Немного глупостей, щепотка решимости и килограммы обаяния

Глава 5

Софья нехотя разлепила глаза. «Только вторник», - разочарованно подумала девушка, отрывая голову от подушки. В комнате, впрочем, как и обычно, царил полнейший беспорядок: на журнальном столике, а также под ним, лежали, в порядке сумасшедшего, тома материалов дела с работы Леры, которая так и уснула с зажатым в руке ночным бутербродом. Ноги лежащей на полу сестры упирались в стол, тогда как голова, повернутая под нечеловеческим углом, покоилась на диване.

Соня собрала копну своих золотистых волос в конский хвост на затылке и, вынув остатки припозднившегося, но так и не доеденного ужина, из рук сестры, попыталась очистить проход в коридор.

Дверь в комнату приотворилась, и в спальню сестер заглянула мать. Облаченная в фартук с цветочками, держа половник в руке, Татьяна Игоревна недовольно покачав головой, произнесла:

- Нет, всё же надо было рожать сыновей. От них и то проку больше, - заключила свой обычный утренний монолог мать. – Идите блины есть, непригодные к жизни дочери, - дверь за матушкой захлопнулась, разбудив пребывающую в сладких чертогах сновидений Леру.

- Опять мораль читала? – не открывая глаз, спросила сестра.

- А ты как думаешь? Она никак не может смириться с тем, что её великовозрастные дочери живут с ней в «двушке», никак не могут найти себе мужей и занимаются всяким кошмаром: - Софья намекнула сестре на раскиданные повсюду листки с фотографиями трупов с мест преступлений. – Ты опять вчера посреди ночи пришла?

- Да, надо было поработать подольше, - Лера, наконец, поднялась с пола, начав разминать затёкшую шею. Обратив внимание на Соню, Лера, что есть силы, заверещала, как пожарная сирена: - Что ты наделала? Ты наступила на Пантюкина!

Софья хмыкнула и отодрала от подошвы домашнего бирюзового тапочка фотографию матёрого уголовника со зверским выражением лица, золотыми зубами и двухнедельной щетиной.

- Подумаешь, - брезгливо поморщилась Боголюбова, - эка невидаль! У меня таких Пантюкиных две палаты. Могу одолжить парочку.

Сёстры были очень похожи между собой, различаясь только фигурами: Лера, в отличие от Сони была худой как щепка. Но если Софья хоть как то интересовалась мужчинами, то Лера, как следователь по особо важным делам, всё своё свободное время уделяла исключительно работе. Свидания она заменяла допросами потерпевших и подозреваемых, «романтические ночи» сестра проводила в КПЗ.

- Поскольку надежда пожить в просторной комнате угасает с каждым годом, приходится надеяться только на себя, - вздохнула Соня, активно подкрашивая ресницы чёрной густой тушью.

Лера, с присущей ей невозмутимостью, проигнорировала высказывание сестры. Наскоро умывшись, она натянула чистый комплект формы, прихватила фото Пантюкина с другими документами в придачу, наспех покусав пару блинов под вздохи матери, отправилась ловить очередного сексуального и очень опасного маньяка.

Каждый раз по утрам Софья завидовала красивым женщинам. Не тем, кто в погоне за очарованием перебарщивал с тоннами косметики и проводящим всё своё свободное время в салонах красоты, а тем красавицам, которые были обязаны своей внешностью матушке Природе. Боголюбова была яркой молодой женщиной, но чтобы поддерживать свой статус, ей приходилось внимательно следить за своим великолепием. Ежедневный ритуал Сони включал в себя маски для лица, тщательное нанесение макияжа и выбор подходящих аксессуаров. Лера всегда подтрунивала над сестрой, что если Софья слишком увлечется, то в один прекрасный день она просто не узнает её. Но Боголюбова не обращала внимания на колкости. В свои почти тридцать лет она не теряла надежды связать себя узами брака с достопочтенным человеком, уйти в декретный отпуск и родить не одного сорванца. И хотя Софья Андреевна любила свою профессию, она частенько думала о том, что нельзя всю свою личную жизнь посвятить исключительно сумасшедшим. Искренне веря в то, что «счастье своё можно найти и на печи», девушка прямодушно старалась выглядеть достойно, даже идя в стационар.

Спустя час, чёрный кофе без молока и сахара дразнил ароматом не менее горячую красавицу. По причине лишней выпитой кружки чая на ночь, из-за припухшего лица, Соне пришлось украсить себя дополнительно. Для отвлечения внимания потенциальных кавалеров, в ход пошла «тяжелая артиллерия»: увеличивающий длину и объём волос шиньон, идеально подходящий девушке по цвету, а также темно-зеленое шерстяное платье, строгое, но, несомненно, придающее врачу обаяние.

На кухне, в домашних потертых штанах и растянутой футболке с удовольствием поглощал матушкины блины их сосед. Обладающий милыми пшеничными кудряшками на голове, здоровенный детина, под два метра ростом, занимал собой почти пол кухни Боголюбовых.

- Татьяна Игоревна, Ваши блины – райское удовольствие, позволяющее увидеть мне седьмое небо! – хорошо подвешенный язык Митрофанова ласкал слух улыбающейся во весь рот матери, которая с удовольствием положила к нему в тарелку ещё один блинок.

- Мам, напомни, пожалуйста, почему мы терпим его каждое утро на своей кухне, а каждый вечер у телевизора? – задала риторический вопрос матери Софья, кивком головы указывая на Михаила – соседа, проживающего в квартире этажом выше. Михаил работал, преимущественно, в интернете, и уже как много месяцев прижился у Боголюбовых. Никто не помнил когда он так плотно вошел в их семью, но давно уже никто не удивлялся, увидев соседа в их квартире в любое время суток. Он отвечал дамам взаимностью: любая техника в доме была исправна, ножи наточены, а счетчик, модернизированный соседом, заметно экономил электричество.