Ненавистная любовь

Глава 5

Александр

Моя супруга красавица и может поддержать любой разговор, она и правда как говорил отец прямо создана для меня. Но я вижу как она сторонится меня и выглядит потеряно, хотя и умело пытается скрыть. Мы приезжаем в мой огромный замок и я уже хочу показать ей все, объяснить правила и порядки дома, но ко мне подходит Мелисса, это служанка Грайда, она говорит мне о гонках и я понимаю, что разговор и правила надо отложить. Я веду ее в комнату сестры не знаю, что подумает обо мне Лаура сейчас я не могу придумать ничего лучше. Покинув ее мне становится противно, но я быстро бегу в сарай где одеваю доспехи. Их тяжесть успокаивает меня и дает уверенность. Теперь я иду прочь от своих владений в те места где некто не станет искать. Я захожу за нужный холм и открываю дверцу, мой дракон встречает меня рыком, быстро снарядив его, мы вызываем высь. Летим уверенно к месту проведения гонок, даже успеваем на регистрацию. Я вижу друзей, они улыбаются мне,  сегодня мы снова в команде, а может скоро сможем попасть в одиночное участие. Когда звенит гудок мы уверенно взмываем, первый круг дается нам легко, но заходя на последний мы настигаем наших соперников единственную команду, которая всегда выигрывает. Мы переглядываемся с друзьями и я уверенно ухожу вниз под брюхо среднего дракона, пока его седок пытается понять, что происходит, я выбрасываю золотистый порошок. Противник отстает, но его союзники не спешат на помощь. Я вижу как Грайд выводит щуплого парнишку из строя и тот с визгом отпускает поводья, тем самым выходя из игры, но есть еще один и если он достигнет цели, то эта гонка снова будет проиграна. Мы набираем скорость для обгона и тут он использует магию, сбивая Грайда и Майкла, я успеваю увернуться в последний момент. Он бьет дракона и тот ускоряет темп, я спешу за ним, но он выстреливает вновь и я вновь уклоняюсь, в Заде меня нагоняет уже его товарищ. И вот мы на финишной прямой и снова победа не за нами.  Я приземляюсь, пожимаю руку победителям, мне противно осознавать, сто следующая гонка будет снова не наша. Проходит еще три залета, ноя ухожу к Лауре сейчас она важнее, чем просмотр гонок, друзья расскажут кто прошел дальше и когда снова будет большой заезд.

Я помню первый день, когда Грайд подсадил меня на гонки, нам было по пятнадцать. Учеба в гимназии мало интересовала и вечные ссоры с родными выводили из себя. Грайд нашел два яйца и вскоре вылупились два дракона, чтобы их спрятать мы и вступили в гонки. Во время студенчества это был самый лучший вариант. Мы отпускали пар, учились управлять драконами. А позже когда окончили гимназию, организовали свой бизнес. В этой сфере и познакомились с Майклом. У него оказалось, что тоже был дракон, так мы стали все втроём заниматься запрещенным видом спорта. Полет стал для нас чем-то не заменимым, каждый день хотелось взмывать в небо, ты отпускаешь себя и все земные проблемы. Воздух забирает тебя и только свист в ушах говорит о том, что ты не отсюда. Поймет ли моя супруга мои увлечения, нужно ли ей рассказать, я думаю не сейчас. Всему нужно свое время сейчас я ей расскажу только о быте дома. Когда я вхожу в замок на удивление стоит тишина, даже когда я подхожу вплотную к двери. Я забираю поднос у подоспевшей служанки и открываю замок. Моя красавица жена сидит на подоконнике и читает, она выглядит очень красиво на фоне уходящего солнца. Я ставлю поднос на столик и сажусь рядом на кресло. Наблюдаю за ее грацией, как она спускается аккуратно, как плавно идет, как грациозно садится. Все о ней говорит как о утонченной девушке. Я набираюсь смелости заговорить первым:

