Немая книга бессмертных. Том 1

Глава 1.4

Не так далеко находилась конюшня – самое главное место для юного воришки. Его проникновение взволновало лошадей. Тан Юн погладил по морде черную кобылу, находящуюся ближе всего к выходу. Снарядить ее много времени не отняло. А вот выбраться – другая история. Так быстро Тан Юн даже ночью не бегал. Всего за какие-то мгновения он оказался близ главных ворот, отпирая тяжелый засов и выводя лошадь наружу.

– Вор! – завопил конюх.

– Пошла! – Тан Юн вскочил на кобылу, ударил пятками по бокам, и та понеслась по улице, заставляя людей разбегаться в стороны.

Наличие погони его мало волновало. Сейчас главное оторваться от учеников клана Цюань. У него уже есть полдня форы – они, похоже, не стали искать его ночью или пытались выловить труп. Любой заклинатель без последствий смог бы пережить падение с такой высоты, но не лекарь. У них недостаточен запас ци[1] для этого, и специальными техниками они не владеют. Некоторым базовым обучены, однако в данной ситуации применить хотя бы одну у него не получилось бы. Как Тан Юну удалось выжить и не получить сильных травм – он сам не представлял. Быть может, боги действительно сжалились над ним.

Ехать без остановок – слишком утомительно для лошади, и на протяжение дня пришлось делать небольшие остановки. Ближе к вечеру Тан Юн развел небольшой костер и зажарил несколько найденных грибов. Сразу после скудного ужина пришлось потушить огонь, пока его местоположение не раскрыли. Без открытого огня довольно быстро стало холодно.

– Как жаль, что у меня нет знакомой хули-цзин[2], да? – Юноша погладил лошадь по гриве. – Попросил бы ее зачаровать учеников и убедить Шу Вэньмина выслушать меня. Хотя… Что бы я вообще ему рассказал? Я ничего не помню, – он присел под деревом и прикрыл глаза. Усталость брала свое. Несмотря на бодрящую прохладу, настойчиво вызывающую мурашки, веки сами опускались.

С самыми первыми лучами солнца Тан Юн отправился в путь. Идти прямой дорогой нельзя, а, значит, необходимо каким-то образом пробраться через лес. В итоге до ближайшего города пришлось добираться порядка трех дней. Лошадь устала идти почти двести ли[3], да и сам ее «хозяин» порядком вымотался. Слезы на глазах наворачивались, стоило вспомнить свою привычную, комфортную жизнь, которую больше никогда не вернуть.

Тан Юн чудом добрался до города Шэньен, раскинувшегося у подножья небольших гор. Широкие улицы, вымощенные добротным камнем, были вечно покрыты тонким слоем светлой нефритовой пылью, несмываемой даже сильными дождями. Юноша неспешно шел вдоль домов, не превышающих два-три этажа. Практически у каждого первый этаж – открытые прилавки-мастерские, и их владельцы громко зазывали прохожих воспользоваться предоставляемыми услугами. Иногда среди них просматривались нефритовые украшения, намекающие на деятельность торговца.

Тан Юн продирался сквозь толпу. Здесь всегда было много людей, приезжающих купить лучший нефрит, добываемый из местных шахт. Потеряться тут было бы ему на руку, но позволить себе остаться надолго он не мог. Уловив запах вкусной еды, юноша пошел к местному чайному дому[4].

Двухэтажное здание скромно стояло среди похожих, привлекая внимание вывеской – деревянной табличкой с искусной вырезкой. Иероглифы названия украшал недорогой, но привлекающий внимания зеленый нефрит. Красные бумажные фонарики ничуть не выделялись на фоне таких же, у других заведений, зато рядом стояла небольшая медная курильница с приятными благовониями.

Необремененные тяжелым трудом благородные мужи[1] – завсегдатаи подобных заведений – уже успели заполонить все свободные столики. А это сыграло на руку тому, у кого совершенно нет денег. Заметив у дальнего столика трех девушек, он поправил растрепанные волосы, одернул одежду и направился к ним.

– Такие красавицы, и одни. Не скучно вам? – Тан Юн натянул привычную, обворожительную улыбку, без которой дом никогда не покидал. А покидал его весьма редко. Выглядеть обыденно получалось с большим трудом.

– Ой, господин, скажите тоже! – самая юная из них, миловидная девушка в нежно-розовом ханьфу, прикрыла пальчиками рот, захихикав. – Как же мы можем скучать? Вот, обсуждаем последние новости.

– Су Мин, – самая старшая бросила на нее строгий взгляд, а затем пронзила им наглеца. – Мы не нуждаемся в компании. Прошу, уйдите.

[1] Благородный муж (君子, jūn zǐ) – понятие в конфуцианстве, обозначающее идеального человека, собравшего в себе все благородные качества личности. Используется в качестве обращение к мужчинам, принадлежащим какому-то знатному роду или занимающим государственную должность.

[1] Ци (氣, qì) – в китайской философии представляет собой жизненную энергию человека, протекающую по меридианам.

[2] Хули-цзин (狐狸精, húli jīng) – в китайской мифологии лисы-оборотни, могут быть как добрыми, так и злыми. Умеют менять облик и зачаровывать. Питаются ци.

[3] 1 ли = 500м

[4] Чайные дома в Древнем Китае выполняли функцию ресторанов, закусочных и отелей.