(не)настоящая Княжна

Глава 14. Князь

— Где я? — спросила я, хотя этот вопрос был скорее инстинктивным, чем осознанным.

Мой голос прозвучал особенно отчётливо — звонко, чисто, неестественно уверенно, — и разнёсся по залу, отражаясь от мраморных колонн и высокого, как небо, потолка. Эхо отозвалось в моих ушах: «где я, где я, где я…» — будто само ждало ответа.

Медленно обернулась, осматриваясь. Зал казался слишком большим, чтобы быть настоящим. Белый, гладкий, будто изо льда вырезанный, и одновременно — живой, дышащий. Потолок терялся в высоте, колонны уходили вверх и тянули за собой взгляд. Пространство дрожало, как воздух над раскалённым костром.

Я была внутри чего-то… важного.

Сна? Видения?

— Ты дома, дочь моя, — раздался голос, низкий, наполненный мягкой силой.

Я резко повернулась на звук. Мужчина. Высокий, в тёмной одежде, с прямой спиной и чертами лица, которые казались… тревожно знакомыми. Он не выглядел грозно. На нём не было ни золота, ни венца. Но его взгляд — тёмный, глубоко уставший — пронзал насквозь. Мне стало не по себе. Будто он видел меня всю. До костей. До мыслей.

— Эм… Так вы… Князь? Приятно познакомиться. Меня Аникой мама назвала. И я не ваша дочь, — протараторила я на одном дыхании, вскинув подбородок и делая шаг назад.

Зачем-то. Инстинктивно.

Он слегка улыбнулся — устало, будто слышал это не впервые. Его пальцы медленно скользнули к подбородку, он задумчиво его потёр, не отводя от меня взгляда.

— Шон мне рассказал, что ты потеряла память. Что многое не помнишь, — медленно произнёс он, кивая, словно поддакивая собственным мыслям.

Я вздохнула, пытаясь не выдать раздражения.

— Нет, Князь, — упрямо начала я. — Я не теряла память. Я просто… не ваша дочь. Простая деревенская девчонка. Из меня Княжна такая же, как из вас — лесоруб.

Он усмехнулся. Тихо. Почти нежно. Словно я невольно рассказала какую-то древнюю шутку, которую он слышал в юности.

— А знаешь, — сказал он, — я как-то по молодости примерял на себя эту роль. Лесоруба. Целых три года.

Я моргнула. Что?? Я уже собиралась задать вопрос, но в последний момент передумала. Не хотела знать подробностей. Вдруг он действительно умеет обращаться с топором?

Нет. Хватит. Это же сон. Или не сон?

— Не буду спрашивать, зачем, — буркнула я. — Послушайте! Я действительно не Княжна. Ну подумайте сами: пошла бы я с вашими людьми, если бы и впрямь была Княжной, которая столько сил потратила, чтобы сбежать?

Он не ответил сразу. Лицо его стало строже. Как будто мои слова задели что-то в нём. Он чуть склонил голову и посмотрел на меня снова — теперь пристальнее.

— Но я же сумел с тобой связаться, — сказал он. — А это возможно только в пределах семьи.

— Да не ваша я семья! — выкрикнула я, и голос мой отозвался эхом, сильным, злым.

Я даже ногой топнула. Как ребёнок в сердцах.

Но мне было всё равно. Достали. Один — жених с планами на вечность. Другой — отец, с которым даже общего праздника не делила. Не удивлюсь, если завтра мне кто-то под дверь принесёт десяток детей со словами «Мамочка, мы скучали!»

Я уже чувствовала, как на лбу проступает гневная складка. В груди что-то сжалось, но не от страха — от обиды. На мир. На абсурд. На людей, которые решают за тебя, кем ты должна быть. Как ты должна жить. И кто ты, прости Создатель, вообще такая!

— Не нервничай, — неожиданно мягко произнёс он. — Спокойно иди сюда. Опасность тебе не угрожает. Разберёмся со всем на месте. Если ты не моя дочь — тебя отвезут обратно в деревню и оставят в покое. Обещаю.

Он сказал это серьёзно. Спокойно. Почти с заботой. И я… сдалась. Только внутри. Не вслух. Просто отпустила очередную волну возмущения, позволив ей рассыпаться о внутреннюю усталость.

Я развернулась и сделала шаг вперёд. Потом ещё один. Пол под ногами был гладкий, прохладный. Я двигалась сквозь это место, будто сквозь мед.

Что, если он прав? Что, если я действительно… она?

Нет. Не может быть. Это сон. Просто сон.

Вдруг всё вокруг дрогнуло. Стены чуть потемнели, потолок стал выше. Где-то вдали прозвучал тонкий перезвон, словно кто-то задел струну расстроенного инструмента. И в этой дрожи — будто мелькнула чья-то фигура.

Высокая, тонкая, вуаль на лице…

Я замерла.

Голос Князя снова прозвучал — как будто издалека:

— Мы ждём тебя. Ты должна вернуться.

И я снова шагнула. На этот раз — ближе к нему. Потому что, какой бы бред всё это ни был… я хотела понять.

Кем я была.

Кем я стала.

И почему этот мужчина, Князь, смотрит на меня так, будто уже знает все ответы.