-Я поступил с тобой очень грубо, заперев тебя и не сообщив ни о чем. Этот дом принадлежит не только мне. Он принадлежит ещё моим друзьям, я занимаю только третий этаж. Мне надо было срочно уехать по делам, и за этого я и запер тебя. Сейчас я приношу тебе свои огромные извинения. Эта комната, когда-то принадлежала моей сестре. Она болела  психическим заболеванием, не буду говорить каким. Но если хочешь, мы можем убрать решётки, и здесь будешь жить ты. Но  я бы очень хотел, чтобы мы жили в одной спальне, как полагается мужу и жене. Я давно уже хочу детей, только вот отец не мог найти мне подходящую партию, а то, что я находил не нравилось ему. Я не уверен, что мы сможем стать любящими супругами, но уверен, мы станем лучшими друзьями. Не буду врать тебя, я буду изменять, ходить на стороне. Но с тобой я буду мил, обходителен. Ты  будешь меня в этом прикрывать. Так же будешь со мной мила, обходительно и никому не скажешь о том, что происходит в нашей семье. Я буду дарить тебе украшения, мы будем ездить в город. Будем жить как настоящая пара. И если ты умеешь хранить секреты, то наш брак будет достаточно крепким. Только я прошу тебя, не спускайся и не заходи на второй и четвёртый этаж. На первом тоже есть  места,  куда нельзя заходить, я покажу тебе комнаты, в которые можно. Сейчас же ты поешь, и мы как раз спустимся вниз, я покажу тебе столовую и библиотеку. 

-Дорогой супруг я услышала вашу версию и поняла, что из нас семья выйдет не очень крепкая. Но если вам так будет угодно, то я буду хранить ваши секреты. Но знайте, если ещё раз вы меня запрет, я не буду поддерживать вас и все ваши секреты легко распадутся в прах. Я не игрушка, которую можно сегодня закрыть, а завтра взять на бал. Мой первый брак был неудачен. Мой супруг меня бил, держала в комнате прислуги и заставлял работать. Если вам нужно, я тоже могу работать, но я не потерплю других женщин в доме, в котором я живу. Я не потерплю, чтобы вы называли их своими невестами, а потом и жёнами. Я должна быть единственной  супругой и матерью ваших детей. В обмен получите тепло, ласку и заботу. И для людей наша семья будет лучшим примером в обществе, о нас будут говорить. Нас будут ставить в пример, как самой крепкой и самой лучшей семье.

Я удивляюсь ее словам, как кто-то мог поднять руку на нее, как посмели заставлять работать. Я не знал ничего о том, что она состояла в браке. Я не знал о ней ровным счетом ничего, только сейчас понял, что за время нашего разговора она была просто слушателем, а не собеседником. Она не проронила не слова кроме согласия на свадьбе и сейчас я вновь слышу ее прекрасный голос. Нет я должен узнать ее лучше, чтобы рассказать секрет. Я наблюдал за ней, как она осторожно берет каждый кусочек. Мне было так любопытно наблюдать за ней. Как будто я никогда не видел девушки. Я помню разных, которые пытались заманить меня, но ни у одной из них не было невинности, частоты, которая имелась у Лауры, она сквозила в каждом движении. Я спал с разными, многие из них были уже опытные, а некоторые побывали в браке по 3 – 4 раза и нашли утешение в борделях. Я не понимаю, как можно было докатиться до такой жизни, хотя они не умели так искренне разговаривать, поддерживать беседы. Они только и могли, что ночью согревать постель. Вся их жизнь, вся сущность была в том, чтобы согреть, развеселить на ночь больше ничего. С ними было скучно, днём, ночью было весело. Но это пресная однообразная жизнь надоедала. Хотелось ту, которое днём могла поддержать беседу, а ночью рассказывать тебе сказки или рисовать твои портреты, а может быть, и правда согреть постель, утешать детей. Она стала бы прекрасной матерью, любящей женой, но ни одна из этих путан не могла стать матерью. Единственное, что их колышило, это деньги, если богатый, то можно доставлять и согревать постель, сколько он попросит, главное, чтоб платил. А дети в планы, они никогда не входили, они были чем-то грязным, недостойным их взора. Даже когда их любимые тётушки говорили посидеть с племянниками, они находили дело какой-нибудь, даже самое простецкое, чтобы от этого отказаться. Эти девушки никогда не знал и ласки отца они не любили детей не любили домашний очаг, не видели вообще в мужчине что-то достойное. Девушки, росшие в ласки отца, наоборот, искали утешения в мужской половине. Они не знают, как прожить по-другому без сильного плеча. Но были и те девушки, у которых не было рядом, матери такие редко выходили замуж, боясь умереть при родах или от побоев. Они часто оставались одни и только на склоне лет заводили себе пару кошек и жили в своих огромных замках некому не нужные. Я знал разных, но Лаура для меня была загадкой. Она не выглядела, как обиженная ласками отца. Так и не выглядела, на то что и жила в полноценной семье. Может, матери она была не очень-то и нужна, хотя та находилась та в доме. А может быть, её и вовсе не было, но по приказу отца она была вынуждена вступить в брак. Для меня она, может быть, на долгие годы останется той ещё загадкой, которую я, может, только на склоне лет смогу разгадать.