Нелюбимая жена ректора академии

Глава 7

Спорить или возражать было бессмысленно. Еще в день брачного ритуала я осознала простую вещь – если Коннор принял решение, что-то задумал, взял на себя ответственность, его не сдвинет даже таран.

Прочитав на моем лице предостережение, Моника уступила.

– Конечно. Как вам будет угодно.

И отпустила ладошки детей.

Глаза с темно-синими, как пасмурное небо, радужками, поймавшие взгляд близнецов, загадочно полыхнули. Не замечая коллег, кузен императора присел возле меня, задев плечом.

Чертова драконья магия!

Ослепляющая вспышка жара, скользнувшая в кровь, яркими картинками во всех красках напомнила нашу брачную ночь.

Сдержанность и хладнокровие Коннора треснули, едва он пересёк порог сумрачной спальни. Я ждала его на шелковых простынях, спокойная и немного отрешенная. В те дни я только привыкала к новому телу, новому магическому миру, искала общий язык со слабым резервом, размышляя как совместить хилый дар с огромным багажом знаний доктора хирургического отделения.

Услышав шаги, я приподнялась на локте.

Коннор неспешно вошел в облитые огнями ночников покои в одном расстегнутом камзоле на голое тело и брюках.

Он смутил меня. Сбил с толку голодным рывком, вжав разгоряченным торсом в простыни, и обхватил голову широкими ладонями.

Под пристальным драконьим взглядом обнаженная кожа покрылась мурашками. Дыхание обожгло раскаленные легкие.

Мысли путались, я забыла кто я, и кто он. Не чувствовала ничего кроме бушующей страсти между нами. Тонула в его глазах. Тонула в страстном желании быть с истинной парой.

Связь. Она была настоящей! Не поделка, не иллюзия, не наведенные чары. Связь горела крошечными золотистыми нитями, вспыхивая огнями. Я видела ее. Пораженная хлынувшими в меня магическими способностями – ощущала!

В глубине драконьих глаз горели темные магические искры.

Жар и желание превозмогли испуг и сомнения.

Коннор мягко улыбнулся. Впервые с момента знакомства на людной Набережной.

Гладко выбритые щеки, четкий контур лица, коротко стриженные светлые волосы, идеальный разлёт бровей. Кузен императора пленял суровой холодной красотой с оттенком мужественности и беспринципности.

Я провела ладонью по мужскому лицу, зарылась пальцами в жесткие волосы.

Тогда мне казалось, из нас таких разных, непохожих, совершенно незнакомых, из чуждых миров – может получиться семья. Нас связала магия. Связала Богиня.

Я могу влюбиться в собственного мужа, могу стать ему хорошей женой, а он мне мужем…

Но утром без какой-либо причины, воздействия, заклинания – метка истинности исчезла. Коннор взбесился. Обвинил простую девушку из низов во всех смертных грехах и вышвырнул вон.

А вскоре я узнала, что беременна.

Но возвращаться к мужу не стала.

Прошло много лет. Лорд Торнот для меня давно перевёрнутая страница; забытое прошлое, настигшее в самый неподходящий момент. От одной мысли о том насколько мы могли быть счастливы вместе, если бы муж тогда проявил хоть каплю терпения и не послушал сплетни магов-экспертов, подогнулись колени.

Хватит.

Мечты иллюзорны. А реальность беспощадна, и всегда ранит до крови.

– … пойдете в мой кабинет, пока ваша мама занята? Там много всего интересно. Обещаю, скучно не будет. Можем заказать разных сладостей? – Из тяжких воспоминаний выдернул вкрадчивый голос Коннора. Сидя на корточках, он жадно изучал близнецов.

Эрин и Ларк растеряно покосились на маму.

Незнакомый взрослый дядя, плечистый и могущественный, уже второй раз за день обращает на них внимание. Это привело моих крошек в глубокое замешательство. Первый резерв вокруг них заметно дрожал и вибрировал.

Я успокоила детей улыбкой, чуть заметно кивнув. «Всё хорошо. Идите с ним».

Сын долго смотрел на родного отца, будто пытаясь что-то понять, потом взял Эрин за руку и тихонько ответил:

– Яблочную пастилу тоже закажем?

Дракон выпрямился, протянул сыну ладонь.

– Занятно. И я в детстве любил эту сладость.

Дыхание оборвалось. Только бы не почувствовал драконью кровь, только бы не почувствовал…

– Вы еще здесь профессор Рейт? – Несостоявшийся муж уверенно заключил ладошку Ларка в свою – могучую лапищу, холодно бросив через плечо: - Пациентка заждалась.

Я опомнилась.

– Да, конечно.

Помахала близнецам на прощание и, не ощущая под ногами опоры, словно в тумане поспешила в лазарет. Моника, магистр Дихольм и все остальные ринулись следом.

* * *

Летиция Юст, лучшая студентка темного факультета, лежала на койке без движения с плотно сомкнутыми веками. Серо-землистый оттенок ее лица отчетливо контрастировал с белоснежной простыней, еще больше усугубляя пугающие выводы. В Императорской Академии магии завёлся стригой.

Отмахнувшись от поспешных умозаключений, я стянула всю силу в ладони, обошла койку с бесчувственным Энтони, присела на край и склонилась над девушкой. Сердечный ритм был учащен, остаточные магические эманации фонили внезапным перемещением в пространстве. Выходит, и в этом случае перед полным осушением резерва некто очень опасный и дерзкий использовал незарегистрированный портал.

Грудь стиснул болезненный спазм.

Второе нападение за день! А ведь только пятый час вечера… Богиня, что академию ждет этой ночью?

– Ваш вердикт, профессор Рейт? – Из невеселого состояния выдернул нетерпеливый голос Дихольм. Некромантка едва держалась на ногах, и Кронос заботливо поддерживал пожилую магичку под локоть. – У девочки есть хоть малейший шанс вернуть резерв?

Я провела ладонью над пациенткой, вскрывая узловые точки магии.

Выжжены. Резерв выпит до капли.

Аура повреждена.

Жизненные показатели в норме, но студентка «пустышка». И сознание в странном коматозном состоянии. Словно кто-то намерено погрузил студентов в сон.

– Я… пока не могу дать точный прогноз, магистр Дихольм. – честно призналась, борясь с внутренней тревогой за близнецов.