Граница леса начиналась не особо далеко от последних домов – там раскинулось небольшое поле с едва ли вытоптанной травой. Когда-то вместо него проходила торговая дорога, однако ее забросили, предпочитая ездить вокруг города. Яогуаи часто нападали на путников, отчего рисковать больше никто не хотел. Особенно после случая, когда торговца сожрали вместе с конем и всем товаром. Причем частично несъедобным.
Проходя мимо деревьев, Чжао Ичэнь окинул взглядом стволы, отчего на губах растянулась легкая ухмылка. Благо, монах Ван шел впереди и ничего не заметил. Зато Тан Юн вопросительно вскинул брови, но решил не озвучивать вопрос.
Чем дальше они шли, тем плотнее становилась концентрация се-ци. Воздух насытился тягучей тяжестью, и каждый новый вдох требовал все больше усилий. Возникло стойкое ощущение пристального наблюдения, будто из чащи за ними следят сотни чужих глаз.
Чжао Ичэнь различал на коре еле заметные символы, которые обычный человек принял бы за трещины или узоры древесины. С каждым шагом приходилось все крепче держать узду. Лошади начинали беспокойно фыркать и мотать головами, упираясь.
– Они чувствуют надвигающуюся беду, – констатировал монах Ван, доставая из сумки желтый бумажный талисман. Его губы зашевелились, беззвучно шепча молитвы.
Тан Юн поежился. Ему доводилось видеть много разных яогуаев, но никогда не приходилось сталкиваться с настолько мощной се-ци. Она прожигала деревья насквозь, медленно вытягивая из них жизнь. Единственное, что не укладывалось в голове: почему все эти твари не разбежались, а кучковались здесь?
Кусты по сторонам время от времени шелестели. Создавалось четкое ощущение, что нечто подпирается ближе, но не решается выйти на открытое пространство. Отсутствие солнца под сомкнувшимися кронами создавало душную, влажную мглу. Земля под ногами была мягкой и вязкой, как болотная трясь, и на ней отчетливо виднелись отпечатки когтистых лап неведомых зверей.
Вскоре лес расступился, открыв перед путниками поляну. По ее краям стояли обрубки деревьев, заостренные сверху. На других, еще живых стволах, на веревках качались два десятка тел. По размерам скелетов в истлевших лохмотьях можно было понять: там были люди разного возраста, облаченные в разодранные лохмотья. Среди жертв оказалась одна девушка, все еще розовощекая. Веревки плотно опутывали ее тело и руки, а ветки, на которых та висела, угрожающе поскрипывали.
– Су Мин! – выкрикнул Тан Юн, стоило увидеть знакомую. Он хотел кинуться к ней на выручку, но резко замер, стоило Чжао Ичэню выскочить вперед. Юноша обнажил меч, ловким движением отбив шэнбяо[1]. Острое узкое лезвие ромбообразной формы вернулось обратно к владельцу посредством наличия у него веревки.
– Неплохая реакция, – монах Вэн улыбнулся не особо добро. – Но бессмысленная. Вы трое станете жертвами для следующих лет.
– Да как Вы можете?! – воскликнул Тан Юн. – Вы же монах! Зачем Вы так поступаете?!
– Шутишь?! Если бы не мой договор с суаньюй[2], все были бы мертвы!
– С кем? – Чжао Ичэнь недобро ухмыльнулся. – Не заговаривай мне зубы! Не могут они отсюда выйти, ты дурачил людей все это время! Немедленно отпусти девушку.
– Вы все станете подношениями для суаньюй! – монах Ван взмахнул шэнбяо, отправляя острие прямиком в Чжао Ичэня. Юноша ловко увернулся и применив технику «Скользящей поступи», оказался достаточно близко, чтобы перерубить длинную веревку и приставить лезвие прямиком к шее мужчины.
Тан Юн же кинулся к дереву. Он обнажил меч и перерезал им веревки, обернутые вокруг ствола дерева. Попытка поймать Су Мин успехом не увенчалась: юноша бросил собственное оружие и подставил руки, но в итоге завалился вместе с ней на землю.
Над головами послышался мелодичный и звонкий женский выкрик: «Суаньюй! Суаньюй!», раздался тяжелый взмах крыльев. На поляну приземлилось огромное создание с длинным змеиным телом и тремя лапами. Яогуай, выглядящий довольно элегантно для своего массивного и странного внешнего вида, повернула голову в сторону монаха и прищурила шесть глаз.
– О, великая птица суаньюй! – монах Ван едва ли нашел в себе силы открыть рот, его тело свело от страха. – Я привел для тебя новых жертв!
– Он лжец! – выкрикнул Тан Юн, непонятно, для чего решивший торговаться с яогуаем. – Он тебя обманывал! Я ведь прав, Чжао Ичэнь?! Они не могут покинуть лес, их тут что-то держит! А еще Суаньюй не выглядит как тот самый яогуай, способный обглодать все эти тела.
[1] Шэнбяо (绳镖, shéng biāo) – разновидность холодного оружия. Также называется «веревочное копье» из-за своего устройства.
[2] Суаньюй (酸与, suānyǔ) – в китайской мифологии птица-змея, считается предвестником будущих волнений среди населения.
#34623 в Фэнтези
#587 в Азиатское фэнтези
#10484 в Фантастика
#298 в Уся (Wuxia)
магия и приключения, древний китай, китайская мифология
16+
Отредактировано: 26.01.2026