Немая мечница

Танец тишины.

Ночь была густой, как пролитые чернила. Деревня А́йва горела. Это был не случайный пожар, а целенаправленная, жестокая ярость. Бандиты, известные как "Кровавые Псы", пришли не просто грабить. Они пришли уничтожать.

Крики звучали ужасно, но их заглушал треск ломающихся балок и шипение огня, пожирающего солому, древесину, сухую траву — всё, что легко воспламенялось. Трудно представить, сколько хранится у каждого жителя такого барахла, позволяющего бедствию становиться только сильнее. Хотя, зачем представлять? Никого из них уже ничто не спасёт от неминуемой гибели. В воздухе стоял густой, едкий запах дыма с примесью горелого дерева и крови, который заполнил всё пространство вокруг. Небо почернело с невероятной скоростью.

Алая вспышка пламени, вырвавшаяся из разрушенного деревенского домика, на мгновение осветила её силуэт. Кира стояла на коньке крыши, не двигаясь, словно статуя, высеченная из тени.

Эта одинокая девушка была невысокой, но производила впечатление гораздо более крупного человека благодаря своей осанке. Её длинные распущенные волосы цвета воронова крыла развевались на ветру, но лицо оставалось совершенно спокойным. В глазах отражалось зарево пожара, охватившего деревню. Кожа её была бледной, почти фарфоровой, резко контрастирующей с тёмными волосами и одеждой.

Самой поразительной чертой являлись глаза. Они были необычного, тусклого серебристого оттенка, который в полумраке казался почти белым. Их покрывали густые чёрные ресницы. Эти глаза редко моргали и смотрели исключительно на деревню с холодной, отстраненной ясностью.

На её лице, несмотря на молодость, не было ни одной лишней эмоции. Оно оставалось всегда непроницаемым, как полированный камень, что делало её старше своих лет.

Одежда Киры прежде всего выполняла функциональную, а не декоративную задачу. Красота ни к чему для такой опасной деятельности. Она носила плотный, темно-серый кожаный доспех, усиленный металлическими пластинами на плечах и груди. Доспех был потёртым, но ухоженным, что говорило о долгом и частом использовании. Под ним была простая, чёрная туника и штаны, заправленные в высокие, мягкие сапоги, предназначенные для бесшумного передвижения.

На поясе, помимо нескольких кожаных подсумков с неизвестным содержимым, висел широкий ремень с пряжкой, который, казалось, служил не столько для поддержки, сколько для баланса.

"Крики. Они всегда одинаковые," — подумала она, и эта мысль была громче любого вопля в её голове. — "Страх имеет один и тот же вкус, независимо от того, кто его испытывает."

Она чувствовала вибрации земли под ногами — тяжелые шаги. Вскоре внизу, в узком проулке, появился громила в ржавых доспехах, держащий в левой руке факел, а в правой — ржавый меч. Это был один из "Кровавых Псов". Он смеялся, его голос был хриплым и пьяным.

— Эй! Ты, там, на крыше! Спускайся, красотка! Или ты думаешь, что если будешь молчать, мы тебя не заметим?!

Кира не ответила. В глазах девушки усилилась синяя магия. Когда она использовала свою силу, в глубине зрачков вспыхивал пульсирующий свет ультрамаринового неона, словно зажигалка.

Ни единого признака страха, ни капли сомнения — она, без малейшего колебания, просто резко вскинула в сторону руку с тонкими пальцами ладонью вниз. После чего открылась трещина в пространстве, имеющая такой же оттенок синего, что и магия в глазах. Эта трещина, похожа на несимметричный осколок с хаотичными лучами, как у звезды, или на разбитое зеркало, внутри которого зияла тьма из обрывков космоса. Кира незамедлительно сунула руку прямо туда. После чего появилась вместе с ней рукоять меча, Шёпота.

Её главное оружие — Шёпот — обычно невидимо, пока не будет призвано. Когда Кира призывала его, он материализовывался прямиком из этой дыры, трещина которой сквозила неизвестностью, страхом и смертью.

А затем и он сам был показан во всей красе. Меч постепенно собирался из блестящих осколков, ювелирно сотканных самой бездной в идеальную полосу. Эти мириады крошечных, постоянно вибрирующих осколков, не отражали свет, а поглощали его, испуская при этом собственное, холодное, неземное сияние. Такое сияние глубокого синего цвета освещало часть одежды девушки. Необычный меч для обычной наёмницы? Ошибаетесь. Внешность — не показатель физической силы. Эта одиночка не так проста, как кажется.

Клинок, наконец, собрался. Он не был похож ни на один меч, выкованный в кузнице смертных. Шёпот не имел веса, лишь чистую, концентрированную форму. Рукоять была непростой, а обтянутой чёрной кожей, но от неё исходило ощущение невероятной древности и мощи.

Раз лезвие было не из металла, а из чистой, сжатой энергии — значит его невозможно сломать, к тому же он не нуждается в заточке и полировке. Также сила Шёпота безгранична, но в этом есть своя особенность — всё зависит от носителя — на сколько сила духа позволит владеть им. За каждое использование берётся мана, то есть жизненная энергия. Пока она есть — носитель жив и может пользоваться таким оружием. А иначе Шёпот может поглотить душу. Зная такие жестокие нюансы и цену, на это может согласиться далеко не каждый. Пусть даже сила бездны впечатляет. Поставить на кон свою жизнь способен только безумец!

Ровный, холодный свет меча отбрасывал чёткие тени. Ножны для Шёпота были сотканы из чего-то невозможного, что выглядело, как сгусток теней или пустоты, а не из дерева или металла. Эти самые ножны исчезали, когда меч был полностью призван. Для такого и украшения не нужны. Шёпот имел лезвие длиной в два метра, а шириной почти в одну десятую его часть.