Немой мир. Падшие и обречённые

Глава 13

Глава 13.

Кто-нибудь знает, как выглядит Дьявол? Без прикрас, без образов из страшилок на Хэллоуин, и без сказок, которыми старшие братья и сёстры пугают младших ради веселья первых. Как горбун с рожками? И есть ли у него хвост с пушистой кисточкой? Он зубаст или наоборот? Вот и я не знаю.

         Более того, я всегда боялась задавать подобные вопросы кому-либо. Везде, абсолютно везде меня поняли бы неверно. Спросишь в церкви – услышишь грозную историю о порочном существе, спросишь в школе – начнут спрашивать про сатанистские клубы, ещё и к психологу направят, а родители – они никогда не интересовались подобными вещами. В общем, ясно, что в современном До Апокалипсическом мире с такого рода информацией была напряжённая ситуация. В Интернете я изредка натыкалась на статьи о Падении Люцифера после Первой небесной войны, но они были довольно скудными, не развернутыми, не подробными. В иностранных источниках его называли «Утренней звездой», первым среди лучших, но тщеславным и горделивым созданием Всевышнего.

         Наверное, каждый слышал историю из Библии и том, как этот тип соблазнил Адама и Еву – первых людей - съесть плод с Древа познания, ведь так? Он прикинулся Змеем, и искусил их пойти наперекор правилам, установленных Создателем. Мне же всегда казалась эта зарисовка довольно натянутой. Чтобы, тогда ещё ангел, прикинулся змеёй, да ещё и сбил с пути созданий Господа? Хотя, кто знает, что было, а что нет, ведь так?

         Одно я теперь знаю наверняка – Анаэль, мой друг и враг в одном лице, предстанет перед этим Мифическим существом (если можно так говорить о Дьяволе, учитывая место, где я нахожусь и мою единственную компанию). Справедливо ли это? Да, определённо, он заслужил ответа за свои действия. Хотела ли я этого? Нет, всем сердцем – нет. Анаэль всегда казался мне скалой: неприступной, громадной, величественной. Он с честью переносил боль и тяготы, корил себя за тысячи вещей, пытался исправлять ошибки, и любил меня. Он – предатель, тот, кто сдал мою сестру Велизару, подлая птица, что не смогла сказать мне правду даже тогда, когда мы отправились на её поиски, врун, каких поискать ещё надо. Я могла бы продолжать и продолжать этот список, если бы не большое «ОДНАКО». Однако Анаэль – друг, который поддержал меня в тяжёлые дни, заботливый парень, который успокаивал мою Аври в грозу, в любой момент остроумный и колкий на язык, и несчастный мужчина, который искал и хотел спасти любимую душу той, что подарила ему сына. Я не первый раз уже рассуждаю: а имела ли я право осуждать его за всё это? Да, он принёс не мало разочарований и слёз, но не просто так, а из-за тяжёлых личных мотивов, которые, чёрт возьми, даже казались благородными.

         Падшие вернулись сегодня ночью, и сообщили мне не только эту ужасающую новость, но и известили о смерти прекрасного война и соратника – Замбрима, своего руководителя. Губы растягиваются в глуповатую и лёгкую улыбку, когда вспоминаю его потрёпанные крылья - знак отличия от всех, он почему-то обладал ими, а остальные парни – нет. Замбрим прошёл так много битв, прожил жизнь, отмеченную тяжёлыми и ужасными мгновениями и решениями, но оставался верным долгу, чести, дружбе. Невозможно не восхищаться этим ангелом, которого явно «уволили» сюда по какой-то нелепой ошибке.

         Я познакомила Аври со всеми «дядями», объяснила ей, что им можно доверять, но всё равно приглядывала за этой группой. Сегодня все необычайно тихо вели себя: Эрелим старался находится вне стен нашего небольшого укрытия, он расхаживал или сидел снаружи, явно по-своему переживая смерть друга; Кассиэль поражал меня своей открытостью и добрым отношением к маленькой сестрёнке, особенно вспоминая, как он отнёсся ко мне при нашем знакомстве. Он сидел с ней уже несколько часов, внимательно слушал восторженные рассказы о мире, существовавшим теперь только в её сознании, когда все родные были живы, и иногда поднимал взгляд на меня, но только лишь на несколько секунд. Инафель то и дело кудахтал о пище, и о том, как его живот жаждет еды. Он поразительно хорошо держался, старательно делая вид, что ничего ужасного вовсе не произошло, а Замбрим просто куда-то ушёл. А вот Араим вовсе не внушал мне спокойствия – он битый час сидел в самом дальнем углублении пещеры, рассматривал свои ещё свежие раны, а иногда надолго замирал в странной позе, глядя на ладони.

         Стоя сейчас в полусогнутом состоянии посредине нашего укрытия, я всерьез начинаю беспокоиться о его дальнейшем психическом благополучии. Убедившись, что Кассиэль всё также подробно и заинтересовано обсуждает с Аври её кукол Барби (ради всего Святого, этот парень стал бы прекрасным отцом), я направляюсь прямо к Араиму и сажусь рядом с ним на неровное возвышение, покрытое пеплом, слегка подталкивая плечо парня.

- Ты как? – незамысловато интересуюсь я.

         Араим коротко выдыхает и кивает светлой головой:

- Нормально, не первый раз теряю товарища в бою. Справлюсь.

         Фальшь так и сочится из его слов, и мы оба отчётливо понимаем это. Я сглатываю, не зная, как поддержать или приободрить падшего. Может быть у меня получится немного развеселить его?

- Если продолжишь сидеть здесь, скоро сойдёшь за горстку этой странной серой штуки на земле, - слабо улыбаюсь я.

- Это пепел, Дея, - без тени веселья, отвечает грустный тембр. – Пора бы уже было понять.

         Следующую минуту мы сидим в нависшем грозовым облаком молчании. Никудышный из меня клоун-весельчак. Хотя, в такое время никому особо и не хочется веселиться. Я кладу ладонь на плечо Араима, стараясь показать, что он не один. Парень поднимает опущенную ранее на руки голову и внимательно смотрит мне в глаза.