Ненавистная адептка ректора-дракона

10. Скрытое проклятье

Массивные двери Главного холла с грохотом закрылись за спиной Инквизиторов и лорда Грейсона. Камилла ушла следом, напоследок бросив на меня взгляд, полный ядовитого триумфа.

Но легче не стало. Воздух вокруг сгустился так, что дышать было физически больно.

Толпа адептов бесшумно рассосалась по коридорам, не желая попадаться под горячую руку ректора.

Мы остались одни.

Я стояла ни жива ни мертва, обхватив себя руками за плечи.

В ушах до сих пор звенели слова Грейсона.

«Зелья, которые скрывали то, что течет в ее венах… Узнаете правду — сами от нее избавитесь».

Вся моя жизнь была ложью.

Лодью, о которой я даже не подозревала.

Я робко подняла глаза.

Лорд Рейгар фон Тайн стоял в нескольких шагах от меня.

Его широкие плечи были напряжены, а взгляд… в нем больше не было того собственнического, первобытного огня, с которым он защищал меня от Совета. Сейчас он смотрел на меня холодно, цепко и мрачно.

Как на бомбу, готовую взорваться в его руках.

— Ваше Темнейшество… — мой голос дрогнул и сорвался.

— За мной, — отрезал он ледяным тоном, от которого по спине побежали мурашки. — В кабинет. Живо.

Он развернулся и стремительно зашагал прочь. Я покорно поплелась следом, чувствуя себя так, словно иду на эшафот.

Дверь ректорского кабинета захлопнулась за нами с пугающим щелчком, отрезая от остального мира. Рейгар не пошел к своему столу. Он резко развернулся, сократил расстояние между нами в два хищных шага и навис надо мной скалой.

— Что ты скрываешь, Вейн? — его низкий голос вибрировал от сдерживаемой силы. Зрачки пульсировали, то расширяясь, то сужаясь в драконью щель.

— Н-ничего! — я вжалась спиной в темное дерево двери. — Я клянусь вам!

— Не лги мне! — рыкнул лорд Тайн, ударив ладонью по двери прямо над моей головой. Я вздрогнула. — Грейсон прав? Что за дрянью поил тебя твой опекун? Какую «истинную природу» он прятал? Отвечай!

— Я не знаю! — из глаз брызнули злые, отчаянные слезы. Я вскинула голову, с вызовом глядя в его пылающие янтарные глаза. — Я ничего не знаю! Он говорил, что это от болезни, которой я болела в дестве! Говорил, что без этих зелий я умру! Говорил, что блокировка магии -- это побочка! Что уж лучше так, чем он позволит мнеь умереть! Я верила ему, он же мой единственный родственник!

Мой голос сорвался на жалкий всхлип. Ноги окончательно отказали, и я медленно сползла по двери на пол, закрыв лицо руками.

— Вы думаете, я хотела быть слабой? — прошептала я. — Думаете, я знала, что внутри меня заперто что-то… о чем я даже не подозреваю? Если вы не хотите меня видеть, то отпустите. Я все равно собиралась бежать. Я найду где спрятаться от него, я... что-нибудь придумаю.

В кабинете повисла тяжелая, звенящая тишина. Слышно было только мое прерывистое дыхание и то, как капли дождя бьют в панорамное окно.

А затем я услышала тихий, хриплый вздох.

Сильные руки внезапно обхватили меня за талию, легко поднимая с пола. Лорд Тайн не отшвырнул меня. Он усадил меня на край своего массивного стола.

Я убрала ладони от лица и растерянно моргнула.

Ректор стоял вплотную. Его лицо находилось на одном уровне с моим. Дракон медленно втянул воздух, прикрыв глаза, словно прислушивался к чему-то внутри меня.

— Драконов невозможно обмануть, Аделина, — его голос зазвучал иначе. Грубо, но в этой грубости скрывалась та самая невыносимая забота, от которой у меня щемило в груди. — Мы слышим ложь по стуку сердца и запаху крови. Твой пульс колотится как у перепуганной птицы. А пахнешь ты отчаянием.

Он открыл глаза. Золотое сияние в них померкло, уступив место темному, обволакивающему янтарю.

— Ты действительно ничего не знала. Я вышел из себя.

От этих слов, сказанных Высшим Драконом Империи, у меня перехватило дыхание. Он признает свою вину?

— Но Грейсон не лгал, — ректор нахмурился, его взгляд стал профессионально-жестким. — Твои магические каналы изувечены. Твой дядя годами возводил внутри тебя плотину, чтобы скрыть твой источник. И теперь эта плотина трещит по швам. Твой недавний взрыв Эфира — это только начало. Если мы не снимем блок правильно, магия просто разорвет тебя изнутри до Зимнего Полигона.

Я судорожно сглотнула.

— Что… что нужно делать?

— Для начала, раздеться, — скомандовал Рейгар.

Заметив мой округлившийся от паники взгляд, он с раздражением добавил:

— Не смотри на меня так. Сними мантию. Мне нужен доступ к твоему позвоночнику. Там проходят центральные магистрали силы.

Мои щеки вспыхнули.

Дрожащими пальцами я расстегнула пуговицы жесткой форменной мантии и стянула ее с плеч, оставаясь в тонкой, льняной нижней сорочке.

Ректор оподошел ко мне вплотную.

— Сиди ровно. И не смей дергаться, — хрипло предупредил он, кнаклоняясь к моему лицу.

Его большие, горячие ладони легли мне на плечи, скользнули по ключицам и остановились, обхватив шею так, что его большие пальцы оказались прямо на моем пульсе. От этого интимного, властного жеста у меня перехватило дыхание. Запах морозной свежести и пепла затопил легкие.

— Закрой глаза, Вейн. И впусти меня.

— Что?..

— Впусти мою магию! — рыкнул он.

Я зажмурилась.

В ту же секунду чужеродная, мощная драконья сила хлынула в мое тело.

Это было больно. Словно раскаленная лава потекла по венам, выжигая остатки дядиной отравы.

Я вскрикнула, инстинктивно вцепляясь в руки ректора на своих плечах.

— Терпи! — хрипло приказал он. Его дыхание сбилось. — Давай же, покажи мне свою суть!

И вдруг внутри меня что-то со звоном лопнуло.

Боль мгновенно исчезла, сменившись чувством невероятной, пьянящей легкости.

Из моей груди вырвался поток чистейшего, слепящего Эфира цвета индиго. Он закружился вокруг нас сверкающим вихрем, сметая пыль с древних фолиантов и заставляя защитные руны на стенах полыхать, как сверхновые.