Ненавижу дождь

Глава 6.

Стоило братьям скрыться за дверью, как я медленно сползла на пол – ноги не держали, сердце колотилось, как безумное. Все тело сотрясала крупная дрожь, от которой стучали даже зубы. И вот сейчас, я совершенно не могла понять, что явилось причиной: то ли холод, сковавший тело из-за все еще влажного платья, то ли страх от того, что ожидает меня в ближайшем будущем.

Обхватила себя руками за плечи и, закусив нижнюю губу, изо всех сил постаралась не завыть в голос.

Куда ты попала, Диана? Что это за люди? Что им от тебя надо? А самое главное – что происходит с тобой? Странные видения, искажение реальности – все это пугало меня гораздо больше, чем голоса, звучавшие в моей голове почти всю мои сознательную жизнь. К голосам-то я уже привыкла, а вот к видениям – еще нет. Да и не хотелось привыкать, если честно. Совсем-совсем не хотелось.

Желудок жалобно заурчал, нерешительно намекая на то, что не мешало бы съесть хоть что-нибудь. Вспомнив о великодушном разрешении Дэя пошарить в холодильнике, с трудом поднялась на ноги. Ну, раз мне разрешили основательно проредить продовольственные запасы, не стоит себе ни в чем отказывать.

Распахнув дверцу холодильника, принялась придирчиво разглядывать то, что там было. Не густо, надо признать.

Спустя несколько минут, я уже жевала кусок хлеба с ветчиной и жмурилась от удовольствия. Пусть завтрак и не представлял собой ничего особенного, но моему пустому желудку было все равно, главное – еда. Я потянулась к пакету с апельсиновым соком и едва не выронила его.

- Что ты делаешь, Диана? – спросила я у самой себя едва слышным шепотом. – Что ты здесь забыла? Почему еще не бежишь, сломя голову подальше от этого дома и этих людей?

Пакет с соком выскользнул из моих рук и грохнулся об пол. Ярко-оранжевые брызги залапали не только мои босые ноги, но и пол и плитку на стенах. Но мне было совершенно не до этого.

Замерев на месте я зажмурилась на минуту, переживая приступ паники, что накатил на меня с новой силой. Затем, открыв глаза, отмерла и, осторожно ступая, направилась к двери. Приоткрыла ее, прислушиваясь. Из гостиной доносились едва слышные голоса. Слов я разобрать не могла, но отчетливо слышала, как одному из братьев что-то отвечает женщина.

Очень осторожно, стараясь не производить шума, прикрыла дверь, закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, чтобы успокоиться.

Не помогло.

Внутри все дрожало, истерика была на подходе, слезы жгли глаза, а в горле застрял отчаянный вопль. У меня никогда раньше не было подобных приступов паники. Я вообще никогда не боялась ничего настолько отчаянно, как сейчас. Мне даже казалось одно время, что я не способна на сильные чувства и эмоции.

Нет! С меня хватит!

Уж лучше интернат или любая другая психушка. Лучше было бы отправиться в то закрытое заведение, о котором говорил отец.

Но переживать нечто подобное раз за разом, бояться неизвестно чего, я не могу. Моя психика не рассчитана на подобные потрясения. Она у меня вообще нарушена, если верить воспитателям и врачам интерната, в котором я провела большую часть своей жизни. И если до этого меня беспокоили лишь только голоса в голове, которые кроме меня никто не слышал, то теперь проблемы стали куда серьезнее… и опаснее… Особенно, если вспомнить обещание Дэя.

Сглотнув, ставшую вязкой слюну, я бросилась к выходу.

Бежать.

Подальше от этого дома и его обитателей.

***

Плохо помню, как именно выбралась из дома, как бежала по улице, не разбирая дороги и не обращая внимания на то, как острые камни больно впивались в босые ступни. Меня трясло, перед глазами стоял туман, в груди клокотал вопль ужаса.

Немного пришла в себя лишь тогда, когда оказалась на перекрестке. Мимо меня проезжали автомобили, спешили куда-то по своим делам редкие прохожие – незнакомый мне город жил своей жизнью. Я замерла у обочины дороги, испуганно оглядываясь по сторонам. Впервые мне пришла в голову мысль, что я не знаю, что делать дальше. Куда бежать? Где прятаться? У кого попросить о помощи?

Я снова оказалась одна. В незнакомом месте. Полуголая – платье, которое не прикрывало даже колени – не в счет, босиком, без денег, без знакомых. Помощи мне было ждать неоткуда.

Обхватила себя руками за плечи, и снова осмотрелась. Мое внимание привлек мужчина в форме полицейского на другой стороне дороги.

Точно! Как я сразу не подумала о том, чтобы пойти в полицию? Еще в интернате нам неоднократно повторяли, что если вдруг что-нибудь случится, если мы потеряемся или станем свидетелями каких-либо деяний, то необходимо сразу же – без малейшего промедления! – идти в полицию. Там помогут. Защитят.

Вспомнив обо всем этом, я воспряла духом и не обращая внимания на то, что передо мной проезжая часть побежала туда, где стоял, облокотившись о свой автомобиль, полицейский.

Все прошло бы нормально. Без происшествий. Но когда я была уже на середине дороги, то мои голоса – те самые предатели, что оставили меня вчера на произвол судьбы – решили снова заявить о себе.

Голова взорвалась болью, перед глазами потемнело, а в ушах зазвучали голоса. Но на этот раз, мои вечные спутники не помогали и не несли успокоения. Схватившись руками за виски, я замерла, с трудом сдерживая вопль боли. Мне казалось, что моя голова сейчас просто лопнет. Разорвется на много-много маленьких кусочков и разлетится по этой улице.

Шум в голове нарастал.

Я уже не различала голосов. Это был скорее шум от проливного дождя, барабанная дробь града по черепичной крыше, скрежет веток об оконное стекло и завывания ветра.

 Перед глазами все плыло, земля уходила из-под ног. Я не могла вдохнуть, не чувствовала ног и рук. Лишь только боль. Всепоглощающая боль завладела мной.

И тут я заметила несущуюся на меня машину. Резкий свист, визг шин, проклятия – все смешалось, а я не могла даже пошевелиться и расширившимися от ужаса глазами следила за тем, как красный автомобиль несется прямо на меня. В этот момент, я как никогда была близка к смерти.