Нелюбимая жена Его Светлейшества

Глава 1

Сознание приходит не сразу. Снится, что я падаю в бездну. И будто кричу, но звука нет. Сердце как бешеное колотится в груди, готовое вот-вот проломить ребра. Но сон всё не хочет заканчиваться. Я слышу голоса, но не могу их понять. Женские, мужские. Всё вперемешку. А затем и вовсе нарастает какой-то странный гул. Я не могу открыть глаза, чтобы посмотреть, что происходит вокруг. Шумно, ветрено. А через секунду хлопок, меня будто подкидывает или, наоборот, выкидывает, сон прерывается, и я наконец распахиваю глаза, всё ещё с гулко бьющимся сердцем от страха падения. А потом и вовсе от непонимания, где я. Взгляд упирается в тканевый свод над головой.

В голове все еще звучит чей-то крик…

Моргаю.

Это что ещё такое?

Лежу, смотрю, и ни одной живой мысли в голове.

Хочется пошевелить рукой, но тело не слушается.

Пару минут лежу в ступоре с мыслями, что меня парализовало. Но всё же мне удаётся совладать с телом, и я приподнимаюсь на локтях. Разглядываю верх.

Свод тканевый, балясины по углам, и наконец я понимаю, что это кровать с балдахином. С тяжёлой бархатистой тканью бордового цвета.

Касаюсь пальцами постели. Ткань невероятно приятная на ощупь. Чуть прохладная, мягкая.

Осторожно подползаю к краю большой кровати и, спустив ноги, поднимаюсь. Опускаю взгляд вниз, понимая, что под ступнями что-то мягкое. Это не ковёр, это шкура какого-то огромного зверя. А на мне надето что-то тонкое, на ощупь ткань похожа на шёлк.

Вот теперь я точно в растерянности. Потому что совершенно не помню, чтобы я переодевалась или меня кто-то переодевал. И такой сорочки у меня не было совершенно точно. И в больницах таких не выдают!

И вообще, мне казалось, что я шла домой с работы. А тут…

Оглядываюсь.

Комната мне не знакома. Это не моя квартира, это не больница. Даже мысли толковой нет, чтобы понять, куда я попала и как попала? Это даже не похоже на гостиничный номер.

В комнате добротная мебель. Комод большой у стены, над которым картина с красивой светловолосой девушкой в шикарном платье, а рядом с ней светловолосый мужчина в какой-то форме. Военный?

Чуть дальше по стене большой шкаф с двумя дверцами. Зеркало в пол. И большое кресло. Такой мебели я даже в дорогих мебельных салонах не видела.

Иду к зеркалу.

Подхожу и вскрикиваю, отскакивая в сторону. Сердце снова сходит с ума в груди. Кажется, что воздуха не хватает, и я сейчас задохнусь.

Чёртова паника!

Мне показалось, да? Это какая-то странная игра воображения. Собрав волю в кулак, снова подхожу к зеркалу и, приоткрыв рот, замираю, разглядывая.

Это не я. Нет-нет. Это какое-то неправильное зеркало. Или это игра моего воображения? Или я всё ещё сплю?

Сердце подпрыгивает к самому горлу, а в ушах слышится его стук. Ещё немного, и начинает темнеть в глазах. Тошнота подкатывает к горлу.

В отражении на меня смотрит двадцатилетняя светловолосая голубоглазая девушка. С ладной фигурой, светлой кожей. А мне тридцать. Я шатенка с каре-зелёными глазами. С хорошей фигурой, но не такой идеальной. И я точно не вот эта красивая девушка, что смотрит на меня удивлёнными светлыми глазами.

Качаю головой. Отражение повторяет за мной.

Улыбаюсь, обнажая красивые ровные зубы.

Отражение повторяет каждое мое движение.

Сердце долбит в груди.

Отступаю от зеркала.

Шаг, второй, третий.

Где я и кто я?

Оглядываюсь, ничего не понимая.

Это сон? Я всё ещё сплю?

Но, касаясь своего лица, рук, сорочки, всё вполне реально. Даже щиплю себя за руку.

Больно!

Подхожу к окну, там… Там сад. Цветы, деревья. Поднимаю взгляд. Обычное небо.

А где Москва? Где мой любимый город?

Снова оглядываю комнату, и нет у меня ни единого предположения о том, что вообще могло произойти. Может, я уснула и всё забыла? Потеряла память? А как тогда объяснить свою внешность, которая кажется мне чужой?

Замечаю две двери. Одну чуть дальше шкафа и вторую на противоположной стене. Но выглядит она более основательно. Решаю проверить, заперта ли та, что менее заметна. И она поддаётся, открывается.

Здесь небольшой коридорчик, заканчивающийся дверью напротив. А ещё одна дверь по правую руку. Нет уж, проверять что и где я не буду. И стоит только закрыть смежную дверь, как открывается основная.

– Госпожа Мейри! – в комнату врывается девчонка с подносом и склянками. Ей лет пятнадцать, не больше. Она застывает, уставившись на меня так, будто увидела привидение. – Вы… Вы стоите! Вы в порядке?

Я открываю рот, чтобы ответить, но голос дрогнул.

– Я… Думаю, да.

Девчонка расплывается в радостной улыбке.

– Слава Свету! А я к вам спешу, лекарь велел дать настой, а вы уже на ногах… Подождите! – Она подбегает и тянет меня обратно к кровати. – Вам нельзя вставать после такого!