( Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины

Глава 18

Все-таки в мотивации кроется великая сила! Помимо организации собственного ночлега меня подгоняет мысль о том, что с завтрашнего дня начинается мое обучение у знахарки. Поэтому запустить процесс ремонта надо сегодня, хоть кровь из носа!

После разговора с Мартой выясняю, что ремонт гостевых комнат был приостановлен, потому что на полях вовсю собирали урожай. Каждая пара рабочих рук была на вес золота. Потом деревенские готовились к вчерашнему празднику Урожая, а потом… Наступило сегодняшнее утро, и рабочие, видимо, решили слегка продлить себе праздник.

Я тут же отправляю в деревню Томаса, чтобы тот поторопил рабочих, и нанял дополнительных мастеров. Но Томас возвращается из деревни ни с чем. Работники, мол, по-прежнему заняты. «Придётся действовать решительнее,» — думаю я и требую запрячь для себя лошадь.

Для поездки в деревню заимствую у Марты простенький дорожный плащ и кошелек с серебряными монетами из денег, выделенных генералом на ремонт.

Когда я в сопровождении Томаса добираюсь до деревни, становится понятно, что тому бессовестно наврали. Женщины и правда заняты. Режут капусту на закваску, развешивают рыбу на просушку, занимаются домашней скотиной, детьми, стиркой, готовкой, а вот мужчины... работают только языками.

Они, сбившись в небольшие группы, обсуждают урожай, прошлый и следующий, а потом «случайно» перемещаются к трактиру.

Я считаю, что лучший способ их поторопить — это напомнить, что графский дом платит щедро и при этом… требует. Стремительно иду за ними следом в сторону таверны, пока Томас за спиной бубнит о том, что негоже благородной леди ходить по злачным местам, как вдруг…

Мне преграждает дорогу здоровенный мужик, одетый в добротный, деревенский костюм: штаны из темной, плотной ткани, блестящие кожаные сапоги да светлую рубаху. Несмотря на чистую, явно не дешевую одежду, от него так разит перегаром, что успеваю на миг испугаться. Но уже в следующую секунду признаю в нем вчерашнего знакомого. Курица - роды - дочь Верония — эта цепочка проносится в моей голове.

Невольно улыбаюсь, когда мужик почтительно склоняет передо мной голову: «Госпожа Верония?» В его грубом голосе сквозит уважение. Разница в отношении налицо. Если вчера он воспринимал меня, как непонятную, случайную особу, то сегодня относится, будто к королеве.

Интересуюсь, как себя чувствует Сария и малышка Верония. Новоиспеченный отец просто млеет от моих вопросов и минут десять расписывает, что благодарен мне за спасение жены и дочери, а потом на его лице появляется тревога:

— Что же это вы, госпожа, у трактира стоите? Ежели еще не ели, то к нам идите обедать! Сария сегодня картошку потушила с курицей. Просто пальчики оближешь! А ежели переночевать где надо, так у нас и переночуйте!

— Нет, не в этом дело, — мотаю головой и кошусь на трактир. — Я приехала поторопить мастеров для ремонта генеральской усадьбы. Только вот люди не горят желанием работать, хотя обещали после праздника выйти на работу.

— Кто эти лоботрясы? Назовите имена, — говорит он, хмурясь и сжимая кулаки.

К счастью, Томас уже упоминал при мне имена двух бригадиров команды мастеров. Поэтому я их тут же, без задней мысли выдаю... и сразу же чувствую себя ябедой из песочницы. Хотя, что бы там я не чувствовала, это не изменяет того факта, что мне сейчас пригодится любая помощь.

Ким деловито приказывает:

— Ждите здесь, — и ныряет в дверной проем трактира.

Проводив его взглядом, я неуверенно топчусь на месте. Хм. Чего ждать-то? Пока он найдет бригадиров? Найдет ли? А если его отвлекут, как это бывает в таких местах? Слово за словом и он напьется? Я вопросительно оборачиваюсь на Томаса. Слуга выглядит, на удивление, довольным.

— Леди Торн, нам несказанно повезло, что вы приняли роды у жены старосты этой деревни. Все обязаны слушаться старосту. Его решение здесь закон.

Я с облегчением выдыхаю. Вот уж правда, повезло так повезло!

И действительно, скоро передо мной собирается целая толпа. Кто-то медленно идет прочь, кто-то остается с мрачными физиономиями, а староста на всех недовольно рычит, обзывая бездельниками и лентяями. До меня доходит, что люди расслабились после тяжелой работы и праздника. Им просто не хватает мотивации, чтобы начать вкалывать по новому кругу.

Что же, это дело поправимое.

— Уважаемые, — начинаю я, разложив на бочке перед трактиром мешочек с серебром, — генерал Арвин Торн готов щедро заплатить за ремонт своего дома. Здесь ровно столько, чтобы сделать всю работу вовремя. Но если вы не начнёте прямо сейчас, этот мешочек отправится в соседнюю деревню, где, говорят, люди готовы приступить к работе сразу после праздников.

В толпе раздается одобрительный шёпот, а пара мужиков тут же кивают. Деньги, как известно, мотивируют лучше любых угроз и приказов. Конечно, сразу я им серебра не даю. Обещаю, что заплачу в конце дня ровно столько, сколько они заработают. Мужчин это вполне устраивает, и они отправляются запрягать лошадей.

Вернувшись обратно в усадьбу, захожу с Томасом в сарай проверить, что у нас есть из запасов. Оказывается, значительная часть дубовых досок, предназначенных на роль паркета, так и не была доставлена. Деревенская телега сломалась по пути, и груз оставили на складе соседней деревни, за несколько миль от усадьбы.

Поручаю Томасу организовать экспедицию за паркетом. Заодно вместе с первыми прибывшими мастерами проверяю в сарае все инструменты и стройматериалы, что есть в наличии. Естественно, не хватает шлифовальных камней и молотков для мрамора. Справившись с раздражением, даю Томасу денег, чтобы тот докупил в соседней деревне инструментов. А если не продадут, пусть хотя бы сдадут в аренду!

Когда слуга уезжает, мастера начинают работу. Старое покрытие пола уже было снято во всех гостевых комнатах, поэтому сейчас они устилают пол досками из сарая. Я не могу нарадоваться, глядя на их работу. Наконец-то, процесс начался!

К концу дня Томас возвращается с полным набором инструментов и дубовых досок. Теперь у нас есть все необходимое, а в самой большой гостевой комнате пол устлан новым покрытием, и это для меня целое достижение! Засыпаю, уставшая, но совершенно счастливая.