Ненавижу любить тебя

Пролог

— Девушка, вам дурно? Может, воды?

— Все хорошо, спасибо, – покачала головой, и заставила себя улыбнуться.

Мне не дурно, я знаю, куда иду. И зачем. Знаю, что будет. Всегда знала, черт возьми!

— Вы очень бледная. Точно все в порядке?

Я кивнула, и вышла из лифта.

Знакомая квартира. Здесь, с ним я провела самые безумные свои ночи, и не только. Самые страстные моменты. Мне было жгуче прекрасно, и все это через боль – я всегда знала, что будущего у нас нет.

Каждая секунда, проведенная вместе, была предательством.

Ключ я забыла, но что-то подсказывает – звонить не нужно. Так и есть. Дернула за ручку, и дверь открылась.

— Может, он не успел получить письмо? Может, не узнал про меня? Еще бы минуту вместе провести, будто ничего не случилось, – прошептала еле слышно.

Или подумала. Но все заглушил бешеный стук моего сердца. Все еще качает кровь, глупое. Все еще на что-то надеется.

— Андрей?

— Я здесь, – услышала я, и привычно отреагировала на его голос – внутри завибрировало от предвкушения.

Низкий, с хрипотцой голос, дико-сексуальный, будоражащий самую мою суть.

— Я должна рассказать тебе о себе. Должна рассказать кое-что важное, и давно, – начала я, и вошла в гостиную, и увидела его.

Андрей. Ждет меня.

Сумасшедше-красивый.

Видя его, на ум всегда приходила строчка из стихотворения: «У вас в роду бывали волки?», кажется, именно так она звучит.

— Разговор подождет, хочу тебя!

Мужские руки на талии, сильный рывок на себя, даже грубый – так, как мне нравится, но чуть жестче, чем обычно. И хватка несколько более болезненная. Дыхание тяжелое, и поцелуй со вкусом железа и крови.

Страсть и злость. Поцелуй-укус.

Но он целует, он хочет меня. Значит, не знает? Не успел прочитать, и я все еще могу попытаться объяснить необъяснимое?

— Андрей, – простонала, всхлипнула в его губы, — нам нужно…

— Поговорить? Или сначала трахнуть тебя? – прикусил венку на моей шее.

Подалась всем телом к нему, реагируя на чувственную ласку. Врасти бы в него – сильного, до безумия любимого! Я ведь могу позволить нам еще час? Я заслужила его, а потом я расскажу, постараюсь объяснить, загладить.

Я смогу…

— Люблю тебя, – прошептала, облизнула губы. Знаю, его это заводит. И сама начала задирать юбку-карандаш. Еще немного, и Андрей поднимет меня, и усадит… куда? На стол? На подоконник, чтобы я кричала, как день назад?!

Или отнесет в спальню?

Без разницы, где. Главное – с ним. Хочу до безумия, люблю до сумасшествия. И саму себя за эту любовь ненавижу!

— Любишь? – снова впился в мои губы, и наполнил мой рот своим будоражащим вкусом, сметая остатки разума. Мы сплелись языками, внутри пожар, между ног уже влажно. Я готова принять его после одного только поцелуя, но обычно Андрей любит долго меня ласкать. А иногда он берет меня насухо, жестко, впечатывает в стену, и вдалбливается в мое тело.

— Люблю… хочу… – подставила шею для поцелуев, запрокинула голову.

Сейчас он снимет с меня топ, и…

И я почувствовала стальную хватку на шее. На глазах сразу выступили слезы, не могу вдохнуть, воздуха не хватает.

— Любишь, значит? – прорычал, глядя мне прямо в глаза.

Лицо его начало расплываться от слез. Я не вижу его, не соображаю ничего. В голове лишь одна мысль – нужно было рассказать, я дотянула до последнего. Но у меня в сумочке билеты, я смогу уговорить его уехать. Вместе, далеко-далеко, где все наладится.

— Ан... рей… сти, – прохрипела, внутренне приготовившись, что не отпустит.

Он точно все знает! Воздух обжег мое горло, и я полетела на пол.

Кашляю, слезы продолжают литься из глаз, но подняться нет сил. А нужно! Встать, постараться рассказать все, объяснить, что не виновата… черт, но я виновата! Или нет?!

— Сука-любовь, Аня. Такая же сука, как ты, – в его голосе ярость клокочет.

Я, пошатываясь, поднялась. Андрей напротив меня – бледный, в глазах плещется ненависть. А в руке пистолет.

— Дай мне объяснить, – попросила, схватившись за горло. — Ты все знаешь, да? Он сказал, что написал тебе. Я… Андрей, я могу постараться объяснить, правда. Все, что случилось – я этого не хотела, я правда не хотела, – не выдержала, и заплакала.

Мне есть, о чем плакать, к сожалению.

— Не хотела, но сделала с удовольствием? – раздался щелчок, пистолет в ладони Андрея дрогнул. — Вся моя семья, Аня. Твою мать, вся семья! Думаешь, я буду слушать очередную ложь? Вместо этого я дам тебе выбор: убить тебя сразу, или сначала трахнуть, а потом убить? Решай… любимая.