Немолодая для дракона

Глава 12

Не физический. А тот, что пробирает до костей. Тот, что заставляет сердце замереть.

Я медленно, сквозь слёзы, подняла заплаканные глаза.

И замерла.

Посреди комнаты, в лунном свете, падавшем из окна, стояла девочка лет шести.

Она была одета в белое платьице, похожее на пижаму. Волосы, светлые, как лунный свет, рассыпались по плечам. На лице — не было страха. Не было печали. Было… спокойное, почти мудрое любопытство.

Это была она.

Эмма.

Девочка с портрета над камином. Девочка с фиалковыми глазами, как у её отца. Девочка, чья кукла покоилась на коленях у лорда Эштона.

Лунный свет обволакивал ее, а я видела сквозь нее очертания предметов.

Я не испугалась. Не вскрикнула. Мой ужасный голос и так был сломан — что мне бояться?

Я просто смотрела на неё. Сквозь слёзы. Сквозь боль. Сквозь отчаяние.

Она смотрела на меня.

И в её глазах, в этих фиалковых безднах, я не увидела осуждения. Не увидела жалости.

Я увидела… понимание.

— Скажи моему папе, что я люблю его, - послышался голос. — Чтобы он так не плакал… Пожалуйста…

Слова повисли в воздухе, тяжёлые и хрупкие одновременно. Я почувствовала, как в горле снова встал ком — на этот раз не от боли, а от чего-то другого. От жалости. От боли за этого чужого, сломленного человека, который сидит в детской комнате и гладит куклу.

— Я… — попыталась я ответить, но из горла вырвался только хриплый, ужасный звук, похожий на скрип старой телеги. — Я не могу… говорить… нормально…

Эмма наклонила голову, как маленькая сова. Она не испугалась моего голоса. Она просто… приняла его.

— Неважно, — снова прошелестел её голос в моей голове. — Скажи ему… как есть. Он поймёт. Я уверена, что он услышит меня… сердцем…

Я посмотрела на огромную кровать. Потом — на пустое место посреди комнаты, где только что стояла девочка-призрак.

Завтра я должна уйти. Завтра — конец. Но сегодня… сегодня у меня есть задание. От призрака. И невидимая пижама.

Я встала. Подошла к зеркалу. Посмотрела на своё отражение — заплаканное, уставшее.

— Ладно, Эмма, — прохрипела я своему отражению. — Попробуем. Ради тебя.

Я сняла платье. Осторожно, как будто совершала ритуал, сложила его на стул. Потом, чувствуя себя абсолютной идиоткой, но с какой-то странной лёгкостью в душе, забралась под прохладные шёлковые простыни.

«Сплю голой, как богиня, — подумала я, закрывая глаза. — В роскошной постели. С заданием от призрака. И с голосом, от которого сбежал бы даже дракон. Ну что ж… Завтра будет ещё один день. А сегодня… просто сегодня. Не надо загадывать, что будет завтра».

И, странное дело, мне впервые за эту ночь не хотелось плакать. Хотелось… спать. И готовиться к разговору с чешуйчатым лордом, который, по словам его дочери, слышит сердце.

«Отлично, — подумала я, засыпая. — Надеюсь, моё сердце умеет говорить громче, чем мой новый, ужасный голос».