Ненавистная жена. Алмазное дело попаданки

Глава 8

К завтраку мы с Тимошкой спустились в общую столовую. Брат Елизаветы вместе с семьей был в небольшом отъезде. Так что завтракали мы втроем. В специальных аккуратных подставочках стояли сваренные всмятку яйца, на блюде лежали уже приготовленные бутерброды из свежего душистого белого хлеба и рыхлого мясного паштета. От чашек с чаем поднимался пар.

– Ну, что? Нравится тебе у меня в гостях, Тимофей? – улыбнулась Елизавета.

Я недовольно на нее зыркнула. У меня в голове все ярче вспыхивали кадры из прошлой жизни. Где Елизавета не раз пыталась отобрать у меня Тимошку. Насолить хотела. А теперь… он для нее стал напоминанием о Михаиле.

Ответить Тимошка не успел. Неожиданно в столовую постучала служанка. Она тут же зашла в комнату, виновато склоняя голову.

– Простите, барыня, но гости к Вам. К гостье Вашей, вот! – взволнованно и сбивчиво протараторила служанка, видно, уже хорошо знающая вспыльчивый и высокомерный нрав Елизаветы.

– К ней, что ли? – она кивнула на Велену, недовольно скривив губы. – Что за гости, говори толком! Со шрамом человек?

Служанка торопливо помотала головой. Да так, что тяжелая коса за спиной закачалась, мелькнув темным кончиком то с одного бока, то со второго.

– Данила Николаевич Темнозерский, крепостной Ваш бывший!

Я вскочила со стула, едва не опрокинув чашку с чаем. Сердце ухнуло куда-то вниз. Испуганно. Сладко? Я не помнила лица Данилы. Так, какой-то слабый размытый образ проступал в голове, когда Елизавета о нем рассказывала. Плечи широкие, тело крепкое, волосы светлые… с золотистым отливом, кажется? Или солнце тогда било из-за спины? Не вспомнить. Но сердце помнило все. И стоило услышать о Даниле, как голова закружилась. От мысли, неужели я сейчас увижу его, своего возлюбленного? Которого, к своему несчастью, не могу вспомнить.

– Данила… – прошептала я севшим голосом.

– Зови его сюда! Немедленно! – прикрикнула Елизавета. – И прикажи, пусть еще на одного гостя всего подадут!

Она машинально провела руками по волосам. Они с раннего утра были причесаны и завиты так, будто Елизавета на бал при императорском дворе собиралась. А ведь ночью эта особа была перепугана до полусмерти и плакала о потерянной возлюбленном. Но такие скрывают свою уязвимость всеми силами. Вот и сейчас Елизавета приподняла подбородок и улыбнулась в сторону двери так, что я почувствовала необъяснимый укол ревности. Хотела было осадить себя, что за чепуха у меня в голове. Но в этот момент в ушах зашумело. Сквозь муть, сквозь неразборчивое марево в памяти вспыла картинка из прошлого. О том, как Данила вломился ко мне ночью в дом, говоря, что нужно бежать, иначе погубит его Михаил. За то, что застал в спальне Елизаветы.

Я едва не опрокинула стул, бросаясь прочь. Щеки у меня пылали от унижения. Ведь Елизавета, рассказывая про Данилу, упустила эту маленькую деталь! То, что когда-то они были любовниками!

– Куда ты?! – выкрикнула мне вслед Елизавета.

– Не хочу вас видеть! Ни тебя, ни его!

Хорошо, что в столовую вели две двери. Я не могла представить, как столкнусь с Даиилой лицом к лицу. Может, в прошлой жизни, до потери памяти, я и простила измену. Ведь точно помнила, что тот эпизод произошел, когда мы уже любили друг друга. Но сейчас у меня голова шла кругом от всего происходящего. А Елизавета и молчала! Еще бы! С чего бы ей раскрывать такие неудобные секреты?

Я побежала по коридору, сама не зная, что делать дальше. Просто добежала до окна в конце и уперлась ладонями в подоконник, прислоняясь лбом к холодному стеклу. На нем цвели и сверкали причудливые морозные узоры. Тысячи разрозненных крошечных элементов. Совсем как картинки в моей памяти. Я все ждала, что проснусь – и все наладится. Выстроится в один стройный ряд. Но каждый кадр воспоминаний я с большим трудом выуживала из противной густой темноты.

– Велена! Ты что творишь?! – раздался за спиной голос Елизаветы.

Она подбежала ко мне и коснулась моего плеча. Я вздрогнула так, будто ее рука была из раскаленного железа. А эта змея еще и смотрела на меня без тени раскаяния или стыда на лице.

– Я вспомнила! – выпалила я обличающе. – То, как Данила говорил мне, почему ему угрожает опасность! Потому что Михаил застал его в твоей спальне! Он изменял мне с тобой!

Елизавета и бровью не повела. Даже не моргнула. Продолжила смотреть на меня невозмутимо и высокомерно.

– Нет.

Холодная бессовестная реакция Елизаветы только сильнее меня возмутила. Да она просто пользовалась тем, что я ничего не помню! Про себя же наверняка смеялась надо мной все это время.

– Хватит врать! Я все помню. Это было! – отрезала я, нахмурившись, давая понять, что своей памяти верю больше, чем ей.

– Было. Но между мной и Данилой в ту ночь ничего не произошло. Я тогда очень разозлилась на своего мужа. Между прочим, из-за тебя. Вот и захотелось мне проучить Михаила. Пусть бы поревновал, как следует! Авось меньше за тобой бегал бы! И тогда я позвала Данилу к себе. Собиралась соблазнить его. Все-таки я покрасивее тебя буду, да и более тогда была ухоженной, чем крепостная оборванка, которая вкалывает в поле, – Елизавета гордо встряхнула головой. – Но он мне отказал. Вот только Михаилу уже этого хватило, чтобы разозлиться на нас обоих.

Елизавета говорила искренне. Я это чувствовала. Щеки у меня вспыхнули во второй раз. Ведь я поняла, как нелепо ошиблась, неправильно сложив кусочки воспоминаний в своей голове. А ведь в таком случае все понятно! Не прощала я никакого изменника, потому что Данила мне и не изменял!

– Тогда… – пробормотала я. – Идем скорее обратно! Данилу же вот-вот приведут туда!

Зайдя обратно в столовую, я не сразу решилась поднять взгляд. Смотрела куда-то в пол, на кромку собственного платья. Ведь Данила не сделал ничего плохого. А я сбежала от встречи с ним. Потому что не доверяла. А как по-другому? Сложно доверять незнакомцу, в которого он для меня теперь превратился. От одной мысли, как нам теперь выстраивать свои отношения, свою жизнь, меня бросало в панику. Ведь я опять-таки не знала, будет ли Данила достаточно понимающим и терпеливым.