Немая книга бессмертных. Том 1

Глава 19.4

– Мы не можем уйти, когда настолько близки к цели, – Тан Юн взял палочку и присел, начиная чертить гексаграмму. – Мы смотрели на нее сверху, и, соответственно, обзору мешал камень. Если правильно помню, он находился в нижней части, не совсем в центре…

– А что, если он продлил яо[1]? – Су Мин провела пальцем по земле, разбивая линию на две. – Получается, она не янская, а иньская.

– Точно! – Тан Юн подорвался с места. – Две янские и четыре иньские образуют гексаграмму гуань! Предпоследняя была янской из-за стоящего там камня, вот мы и не поняли, что она на самом деле иньская!

– Посвяти в свою радость, – Чжао Ичэнь опустил недоуменный взгляд на нарисованную картинку « ». – Что-то сильно изменилось?

– Ветер расположен над землей! Это символ наблюдения сверху-вниз. Нужно подняться, чтобы увидеть цельную картину. Ты нужно взлететь и посмотреть оттуда. Но, боюсь, смотреть нужно было не на эту гору, а ту, где пещера…

– Предлагаешь мне туда слетать? – Чжао Ичэнь выгнул бровь. – Могу, конечно… Это займет время. Сейчас уже темнеет, завтра разберемся. Сначала посмотрим тут, потом вернусь. Янь Хаосюань останется за старшего. И не дай боги не досмотрит за вами…

– Я им не нянька, – Янь Хаосюань поднялся с камня. – И они не дети малые. Справятся самостоятельно. Помогу им, конечно, если потребуется. Не знаю, как вы, а я пошел спать.

– Будьте осторожны и не лезьте никуда, пока я не вернусь, поняли? – Чжао Ичэнь доблестно проигнорировал товарища поневоле. Язык так и чесался ему пару ласковых сказать.

– Не переживай, Янь-гэ прав, мы ж не маленькие! – Су Мин приободряющее похлопала друга по плечу. – Ничего не случится.

***

Тан Юн нахмурился, когда яркий свет ударил в глаза. Он поднял веки, будучи полностью уверен в наступлении нового дня. Увидев перед собой белоснежный лин, вздрогнул, дернувшись в сторону. Тот тоже шарахнулся в сторону, но не исчез. Юноша на всякий случай протер глаза кулаком. Огонек никуда не делся. Заметался из стороны в сторону, снова подлетел к нему и замер.

– Ну и кто ты такой? – Тан Юн прошептал едва слышно, стараясь не будить друзей. Он протянул руку, совершенно не боясь случайно остаться без пальцев. Коснулся лина, и те прошли сквозь белоснежное тельце.

Стоило огоньку дернуться в сторону, парень подполз к Чжао Ичэню, потряс его.

– Эй, проснись. Тихо! Тут белоснежный лин.

– Че? – Чжао Ичэнь спросонья вообще ничего не понял.

– Он туда полетел! – Тан Юн вскочил на ноги, и рванул в сторону реки. С разбега перелетел через бурлящую воду, и почти сразу пропал среди ветвей.

– Вот же мелкий… – сквозь зубы прошипел Чжао Ичэнь, хватая меч. Он ринулся за убежавшим другом. Чем дольше им приходилось путешествовать вместе, тем сильнее приходилось жалеть о своем решении притащить его в Столицу. Спокойные ночи выдавались весьма редко. – Тан Юн!

– Сюда! – отозвался тот откуда-то из-за деревьев.

Тан Юн несся вперед, петляя между скрюченными стволами, чудом не спотыкаясь о корни. Белый лин летел впереди, освещая путь холодным, призрачным светом. Юноша не думал ни о чем ином, кроме создания впереди. Мысль о том, как выбираться обратно, когда свет исчезнет, его посетила слишком поздно.

Лин замер перед огромным деревом, уносящимся вверх высокими иссохшими кронами. Его огромный ствол и десяток человек обхватить бы не смогли. Тан Юн замер недалеко от высоченных корней, не отрывая взгляда от лина. Огонек побледнел, растворяясь в воздухе, оставляя юношу в непроглядной тьме.

– Да куда тебя нелегкая несет постоянно?! – Чжао Ичэнь подоспел к нему с небольшим промедлением. Рядом парило пламя, вновь позволяя лекарю видеть пространство вокруг себя. – Совсем свихнулся?! Я об этом и говорил, когда просил Янь Хаосюаня присмотреть за вами! Постоянно с тобой что-то приключается.

– Тихо ты! – шикнул Тан Юн. – Отругаешь потом. Белоснежный лин привел меня сюда… Явно не просто так. Я такого огромного дерева еще никогда не видел!

– Я такого огромного безрассудства тоже не встречал. Додумался меня разбудить, и на том «спасибо». Не надоело еще за всякими тварями бегать с надеждой на их дружелюбие?

– Вовсе нет! Им не нужно меня куда-то заманивать, чтобы убить. К тому же, мы тут не встретили ни одного яогуая, тогда откуда белоснежный лин? Почему вообще он такого цвета?

– Вот тебе не все ли равно? Успел забыть, чем закончился твой последний визит в гости к линам?

– Поэтому я тебя разбудил! Кто-то же должен меня защищать, – Тан Юн подошел ближе к огромным корням дерева, чуть ли не ростом с него самого. Протянув руку, он коснулся ладонью иссохшей коры. – Почему мы не нашли его раньше?

– Понятия не имею. Возможно, действительно какое-то заклинание…

[1] Яо (爻, yáo) – название черты в составе триграмм. Линия яо-ян – сплошная, линия яо-инь прерывистая.

Прим. Из-за множества диалектов и длительной истории китайского языка, многие слова стали омофонами, т.е. звучат одинаково и поэтому имеют одинаковую запись на пиньинь (поскольку она указывает на тон произношения, от которого зависит смысл). Таким образом, фамилия «Яо» на пиньинь записывается Yáo, но имеет иероглиф 姚.