Немая книга бессмертных. Том 1

Глава 15.7

Едва они переступили порог, древние факелы в железных кольцах вдоль стен вспыхнули сами собой. Мягкий свет унесся далеко вперед, освещая длинный коридор. Минув его, друзья оказались на узком каменном выступе, нависающем над чернеющей внизу пустотой. Чернота глубокой пещеры отступала под гнетом дневного сияния, пробирающегося сквозь пролом в толстом каменном потолке.

Тан Юн подошел чуть ближе к краю выступа, совсем позабыв о банальном чувстве собственной сохранности. Он вытянул шею, заглядывая вниз: солнечные лучи едва отражались от черной глади подземного озера, окружающего круглую площадь. На ней, раскинув сточенные дождями линии, виднелась гравировка непонятных символов. В центре стоял продолговатый каменный стол, больше походящий на развалившийся булыжник.

– Вау! – Су Мин взялась за край рукава Тан Юна, боясь случайно упасть вниз. – Выглядит потрясающе…

– А спускаются туда, видимо, исключительно жертвы для ритуалов, – Тан Юн раскинул руки в стороны, вынуждая подругу отпрянуть. – И где лестница?

– Слева, – Чжао Ичэнь прошел в сторону каменных ступеней, выпирающих из стены ровными прямоугольными блоками. Никакой другой опоры у них не оказалось. Они весели над пропастью, и любая трещина в совокупности с неподходящим весом могли обеспечить полет с неопределенный высоты в воду еще более неопределенной глубины.

– Да ты бессмертный… – с толикой ужаса в голосе отозвался Тан Юн, когда друг без единой задней мысли пошел первым. Они с Су Мин переглянулись. Не сговариваясь, взялись за руки и поползли следом вдоль влажного камня. Вниз старались лишний раз не смотреть.

Лестница полукругом спускалась вдоль пещеры до небольшого моста, находящего практически на уровне воды. Черные воды едва касались небольших возвышений по краям, мешающим залиться на узорчатый камень.

Су Мин остановилась рядом с камнем в центре площади неопределенного назначения. На нем развалились огарки свеч и остатки разбитой посуды. В более-менее целой утвари скопилась дождевая вода, наполняя ее до краев и неспешно просачиваясь сквозь древние трещины.

– Вот уж не думал, что мы найдем здесь алтарь, – Чжао Ичэнь будто бы не определился, какую именно эмоцию сейчас должен изобразить, и просто замер в легком недоумении. Его взгляд скользнул по темным стенам, исписанным древними письменами и гравировкой событий минувших лет. – Здесь рассказывается про это место, но, чтобы сказать точнее, придется потратить слишком много времени. Не вижу ничего намекающего на водопад.

– Я-то уж тем более… Вдруг здесь заклинатели се-ци занимались своими грязными делишками? – Су Мин поежилась. – Не знаю, там… Поклонялись четырем несчастьям[1]? Чем обычно они занимаются?

– Не говори глупостей. Даже заклинатели се-ци не связываются с подобными созданиями. В одном ты права: здесь совершенно точно совершали темные ритуалы, – Чжао Ичэнь двинулся в сторону края площади, положив ладонь на рукоять меча. Быстрым движением он обнажил лезвие, и легким взмахом прошелся по водной глади. Концентрированная ци исчезла глубоко под водой, встретив на пути препятствия. Сначала на поверхности показались редкие пузыри воздуха, а следом за ними всплыло несколько человеческих тел.

– А вот и причина… – Тан Юн схватился за предплечье Су Мин. Подходить ближе не рискнул, и ее не пустил. Ему до последнего хотелось верить в неправильный фэн-шуй, и не задумываться о чужой погибели.

– Они… Приносили в жертву людей… Привязывали их тела ко дну озера… – девушка нервно провела языком по розовым губам. – Сколько же их здесь?

– Достаточно, чтобы неупокоенные души желали возмездия. Это место потому и забросили – здесь слишком много яогуаев, и даже заклинатели се-ци предпочли не связываться с ними.

Чжао Ичэнь рванул вперед настолько быстро, что его движения остались практически незаметны для глаза. Прижав лезвие к каменной площади, он описал вокруг друзей сферическую дугу. Острие меча взметнулось к своду пещеры, и в тот же миг плотное кольцо из искр вспыхнуло ослепительным светом.

Невидимая сила, похожая на удар упругого ветра, подхватила всех троих, с силой подбрасывая к отверстию в потолке. Чжао Ичэнь, не выпуская меча, схватил друзей за развивающиеся одежды, и рывком притянул к себе. Он словно оттолкнулся ступней от воздуха, перемещаясь к краю дыры, и падая с ними на холодный камень.

Единственное, что успел заметить Тан Юна перед внезапным полетом – бледные, практически прозрачные, фигуры. Они не просто появились в пещере: выплывали из самих рельефных стен. Сейчас же перед глазами предстала не ужасающая картина, а перепуганное личико Су Мин, оказавшейся практически под другом, навалившимся на нее. Тан Юн моргнул пару раз, осознавая собственное положение, и дернулся в сторону.

– Тут мы определенно не узнаем ничего нового, – Чжао Ичэнь убрал меч обратно в ножны. – Видимо, все же горы не те. Нужно уходить.

[1] Четыре несчастья (四凶, Sì Xiōng) – в китайской мифологии сильнейшие яогуаи, нарушающие спокойствие мира.