Немного солнца для Драко Малфоя

Глава 1

Сова прилетела вечером: недовольная и нахохлившаяся. Ей не нравился Хогвартс, не нравился путь, который ей приходилось проделывать и она никогда не оставалась на ночевку в Совиной башне. Собственно, чего еще можно было ожидать от совы Люциуса Малфоя? Что она будет сидеть на насесте рядом с совами, которые могут прислуживать грязнокровкам? Драко молча протянул руку, забирая письмо, и сова тут же улетела, напоследок уронив перо. То медленно заскользило вниз и упало на землю, прихваченную вечерним холодом. Ветер пробрался под мантию и Драко, поежившись, запахнулся плотнее. Он вышел незадолго до отбоя, как делал регулярно, с того дня, как была поставлена точка в деле семьи Малфоев: невиновны. Все это время Драко жил в состоянии какого-то отупляющего страха. Немногим меньшего, чем проникающий в каждую клетку тела ужас, не отпускавший его с момента, когда Волан-де-Мортом на него была возложена миссия. Всем было понятно, что это наказание, а не награда, не зря Беллатриса тогда расхохоталась в лицо Нарциссе. Невозможная задача и слишком тяжелая ноша для такого сопляка, каким он был. Но даже тогда, уже попав в опалу, уже поняв, что находятся в ловушке, где приманкой выступает их сын ‒ Люциус и Нарцисса искали выход. И, тролль возьми, нашли! Что там разодранная душа Снейпа: клочком больше, клочком меньше. Волшебник, потерявший все и добровольно готовый отдать жизнь или ребенок, у которого вся эта жизнь впереди? Северус был не из тех, кто не отбился бы от непреложного обета. В конце концов, плюнул бы Нарциссе в лицо, что не обязан беспокоиться о Драко, раз уж Волан-де-Морт недоволен четой Малфоев. Согласился ради Дамблдора? Возможно. Но чем больше Драко размышлял об этом ‒ совершенно того не желая ‒ тем больше приходил к выводу, что и Дамблдор, и Снейп пожалели Драко. Забавно: Гарри должен был быть принесен в жертву, а о нем, о Малфое, позаботились.

Может, и не надо было.

Но пока шло разбирательство, Нарцисса и Люциус не могли сделать абсолютно ничего. И мысль о том, что без них за своей спиной Драко превратится в одно беспомощное «ничто» пугала его до звона в голове. Он не понимал, как они держатся, как имеют в себе силы сидеть с прямой спиной, сохраняя это непроницаемое выражение лица.

‒ Почему вы не выступили на стороне Волан-де-Морта в финальной битве?

Мы искали сына

‒ Мистер Поттер, вы утверждаете, что Нарцисса соврала о вашей смерти?

Да.

‒ Зачем вы это сделали?

Я должна была найти своего сына в замке. И увести.

‒ Почему?

Потому, что это наш сын.

‒ Мистер Малфой, вы остались в замке вместе с остальными, это так?

Да.

‒ Подтверждаю, Драко стоял в первых рядах!

‒ Мисс Грейнджер, сохраняйте тишину, пока вас не спросят. Мистер Малфой, почему вы не ушли из замка к своим родителям?

Потому, что понял, что в полном дерьме. И жить в мире, который несет за собой этот безумный ублюдок будет страшно. Даже чистокровкам.

Я не ушел из замка, потому что понял, что то, что происходит ‒ неправильно. Я не мог покинуть Хогвартс.

‒ Вы бросили палочку мистеру Поттеру. Почему? Вы поняли, что Волан-де-Морт проигрывает?

Вы шутите?

‒ Суд никогда не шутит.

Простите. Если бы Волан-де-Морт победил, он бы пытал меня так, как вы себе представить не можете. Так себе план.

‒ Оставьте свой сарказм при себе, мистер Малфой.

Драко замерзшими пальцами развернул письмо. Холод это хорошо. Холод помогает чувствовать себя живым. Дает короткие понятные цели: вернуться в замок. Согреться.

И нет, это не было сарказмом. Драко действительно не понимал, как можно было подумать, что в те страшные минуты он мог составить какой-то план? Даже его отец, интриган и стратег не смог предугадать исхода событий. Драко просто стоял там, рядом со стиснувшей кулаки Гермионой, с упрямым Невиллом, с резко повзрослевшим Роном, с десятками других учеников, большую часть которых он в упор не замечал все эти годы просто потому, что должен был. Потому, что это было правильно. Потому, что были они, собравшиеся защищать свое право на жизнь, право магии быть. А по другую сторону было существо, которое могло предложить только смерть. И никакие блага и регалии не изменили бы этого порядка вещей. И палочку он бросил потому, что должен был сделать хоть что-то. И да, он все еще терпеть не мог этого сраного выскочку, с которым все носились, но иногда задавал себе вопрос: может, это просто зависть?

Драко усилием воли сосредоточился на строчках письма. Все как обычно: в выходные планируется обед в узком кругу (читай ‒ чистокровных волшебников), Его присутствие крайне желательно. О да, в хаосе, который творился после недавнего сражения у учеников появилась возможность и уезжать домой на выходные, и взять паузу в учебе, и получить разрешение на двойную дозу успокоительных зелий у мадам Помфри. А должность профессора темных искусств опять была вакантна…

Но кое-что не менялось. Например, уверенность некоторых чистокровных семей в том, что в грядущих проверках, изменениях и, несомненно, принятии каких-нибудь показательных законов надо продолжать держаться вместе. Ничего такого, о чем вы. Просто напоминать друг другу, что манеры, родословная, правила и традиции кое-что еще значат. Люциус показательно якобы отстранился от дел семьи. Хотя формально его признали невиновным, все понимали, что он успел запачкать руки куда больше, чем Нарцисса. Кроме того, если Нарциссе эти самые чистокровные семьи могли простить материнскую слабость, то от Люциуса, как от главы рода, ожидалась большая решительность. Если уж ты решил покинуть ряды Волан-де-Морта, тогда сражался бы на стороне Гарри Поттера. Нет волшебной палочки? Подбери чужую, мало ли мертвецов было вокруг. Пусть в пол силы, но сражайся.