Немая книга бессмертных. Том 1

Глава 4.5

– С чего бы хули-цзин жить в лесу? Ей для жизни необходима ци. Все они давно живут среди людей, а никто и не подозревает. Я тебе больше скажу: они даже семьи с людьми создают, все также оставаясь незамеченными, – Чжао Ичэнь покрутил в руке пустую чашку, вскоре возвращая на стол. – Яогуаи намного хитрее, чем ты думаешь.

– Погоди, – Тан Юн подался вперед. – Хочешь сказать, их много… Ну… В городах?

– Они действительно боятся монахов, но не в каждом городе есть храмы. Странствующие монахи тоже приходят не часто. А если и приходят – в каждый дом не суются. В большинстве своем люди верят в защиту от злых сил другими невидимыми силами, и те, кто не верит, вызывает подозрения…

– Все, прекращай! Жуть какая, – Тан Юн обнял себя за плечи, чуть отвернувшись. – Я ж теперь в каждом человеке буду видеть яогуаев, а в красивой женщине – хули-цзин. Ты будешь ответственен за смерть наследника клана Тан, своевременно погибшего из-за стресса!

– Ты еще громче поори, чтоб наверняка все услышали, – Чжао Ичэнь скользнул взглядом по людям за ближайшими столиками. Они обратили внимание на шумных посетителей. Некоторые особенно пристально смотрели на них, но все же вернулись к трапезе. – Пойдем, – юноша тут же поднялся с лавки и в пару шагов подошел к приземистой женщине.

– Э! А сладенькое?! – Тан Юн подбежал к парню, успевшему расплатиться с хозяйкой за их трапезу.

– Обойдешься. И так прожрал почти все мои запасы. Я тебе что, сановник? Умерь аппетит, – Чжао Ичэнь отвязал лошадь и отправился с ней вдоль улицы.

Им пришлось поискать постоялый двор – он оказался довольно далеко, еще и достаточно маленьким: всего два этажа, еще и вывеска немного покосилась. Для подобного города вообще неудивительно. Вэйсе был малочисленным, люди боялись жить настолько близко к проклятому месту. Все, кто мог – уезжали в другие места, а желающих остаться тут не прибавлялось. За исключением деревенских, мечтающих о жизни в городе. Они всегда верили, будто там намного лучше и легче.

Тан Юну совершенно не нравилась затея находиться настолько близко к месту, откуда можно не вернуться. Да и идти туда тоже.

«Будь моя воля, вообще уехал бы в Хайъян. В главном портовом городе неплохо жить было бы. Подальше от суеты и проблем… А если бы суета и проблемы меня бы все же нашли – мог бы пересечь бухту Чонлан, и обосноваться в бамбуковом лесу Чжуцзи, поближе к горам Чжушань. Нет. Стоп! Там водятся ядовитые пауки, жить еще хочется. А к берегу еще тревожнее из-за города Буише… Меня ж вообще во всех городах будут искать! Не выход, не выход. И что же, правда идти к Императору на поклон? Да страшно же!» – Тан Юн задумчиво рассматривал своего спутника. За проведенное вместе время он успел привыкнуть к нему, еще и полностью переложить на него ответственность по спасению собственной шкурки.

«Ишь, идет, спокойный такой… Ну да, чего ему переживать? Это я тут в предобморочном состоянии. Вон она, смертушка моя, за домами виднеется. Да если б мне жить не хотелось, я бы сразу переплыл Шэньтин и подался к Черному берегу, где отчего-то вся рыба дохнет…»

– Гуньян[1], – Чжао Ичэнь подошел к служанке.

Стоило услышать голос товарища, Тан Юн отвлекся от собственных мыслей и стал прислушиваться к чужому диалогу.

– Здравствуйте, господин, – она поклонилась. – Чем могу быть полезна?

– Расскажи про лес Могуэй. Мы с другом слышали много историй, решили посмотреть лично.

– Что вы! – служанка испуганно сложила руки у сердца. – Это самое опасное место! Туда никто не ходит: если войдете, больше никогда выбраться не сможете. Сначала хули-цзин будут вас кругами водить, потом цзянши выпьют всю ци, и когда умрете от истощения, плотоядные яогуаи не оставят и косточки!

– Мы невкусные, – Тан Юн пожал плечами. – Они нападают на местных?

– При матушке нападали, а я не видала. Обычно выходят по ночам из леса, да завывают у черты города. Пока монах тут не обосновался, люди постоянно страдали от их нападков. Теперь у нас защита есть. Он очень хороший человек, всегда помогает. У нас тут ни один заклинатель не жил никогда, поэтому всегда тяжко было.

– Где можно найти этого монаха? Он ведь продает амулеты?

При вопросе об амулетах, Чжао Ичэнь раздраженно выдохнул, однако ничего против говорить не стал. Ему и самому стало любопытно посмотреть на монаха, умудряющегося сдерживать всех яогуаев и не пускать за черту города. Обычно все происходило с точностью, да наоборот: существа не особо боялись амулетов и мантр, зато часто реагировали на определенные звуки. И уж точно еще не появилось ни одного создания, способного противиться мечу заклинателя.

– Да, конечно. Он живет прямо на окраине города, самый ближний дом к лесу. Оттуда все люди переселились, и достопочтенный монах – единственный, кто там проживает. Господа, зачем вам в лес? Не нужно рисковать так, пожалуйста. Будьте благоразумны!

[1] Гуньян (姑娘, gūniang) – вежливое обращение к девушке.