"Нелюбимый" день недели

Вторник, после воскресения #3 - часть 3

Освободившись от кошмара, мучившего меня до утра, я открыла глаза. И вспомнила, как мама перед первым сном в чужой и страшной, только купленной квартире, когда я испугалась спать одна, легла со мной, рассказала мне историю любви Царицы Клеопатры и Марка Антония, и перед тем, как я заснула, прошептала на ухо: на новом месте приснись жених невесте. Как же я долго блуждала в бессознательных поисках того самого, единственного.  И даже наутро вставать не хотела. Конечно, мне на ум приходил только Саша Костров из «Молодежки», поэтому я смело покоряла всю ночь ледяную гладь. Сейчас я точно была не так суеверна, и все же наличие Сережи в моем сне слегка смущало.

Достав из-под подушки телефон, я вновь открыла переписку с подругой и перечитала. Если вчера меня уколола ее зависть, то сегодня мне стало жаль Марину. Она так хотела почувствовать себя нужной и важной, что посчитала меня утонувшей в настоящей любви. Да уж. Я же могу и поделиться. Мне такого добра не жалко.

«Я не обижаюсь. Я люблю тебя,» – отправила я ей и поднялась. Как бы то ни было, я чувствовала, что она не предаст. Пусть и ее грубоватая задумка чуть не разрушила мое доверие, все же она дружбой дорожила. Иначе я объяснить ее поведение не могу. Да и знакомство с Никитой оказалось приятным бонусом. Хотя я пока и не решила, зачем он мне, но то, что он делает, как помогает, мне на руку.

Прежде чем покинуть комнату Марка, я прижалась ухом к двери и прислушалась. На кухне раздавались приглушенные голоса, но различить что-то внятное не получалось. Стараясь произвести как можно меньше шума, я повернула ручку и потянула ее на себя, оставив небольшую щелку.

– Мы можем отправить документы Веры в те больницы, что выписала Вася, – отец стоял ко мне спиной, прижавшись к косяку. – На сайте сказано, что можно получить экспертное мнение доктора наук или кандидата без личного присутствия.

– А если тех анализов, что есть, недостаточно? – растерянный голос Наташи был еле различим.

– Значит, надо досдать, – а отца, наоборот, тверд.

– А что говорит омский врач?

Отец сделал шаг вперед и облокотился на спинку стула, опустив голову. Теперь я видела Наташу, которая стояла у окна.

– Я точно не знаю, Вера ездила в этот раз одна. Ты же видела, что произошло.

– Паш, – Наташа обогнула стол и обняла мужа. Ее руки нежно гуляли по его спине, – Вася все поймет. Не переживай.

– Время играет против нас. Я должен попробовать еще.

– Мы попробуем. – Поверни мачеха голову, она бы точно меня заметила, но я свой пост не покинула. – Обязательно. Оставь список, я позвоню туда и узнаю, что им нужно для составления прогноза.

– Спасибо тебе, – он громко выдохнул и чмокнул Наташу в висок. – Позвони потом мне.

И выпутавшись из объятий, отец потянулся за портфелем. Я успела отпрыгнуть от щели и за два шага упасть на кровать. Тихо скрипнувшая дверь подтвердила догадку: отец ко мне заглянул. Не знаю, ждала ли я, что он подойдет, поправит покрывало, может, даже чмокнет в висок, как Наташу, но новый скрип и щелчок замка поставили точку в утреннем разговоре, в котором я даже не участвовала.

Дождавшись, когда за отцом захлопнется и входная дверь, я встала. Привела в порядок постель Марка и уже не стесняясь вышла в коридор. Наташа сидела за столом, потупив голову и запустив пальцы в волосы. Я повторила позу отца и уперлась в косяк.

– Кх-кх, – негромко кашлянула я.

Мачеха встрепенулась и выпрямилась, попутно натягивая улыбку, но от меня не ускользнула ее усталость и бледный вид.

– Доброе утро, – она убедительно светилась, – как спалось? Я как упала вчера, так ничего и не помню.

Значит, она не знает о позднем визите отца.

– Спалось отлично, – соврала я, – у Марка шикарная комната. Светлая и уютная. У меня тоже когда-то была такая.

– Ты уже умылась?

Даже не удивившаяся быстрой смене темы я молча развернулась и прошла в ванную. Надо поправить иголки перед новым днем. Хотя, может, я зря так себя веду. Если верить словам Наташи, то она вовсе и не против моей мамы и готова помочь. Или она просто хорошо играет перед отцом. Лебезит, набивает себе очки, чтобы в нужный момент предъявить ему «ты же помнишь, какой понимающей я была?». Столько вранья вокруг, что я начинаю чувствовать себя параноиком.

Вернувшись, я принялась уплетать завтрак, который уже охлаждался на столе. Невероятной нежности омлет с луком, помидорами и колбасой расположил меня к Наташе. На те двадцать минут, что я его смаковала.

– Я позвоню сегодня в больницы, – первой начала Наташа. – Посмотри еще, может, найдешь парочку-другую. Мы отправим им документы.

– А так, правда, делают? – Что-то я не слышала о такой практике. – Разве врачам не надо посмотреть глазами?

– Визуально ничего не определить. Болезнь сидит внутри.

Я понимающе кивнула.

– И сколько ждать результата?

– Они собирают консилиумы для таких дел. – Наташа пожала плечами. – Не знаю, может раз в неделю.

Неопределенный ответ меня не устраивал.

– А не проще поехать и на месте решить?