Нелюбовь

3.3

АЛЕНА

Я спала всего часов пять от силы. Вчера мы допоздна зависали в Берлоге, пели, танцевали, играли в настольные игры, и время пролетело так незаметно, что я удивилась, когда мне позвонил отец, чтобы напомнить, что уже за полночь, и завтра мне в школу. Пришлось валить домой. Те из ребят, кто к этому часу еще не ушел, тоже стали расходиться.

Помню, Дрыга отвел Никиту в сторону, чтобы спросить, можно ли им с Ксеней остаться и переночевать в Берлоге. Высоцкий отказал ему. Да и Ксене как раз в это же время позвонили родители и велели немедленно явиться домой. Леха отправился ее провожать.

Принимая душ, я снова прокручиваю в голове картинки вчерашнего вечера. В жизни, как и в музыке, мы с Никитой понимаем друг друга почти без слов – одними взглядами. Разве это не должно что-то значить? Например, что наш союз это что-то особенное, и что мы предназначены друг другу? Почему когда он смотрит на меня, не видит того же, что и я? Откуда вообще появилась эта Полина и почему встала между нами? Как так вышло? Может, нужно было вовремя открыть ему свои чувства?

Когда я спускаюсь вниз, вижу, что отец уже ушел на службу. Никто никогда не знает, сколько его не будет. Он может отсутствовать день или сутки, а может позвонить и сказать, что задерживается на неделю.

У нас с Никитой была куча таких вечеров наедине, когда моего папы не было дома, и мы при желании могли заняться всем, чем угодно, только почему-то никому из нас это даже не приходило в голову. А теперь – когда мы достаточно взрослые, чтобы задумываться об этом всерьез, он влюбился в другую, и даже призрачная надежда на то, что Никита однажды заметит во мне женщину, тает на глазах.

Я долго смотрю на себя в зеркало. Что со мной не так?

Средний рост, среднее телосложение, правильные черты лица. Все стандартное, и ничего выдающегося. Наверное, мне не хватает какой-то изюминки, которая имеется у ярких девушек вроде Полины: уверенности в походке, блеска в глазах, стильной стрижки и модной одежды, добавляющей женственности.

У меня все обыкновенное, но я это и люблю: удобную одежду, свой цвет волос, короткие ногти, чистое лицо без макияжа. Неужели, нужно что-то менять в себе, чтобы понравиться парню? Это как-то даже унизительно: словно ты выпрашиваешь его внимание и предлагаешь полюбить вместо себя эту яркую картинку, нарисованную на твоем лице.

Позавтракав, я беру рюкзак и выхожу к условленному месту.

- Мур! – Никита уже там.

- Мяу. – Я таю в его присутствии.

Уже даже и не понимаю, как годами мне удавалось сохранять спокойствие, когда мы были рядом. И сердце так не грохотало, и щеки не краснели. А сейчас каждая наша встреча вызывает фейерверк из мурашек, разбегающихся по всему телу.

- Как ты?

- Не выспалась. – Я стреляю себе в висок воображаемым пистолетом.

- И я. – Вздыхает Высоцкий.

На нем тонкий синий джемпер, подчеркивающий ширину плеч, и голубые джинсы, красиво облегающие длинные крепкие ноги. Он само совершенство. И мурашек на моей коже становится только больше.

- Может, возьмем папин пикап? – Предлагаю я.

- Он уже на службе?

- Ага.

- Ну, давай. – Соглашается он.

И мы идем в гараж. Никита заводит автомобиль, я прыгаю на пассажирское сиденье, и мы отправляемся в школу.

Да, такое иногда происходит - мы нарушаем правила. Двое школьников без прав на тачке, взятой без спроса. Но так как отец никогда не спрашивает, кто намотал несколько лишних километров пробега и потратил бензин на его пикапе, то мы время от времени рискуем. Главное, поставить машину подальше от школы, чтобы никто не настучал классной. И помнить про дорожных инспекторов, которые могут словно из ниоткуда материализоваться на дороге. Но с нами такого еще не происходило.

- Я поссорился с мамой. – Признается Никита, когда мы уже подъезжаем к соседнему со школой зданию.

- Так и знала. – Выдыхаю я.

- Наговорил ей кучу всякого.

- Очень похоже на тебя.

- Да. – Он паркует пикап на стоянке и глушит двигатель. – Утром она ушла пораньше, чтобы не столкнуться со мной. Обиделась.

Я выбираюсь из машины, не дожидаясь, пока мне откроют дверцу.

- Помирись с ней, ладно? Скажи, что был не прав.

- Легко сказать. – Произносит он хмуро.

- Ты опять без учебников? – Спрашиваю я, когда мы идем к зданию.

- А на фига они? – Усмехается Никита, пожав плечами.

- Действительно.

Уверена, он и без учебников не пропадет. Раньше всегда справлялся.

- Что это? – Я останавливаюсь в холле, заметив учеников, столпившихся у раздевалки.

Они все смотрят на что-то, задрав головы.

- Похоже, виселица. – Присвистнув, говорит Никита.

- Вы тоже это видите? – Интересуется подошедшая к нам Тая.

- Крутой перфоманс! – Останавливается рядом Леха. – Наверное, опять футболисты отжигают.