила такой же – дерзкой, неблагодарной девчонкой!

Дариан вздохнул, потирая висок, словно мой гнев был для него привычным шумом. Он взял кубок, сделал глоток и посмотрел на меня с легкой насмешкой.

– Так что ты делать думаешь? – спросил он. – Девчонка тебе нужна, это ясно. Ее магия – единственное, что удержит твоего дракона в узде. Но, Тирон, не думал ли ты сменить тактику? – Он наклонился вперед, его голос стал тише, но с язвительным оттенком. – Ну чего тебе стоило подарить ей пару цветов, наплести про любовь и верность? Хоть до свадьбы бы дотерпел. Девчонки на такое падки, знаешь ли.

Я замер, мои глаза сузились, и дракон внутри меня зарычал так, что я почувствовал жар в груди.

– Врать? – прорычал я, шагнув к столу. – Я, император, должен опускаться до лжи ради какой-то провинциальной девчонки? Это честь для нее, что я выбрал ее! Для любой это честь! Она должна была пасть на колени от благодарности, а не устраивать этот цирк перед всем двором!

Я ударил кулаком по столу, и кубок Дариана подпрыгнул, расплескав вино. Он лишь хмыкнул, не впечатленный моим гневом, и откинулся назад, скрестив руки.

– Ну, раз честь, то докажи, – сказал он, его губы дрогнули в усмешке. – Давай проверим твою теорию.

Я рявкнул на стражу, стоявшую у двери:

– Позвать Лиру! Немедленно!

Дариан приподнял бровь, но промолчал, его глаза блестели, как у человека, который знает, что сейчас будет представление. Дверь распахнулась, и в кабинет вошла Лира, ее локоны струились по плечам, а платье с глубоким вырезом колыхалось, как шелковая волна. Она низко поклонилась, ее глаза сияли угодливой преданностью, но я видел, как ее пальцы слегка дрожали – она чувствовала мой гнев, как зверь чует бурю.

– Лира, – начал я, мой голос был холодным. – Стала бы ты женой императора, если бы я предложил тебе корону?

Ее глаза расширились, и она замерла, словно не веря своим ушам. Ее щеки залились румянцем, а губы задрожали, когда она выпалила:

– Ваше Величество, это была бы величайшая честь! – Она опустилась на одно колено, ее голос дрожал от восторга. – Я бы посвятила вам всю свою жизнь, мой господин!

Я усмехнулся, скрестив руки, и бросил взгляд на Дариана, который наблюдал за сценой с едва скрываемой насмешкой.

– А если бы знала, что я буду изменять тебе со всем двором? – продолжил я, наклоняясь к Лире. – Что бы ты сказала тогда?

Лира замялась, но лишь на мгновение. Она подняла голову, ее глаза блестели, но в них была покорность, которая раздражала меня еще больше.