Немного глупостей, щепотка решимости и килограммы обаяния

Глава 21

Впервые за последние несколько лет Маргарита взяла больничный. Сотрудники библиотеки испугались не на шутку: «Может быть, Ларина подхватил экзотическую лихорадку или обнаружила у себя редчайшее заболевание, доселе не известное человечеству?» - думали они, предполагая, что только в этих случаях Рита могла взять отпуск по болезни на целых несколько дней.

Но всё было гораздо проще: Маргарите нужно было время, чтобы подумать о том, как жить дальше. Лёгкий насморк и температура вовремя подоспели к библиотекарю, позволив в рабочие часы думать дома о своей жизни на законных правах. Закутавшись в тёплый кардиган и натянув на ноги шерстяные носки, Ларина в пижаме расхаживала по комнате, распугивая котов.

То, что хозяйка не в себе им было ясно с самого утра, когда Маргарита, вместо ожидаемого корма, насыпала пельмени в миску Жоры. Кроме котов, совесть Лариной страдала и от взглядов Шарикова, который осуждающе косился на девушку с ранее красочных, но выгоревших за долгие месяцы на свету, больших плакатов. В конце концов, решив, что от нескольких страстных поцелуев, насильно сорванных мужчиной с её губ, она не умрёт, Ларина пришла к заключению, что скоро всё будет казаться лишь приятным, но в то же время страшным сном. Чтобы отвлечься от навязчивых мыслей, Маргарита решила почитать лёгкий любовный роман.

Спустя пару часов, отложив в сторону роман о жгучей цыганской страсти, Рита невольно поморщилась. Как только она вникла в трогательную историю любви между наследницей знатного рода и свободолюбивым чернооким цыганом, перед глазами девушки возник совсем другой образ: хрупкая аристократка, целующая грязного, небрежно одетого мужичка, одной рукой придерживающего за гриву коня. Его цветастая рубаха, повидавшая слишком много на своём веку, была распахнута почти до пупка, предоставляя прекрасную возможность любоваться порослью тёмных курчавых волос на его груди. А рот героя-любовника, усыпанный золотыми зубами, прижимался к уху любимой, шепча ей нежные словечки на непонятном языке. Где то поодаль от влюблённых стояла пышнотелая молодая цыганка в резиновых шлёпках с тремя детьми наперевес, один из которых испуганно прятался в широкую яркую юбку матери, ожидая возвращения отца. Дальнейшие фантазии Лариной прервал заржавший воображаемый конь, выбрасывая её сознание из этого незаурядного вымысла.

Маргарита вновь вздрогнула, стараясь отогнать видение. «И почему женщин всегда тянет к бунтарям?» - задавала себе вопрос библиотекарь, перечитавшая не один десяток бульварных романов, которые позволяли расслабиться после изучения не столь лёгких для восприятия трудов ученых мужей.

Стоило ей подумать о притягательных бунтарях, как оттеснив цыгана, в мысли девушки ворвался Громов. «И что в нём такого хорошего?» - думала она. «Разве невоспитанные любители драк, крепких словечек и вульгарного обращения с девушками могут нравиться больше чем романтические натуры, такие как Шариков?» Не найдя однозначного ответа, Рита фыркнула как непослушная необъезженная лошадка, и услышала стук в дверь. Шаркая тапочками по светлому ламинату, Рита вышла в коридор.

На пороге стоял кошмар из её фантазий. Но, к сожалению, это был не свободолюбивый цыган.

Не спрашивая разрешения, Громов, отодвинув Риту, вошел в квартиру. Ларина тут же догадалась, кто растрезвонил владельцу «Океана» адрес её жилища. Ещё немного постояв около двери, Рита поняла, что надеяться на скорый уход гостя не приходится, со вздохом проводила Стаса в гостиную.

Наполнив чайник водой, библиотекарь присоединилась к Стасу, который в оцепенении разглядывал «культ личности» Шарикова, присутствующий в интерьере квартиры девушки.

- Кто это? – спросил Громов, беря в руки подушку с изображением Сергея.

- Это бард Шариков, - пояснила Рита, услышав грозное:

- Чёрт возьми, я знаю, кто этот олух, но что он делает на стенах и подушках в твоей квартире?

Набрав в лёгкие воздуха, Маргарита приготовилась к серьезному разговору. Осторожно присев на краешек дивана, она потянула Стаса за собой на диван, взяла его ладони в свои и, глядя в его притягательные глаза, впервые заговорила с ним неофициально:

- Я понимаю, ты вправе сердиться, что я тобой воспользовалась. Ты можешь браниться сколько хочешь, но это правда – ты стал жертвой эликсира.

Стас, который пришел к девушке просить прощения за его импульсивное необдуманное поведение, совершенно не ожидал такого поворота событий. Последние остатки разума Громова планировали сбежать под напором слов Маргариты. Он не сразу решился на столь откровенное вторжение к библиотекарю и теперь осознавал последствия своего неожиданного поступка.

- Какого эликсира? – бизнесмен начал подозревать, что Рита неадекватна.

Девушка взяла с полки флакончик и, протянув его Стасу, пояснила:

- В тот день, выпив этот эликсир очарования, я шла к Шарикову домой, чтобы признаться в своих чувствах. Я искренне сожалею, что ты попал под действие этих магических чар.

Громов с опаской поднёс флакончик к носу и, поняв, что перед ним всего-навсего пустая бутылка от настойки, на которой ещё оставались следы содранной кем-то этикетки, тихонько выдохнул. Возможно, в любовных приворотах Стас не разбирался, но алкогольную настойку от других жидкостей мог отличить даже с завязанными глазами.

- Это действительно зелье, - опустив глаза в пол, чтобы не рассмеяться, трагическим голосом подтвердил владелец ночного клуба. - Кто же тебе дал этот волшебный эликсир? – услышав вопрос, Рита с радостью ответила, поняв, что убивать её Громов сегодня не собирается.