Немая книга бессмертных. Том 1

Глава 15.4

– Это не имеет значения, ты сам чуть в Диюй не отправился! – Чжао Ичэнь выдохнул с долей раздражения. – Не смей никуда уходить один, понял? Я на тебя колокольчики повешу, для отслеживания.

– Не надо ничего на меня вешать! Я бы убежал, если бы она меня не дернула. И то, это было странно. Обычно подобные создания не обладают такими силами… В общем, непонятно, – Тан Юн немного расслабился, наконец-то полностью ощутив контроль над своим телом. Еще раз взглянув на тело погибшей, он поспешил вернуться в зал, пока снова сам себя не напугал различными мыслями. Взгляд упал на сияющие свечи близ статуи богини.

– А разве тут горели свечи?

– Да, когда вошел, уже горели, – Чжао Ичэнь повернулся вполоборота в сторону выхода. Массивные двери храма давно сорвались с петель и валялись на высокой гранитной лестнице. –Нужно похоронить этих троих и отправляться дальше.

– Это ведь богиня Си-ван-му[1]? – Су Мин подошла ближе к статуе, освещенной почти растаявшими огарками свеч. Она немного поежилась от ощущения, словно за ней все еще кто-то наблюдает.

– Она самая. Видимо, люди забросили храм после убийства той девушки, – Чжао Ичэнь остановился на пороге. – Идемте.

– Если бы это было так, тогда мы бы нашли еще тела, – Тан Юн поспешил следом. – А она только этих несчастных убила. Думаю, храм был заброшен еще раньше. Раз они сюда пришли, значит, где-то недалеко есть деревня. Мы не можем самостоятельно похоронить их, иначе их семьи на нас обидятся. Нужно сообщить им, пусть родственники этим займутся. К тому же, у той девушки тоже должна быть семья.

– Верно, Тан Юн вообще ранен! Надо перевязать его рану. Давайте вернемся в повозку и поедем дальше. Неприятно тут… – Су Мин следом. Оставаться наедине со статуей ей не особо хотелось.

– Слишком темно, поедем на рассвете, – Чжао Ичэнь спорить не стал. Он положил тело девушки недалеко от убитых ею и поклонился им вместе с друзьями. Его губы едва шевелились, произнося тихую молитву.

Вернувшись в повозку, Су Мин перевязала рану Тан Юна бинтом. Юноша прижался к стене головой и закрыл глаза. Чужие переживания и эмоции никак не покидали, отчего становилось еще противнее. Она не успела рассказать ему свою историю.

Тан Юна не оставляло чувство, словно он мог помочь ей… Правда, сам не понимал, каким образом. Если бы Чжао Ичэнь не прервал их, возможно, девушка вернула бы себе сознание полностью и объяснила бы, что же с ней произошло. Все, что ему известно, – чувства, испытываемые ей в определенные моменты. Они давно потухли, оставив после себя призрачный отголосок былой жизни.

***

Когда лучи восходящего солнца коснулись шустрой речушки, настолько маленькой и тонкой, что ее не отмечали ни на одной карте, повозка въехала в деревню. Лошадь неспешно шла, чвакая копытами по скользкой после дождя земле, заменяющей каменные площади и дороги.

Чжао Ичэнь бросил натужный взгляд на стены из глины, налепленной поверх каркасов из бамбука, местами проглядывающего через глубокие трещины. Вместо привычной черепицы крыши покрывала рисовая солома и связки тростника.

Деревня была выстроена беспорядочно, словно жители даже не собирались использовать единый план для застройки. Между хижинами ютились крошечные огородики, где чахли скудные овощи, опаленные солнцем.

Тан Юн выглянул в окно, собираясь радостно выскочить на улицу… Но стоило увидеть деревню, весь запал быстро пропал: ему никогда не доводилось видеть ничего подобного. Он проследил взглядом за женщинами и стариками, передвигающимися медленно из-за накопившейся усталости. И приветствовать гостей никто не спешил: поглядывали на путников с настороженностью.

Чжао Ичэнь притормозил, и обратился к первой попавшейся девушке:

– Здесь что-то случилось? Где все мужчины?

– Вчера двое наших мужиков пропали. Вот, полдеревни ищет. Пошли на охоту да сгинули, – она отозвалась с долей недоверия, особенно после того, как заметила меч, лежащий недалеко от возницы.

– Ночью мы случайно наткнулись на заброшенный храм, там жил яогуай, я от него избавился. Нюгуй успела убить двух мужчин. Должно быть, ваши пропавшие.

– Что?! – девушка выронила плетеную корзину, и бросилась прочь с громким криком: – Старейшина!

– Приехали? – сонная Су Мин выглянула в окно. Потерла кулаками глаза, стараясь понять, точно ли видит то, что престало перед глазами и не сон ли это.

– Идемте. Нам тоже не помешает побеседовать со старейшиной, – Чжао Ичэнь спрыгнул на хлюпающую грязь, и, взяв коня за поводья, повел за собой. Он направился за убежавшей девушкой, к самому большому дому. Правда, тот все равно был довольно мал и низок. Лишь на две саманные клети шире остальных построек. Да и крыша отличалась исключительно густотой. Зато вход отличался: вместо потертой циновки висела скрипучая деревянная дверь на кожаных петлях.

[1] Си-ван-му (西王母, Xī Wáng Mŭ) – богиня в китайской мифологии, хранительница персиков бессмертия и владычица Запада.