Ненавижу тебя любить

Глава 1.

Дан

Усталость дает о себе знать, и по дороге из аэропорта меня вырубает.

Просыпаюсь от того, что машина резко останавливается.

– Приехали? – зевая спрашиваю у Птахи. Как-то быстро.

– Нет. Мне срочно надо отлить.

– Ммм. Кофе возьми, – кричу ему в спину перед тем, как он захлопывает дверь.

Пока друг отсутствует, изучаю местность, словно не был здесь хреново тучу лет. По факту всего два месяца.

Унылая заправка посредине леса на трассе. Что тут можно смотреть?

Через дорогу установлен рекламный баннер. И я со скуки пялюсь на него.

Какая же страшная семейка прямо передо мной. А ещё реклама сока. Не могли найти посимпатичнее?

Собираюсь отвернуться, но картинка на баннере резко меняется.

Так, где раньше была надпись, теперь лицо девушки. Такие существуют в природе? Она похожа на альбиноса, слишком нетипичная для наших мест внешность.

Глаза необычного голубого цвета. Скорее всего линзы. Белые волосы убраны в сложносочиненную причёску. Парик. Или краска. Если убрать все навороты, смыть косметику, будет самая обычная, каких много.

Вроде так. Я но все равно смотрю на неё не отрываясь.

Реклама снова меняется. Теперь на картинке шины.

Скорее всего она идёт по кругу. И если следом сок, значит потом будет эта девушка.

– Погнали, – Птаха садится в машину. – Кофе я забыл. До дома не дотерпишь?

– Дотерплю.

Он трогается и выезжает с парковки.

В зеркало заднего вида вижу, что был прав. Там снова сок. Птаха топит едва выехав на трассу и мою девушку уже почти невозможно рассмотреть.

– Получилось узнать что-то?

– Нет, – отвечаю с трудом отрываясь от зеркала. – Только то, что её никогда не было ни в этом городе, ни в соседних.

– Как так? Может отец тебе соврал?

– Скорее всего. Или соврала она, когда убегала.

Несколько минут едем молча. В сон больше не клонит. Чувствую себя достаточно бодрым.

– Дан, я конечно, не знаю, может это слухи, но говорят, что твой папа снова женится, – Пташенчук произносит осторожно, словно боится говорить.

И я бы даже поверил, что это слух, если бы его отец не работал в одном холдинге с моим.

Это не сплетня, а самый надёжный источник.

– Не знаю. Пусть. Это его жизнь.

– На какой-то модели.

Это даже не удивительно. Моя мать была моделью. И мать Мирославы тоже была.

Моя пропала, когда мне было пять. А Мирина сторчалась так, что не выходит из лечебниц.

Мне плевать, что он делает, на ком женится, и как живёт.

Только как к этому отнесется Мирослава?

Прошлая его женщина довольно жёстко издевалась над сестрой. Конченая тварь. Обижала двенадцатилетнюю девчонку.

И снова здорова.

Ему самому срать на своих детей, он даже слова ей не сказал.

Кто знает, какой окажется новая игрушка?

– Птах, мне пофиг. Если ты говоришь, значит так и есть.

– Сочувствую бро. Я от отца слышал.

– Разберёмся на месте. Спасибо, что предупредил.

Новости, конечно, так себе. Когда успел? Меня не было всего два месяца.

Мира ничего не говорила ни про какую новую подружку, значит ещё не приводил её в дом.

Это всё хреново. Особенно, если попадётся сука из тех, что мнят себя выше всех.

Разберёмся. В этот раз сестру в обиду я не дам.

С Пташенчуком всегда не скучно. Он травит какие-то байки. Хвалится своей новой девчонкой, словно они у него задерживаются.

– Аделина про тебя спрашивала.

– И что? – отвечаю равнодушно. Мы с Делей типа мутили целый месяц. Потом застопорились и поставили на паузу. Она так думает. Я лично двигаюсь дальше.

– Ждёт тебя.

– Ммм. Удачи.

– Дурак ты, конечно, Миллер. Но с харизмой.

– Ладно, бро. Спасибо, что подбросил. На связи.

Знаю, что дома меня никто не ждёт. Восемь утра. Папа Миллер уже усвистал на работу. Мира еще спит. Мне бы и самому отрубиться после ночного перелета, но как-то и сон пропал.

Захожу с чёрного входа, стараюсь особо не шуметь.

В гостиной на диванчике дремлет Мира. Ноги подтянуты к себе, голова на коленках.

– Дан приехал, – она мгновенно просыпается, когда подхожу поближе.

– Привет, сестрёнка. Как ты тут?

– Нормально. У меня для тебя подарок, – она тянется меня обнять. – Пошли на кухню.