Ненавижу одуванчики!

Часть 1. Номер 7. Вредные привычки и урок от сенсея.

  Сыро. Покрапавает дождик. Солнце закрылось под сводом туч. Мы возвращаемся в санаторий из курилки. Юля молчит, а я не знаю нужно ли что-то говорить. Всякий раз, когда мои воспоминания возвращаются к тем типам, жилка на шее подрагивает и я боюсь признаться об этом Юле. Очевидно же, что она знает что-то такое о этом Арчи, что никому не расскажет, что-то, что связывает их и от этого становится тоскливо. 

  - В следующий раз не давай ему так с собой разговаривать. Артём нападает только на тех, кто слабее. Как говорится: волк волку рознь, а заяца он проглотит,- рекомендует она задумчиво. 

  - Я не знаю,- говорю я и останавливаюсь на пол пути,- Что мне нужно делать? 

   - Оу, не будь глупой! Просто будь настойчивей, когда доказываешь свою точку зрения,- объясняет она. 

Ага, хотела я бы быть такой же бесстрашной как она. Только дело в том, что я не она. Когда мне что-то говорят, я пытаюсь в это поверить и испытать на своей шкуре. Но идти против этого Арчи я не стану, пусть только оставит меня в покое. 

                                         ***

Начинается спортчас.  Дверь спортзала находится напротив дискозала, что наводит меня на мысль о странной проектировке, но естественно это не моё дело. 

Мы занимаемся со вторым отрядом и я наконец вижу Влада. Он не веселится как остальные и выглядит затравленным. Смотрю на него и понимаю в чём, а точнее в ком, проблема. 

Физрук, старик лет пятидесяти-шестидесяти, объявляет о межотрядных соревнованиях. Я просто сравниваю два отряда и не понимаю, как им соревноваться: в нашем сплошные качки и дылды, а в отряде Влада одни лишь хлюпики и слабаки. 

Бразды правления во втором отряде берёт девчонка с броским макияжем, которая вечно строит глазки моему врагу. Там ребята боятся соревноваться с нашими, придумывая причину не играть. Влад не из таких и он идёт на участие. Девчонке удаётся подбить на это дело ещё несколько людей. 

В нашем отряде уговаривать парней не приходиться, они все встают в ряд и начинают обсуждать задание физрука. Даже странно это говорить, но наш отряд выглядит гораздо сплочённый, чем их соперники. 

Начинается схватка, но исход очевиден, второму отряду никогда не победить. Главная девчонка психует и кричит на ребят. Ей стоило бы выпить карвалол, говорят помогает. 

  - Какие же вы неудачники! Особенно ты, очкарик, не можешь попасть в кольцо - это позорище,- отчитывает она Влада. 

   - Эй, ты,- говорю я,- Если ты не в курсе он не черта не видет. У него врождённая миопия, но ты даже не можешь представить, что это такое своим крошечным мозгом! 

  - Какого тогда х#я он тут делает,- спрашивает она, покраснев. Смотрю на моего врага и, кажется, ему смешно. Так себе кавалер!

  - Алё, это санаторий! Тут лечатся, если что,- говорю я и она убегает за дверь. 

                                        ***

После наивесёльешего спорт-часа нас заставляют ходить на процедуры. Сначало сидим в соляной пещере в полной темноте. Некоторые вообще не понимают, зачем это нужно. Там пахнет больше мочой, чем солью и терпеть это невыносимо. Интернет там ловит плохо да мне он и не нужен без телефона. Поговорить больно не с кем, Юля играет в тетрис на своём телефоне. 

  - Ребят, признавайте сб, кто какую музыку слушает,- спрашивает Маруся. 

   - Включай уже любую, мне лично поср#ть,- заявляет кто-то рядом со мной. 

Я не знаю кто это. За то время, сколько мы здесь сидим, уже каждый успел согреть тут место. Моя рука лежит на стуле, рядом с пятой точкой, и меня бьёт током от нечаянного прикосновения, рядом сидящего парня. Я не предаю этому значения, но он касается моей руки снова и снова, что вызывает у меня странные эмоции. Эта темнота меня доканает. 

Музыка, неподдающаяся смыслу. Незнакомец, нарушающий моё личное пространство. Я стараюсь сохранять самообладание и не врезать наглецу. К сожалению или к радости, он ретируется за дверь, якобы в тубзик. Так мы и проводим целый час.

 Потом поедание яблочной пены, насыщающей наш организм кислородом. По крайней мере, так говорилось в памятке на грязно-бежевой стене. За процедурной суетой я не заметила как пришло время обеда, ужина, прошли все мероприятия и наступила подготовка ко сну. 

                                           ***

Времени было мало. Я стояла в ванной, и чистя зубы, успевала ещё и стирать носки. В дверь постучали. Я услышала слёзы, Мишина слёзы. Быстро открыла ему дверь и услышала просто невероятные вещи. 

  - Девочка, она меня ударила в живот,- плакал он, прислонившись ко мне.

   - Какая девочка,- спросила я с нетерпением.

   - Не знаю. Она там, в коридоре,- сказал он. 

На плач пришли и другие девчонки из нашего отряда. Все его жалели, пока я на смех умывалась от зубной пасты. Потом мы все вместе вышли в коридор. Миша показал на нервную из второго отряда. 

В этот момент я убедилась ещё раз в сплочённости нашего отряда. Каждая кричала на эту бездарность так, будто она ударила их самих или кого-то из их родственников. Они не отнеслись равнодушно к моему брату. Он даже стал их любимчиком. Каждая наговорила ему кучу советов как нужно оборанятся от таких вот с#к. 

Моё настроение упало. Ложась в кровать, я уткнулась в подушку и заревела. Разлука с домом давала свои плоды. Было уже невыносимо без обнимашек сестрёнки и напрасных криков мамы.

  - Одуванчик, ты что плачешь,- услышала я голос Юли. 

Отвечать было бессмысленно. Я просто претвоворилась, что сплю, но похоже её не проведёшь. Она залезла ко мне на кровать и легла рядышком. 

  - Что случилось, Ир,- спросила она, поглаживая меня по голове,- Это всё из-за Артёма? Ну хочешь я его побью...

  - Не надо,- произнесла я,- Я просто соскучилась по дому. 

   - По дому? Некогда и я по нему скучала, а теперь мой дом в разных местах, например: здесь,- сказала она грустно. 

   - Почему это,- не выдержала и спросила я. 

   - Я из детдома. Ну ты не думай, что мои родители алкоголики и прочее. Они погибли вместе с братишкой,- сказала она, а по щекам побежали слёзы.