Ненастоящая семья

7 глава

— …потом мы завезли их домой, папа настоял, думаю, он хотел посмотреть, где они живут. Еле уговорила его в гости не напрашиваться, от него так просто не отделаешься, сама знаешь. Утром я Дроздову написала сообщение, но он мне так и не ответил, — рассказываю Алле, в конце предложения получается уже не очень внятно, потому что я пытаюсь подавить очередной зевок.

Домой мы с папой вернулись под утро. Он бы ещё рад был покататься на машине и потравить мне рабочие байки, некоторые совсем новые, некоторые я уже слышала несчётное количество раз. Однако всё, о чём я мечтала после ночных приключений, — это встретиться с подушкой.

С рожка мороженого, оставленного мне на сохранение Зоей, капает сладкая липкая жижа. Я несколько секунд глупо смотрю, как она пачкает мою сумку и сандалии. Сонный мозг совсем не функционирует, потому что поспать мне сегодня удалось всего два часа. Потом дочь проснулась и потребовала к себе повышенного внимания и расчесать гривы всем семи её пони.

Выбросив рожок в ближайшую урну, принимаюсь шарить в сумке в поисках влажных салфеток.

— Держи. — Приходит на помощь подруга, протягивая новую пачку. — Вот это ночь! А ты говорила, скучно живешь! Блокбастер ведь!

— Ага, улицы разбитых фонарей называется.

— Точно… надо было снять видео из участка и залить в сеть! В ТикТок, например! — воодушевлённо произносит Алла, мечтательно хлопая глазами. — Знаешь, некоторые блогеры так неплохо зарабатывают. Разбор косметики, который я снимала от скуки, залетел на полмиллиона просмотров!

— А то я смотрю, ты озолотилась уже, — ворчу, оттирая розовые пятна с замшевых ремешков на сандалиях.

— Я давно тебе говорю, надо Зойку снимать, будешь грести бабло лопатой! И никакой Дубай не нужен. Чудо ведь, а не ребёнок! Буквально создана для камеры малышка. Если бы во времена, когда Алиса была меленькая, были популярны такие видео с детишками, я бы заспамила всю свою ленту.

Замолчав, мы одновременно засматриваемся на моё «чудо», которое выгуливаем в парке на детской площадке около торгового центра. Скоро Алле должны привезти её племянницу, и мы все вместе собираемся посетить детский центр, расположенный на верхнем этаже ТЦ «Армада». После этого я очень надеюсь, что мою неугомонную юлу сморит трёхчасовой дневной сон, а я смогу немного подредактировать диплом и сдать один заказ на визитки.

— Ты знала, что у Дроздова есть младший брат? — спрашиваю у подруги, неотрывно следя за тем, как дочь с визгом слетает с горки.

Ей всё равно, что на неё сегодня надели новое чистое платье, белые носочки и розовые сандалии с клубничками, ведёт она себя как истинная оторва. Бегает за мальчишками постарше, отбирает у них пистолеты и фигурки динозавров. Про своих любимых пони даже забыла, отдав их на растерзание девочкам в песочнице. Главное, не забыть их здесь, а то дома будет скандал.

— Конечно. Такой красавчик, не по годам развит, не то что его старший брат на первом курсе, да? Такое тело…

— Ну я бы не сказала, — отвечаю уклончиво, мне не хочется опять обсуждать гадкого утёнка Дроздова. — Откуда ты знаешь про его тело?

— Великая сила социальных сетей! Люблю я поглазеть на красивых парней.

— Ему шестнадцать, — напоминаю.

— Подумаешь, я замуж за него не собираюсь. Просто я визуальный эстет.

Переглянувшись, мы с Аллой в унисон смеёмся. У меня выступают слёзы на глазах и начинает сводить пресс.

— Мама-мама, смотри, как я могу! — кричит Зоя, обращая наше внимание на себя.

— Господи! — ахает Алла.

Зоя как мартышка повисла на самом высоком турнике и теперь болтает ногами, хохоча и считывая мою реакцию. Хватаюсь за сердце и, резко вскочив на ноги, бегу спасать мелкую проказницу, которую уже страхует чужая сердобольная мама.

— Она у вас такая ловкая. Глаз да глаз нужен, — говорит женщина.

— Да, я знаю. Спасибо, что присмотрели, — произношу я, снимая Зою.

Малышка сразу обвивает руками мою шею, ножками — талию, тыкается носом в щёку, как котёночек прося ласки. Отвожу светлые растрёпанные волосы с её порозовевшего на солнце личика и целую в липкую от мороженого щёку.

— Дети — это чудо, — фыркаю, присаживаясь на скамью рядом с Аллой. — Дай ещё салфеток, а то у меня ребёнок со вкусом пломбира.

— А где моя морженка, мам? — пытаясь увернуться от моей салфетки, произносит Зоя.

Почему так происходит каждый раз, когда я решаюсь наконец выбросить старую поломанную игрушку или кусок недоеденного яблока, который пролежал на столе несколько часов подряд? Обязательно кто-то маленький и очень смышлёный вспоминает о пропаже.

— Съела тетя Алла, — мастерски перевожу стрелки.

Зоя надувает губы и картинно сводит бровки на переносице, строго смотря на Аллу.

— Вот ты коза, Ленка, — хихикает та, а потом неожиданно сгребает нас с дочкой в крепкие объятья. — Капец, как я буду без таких посиделок с вами?

Алла шмыгает носом, не переставая душить нас своей любовью.

— Это временно. Контракт всего на год предлагают, потом, может быть, я захочу вернуться на родину.