Ненавижу.Притворяюсь.Люблю.

24.«Мой ревнивый»

24 Глава

«Слова в припеве и шаги позади»

---

Мы шли по парку, втроём: я, Роа и Юри.
Осенний свет приятно ложился на дорожки, листья шуршали под ногами,
а Юри уже пятый раз за утро пыталась угадать, какую песню мы выбрали на городской конкурс.

— Так а какую вы в итоге берёте?! — закатила глаза она, будто держала нас в секрете от самой себя. — Не томите. Если вы мне сейчас скажете "Butter", я ухожу!

Роа усмехнулся.

— Мы выбрали "Free".
— Вольная.

Юри резко приложила руку к груди и театрально отступила на шаг, будто её ранили:

— Что?!
— Тот самый дуэт из “К-поп охотниц на демонов”?
— Руми и Джину? Перед конкурсом "Кумир года"?..

Я кивнула, сдерживая смех:

— Ага.

— АААААА! Я ЩАС ЗАПЛАЧУ! — Юри повернулась к небу.
— “Мне так приятно, когда рядом ты со мной,
прятать не надо свои мысои за спиной…”

— ЭТОТ ПРИПЕВ! ВЫ ЭТОТ ПРИПЕВ БУДЕТЕ ПЕТЬ?!

Я сжала руку Роа. Он сдержанно кивнул, но уголки его губ дрогнули.
Он знал, как сильно на меня действует эта песня.
Знал — и выбрал её.

Не просто ради конкурса.

— Вы понимаете, — продолжала Юри, — что я не переживу это выступление?
— Я встану посреди зала и начну рыдать!
— А потом брошу букет цветов!
— А потом скажу "А теперь целуй её!" прямо в микрофон!!

Мы оба рассмеялись.

Но этот момент — лёгкий, добрый, наш —
испортил чужой шаг.

Он снова был сзади.

Хан Ынсо.

Он медленно шёл позади нас по парковой дорожке.
Старался не подойти слишком близко.
Не заговорить.
Но шёл.
Смотрел.
Не отпускал взгляд.

Я пыталась не оборачиваться.
Но чувствовала, как плечо Роа стало напряжённым.
Его рука, обвивающая мои пальцы, сжалась сильнее.

— Он снова здесь, — тихо сказал Роа, не поворачивая головы.

— Он не делает ничего плохого… — пробормотала я.

— Пока, — ответил Роа.
— Но мне не нравится, как он смотрит.
— Как будто я — временный.

Я обернулась. Ынсо остановился в пяти шагах.
В руках у него снова был телефон, и он делал вид, что смотрит на экран.
Но это не обманывало.

Юри всё заметила.
И, конечно же, не промолчала:

— Ууух, тут пахнет ревностью…
— Такой горячей, острой ревностью.
— Роа, не держи в себе, иначе тебя разорвёт!

— Я не ревную, — сказал он глухо.
— Просто не хочу, чтобы кто-то чужой считал, что может стоять ближе к ней, чем я.

Я тихо выдохнула.
Нам стало тесно в этом парке.
Слишком много слов, взглядов, мыслей, шагов позади.

— Пойдём, — сказала я, натянув на себя его капюшон.
— Мне хочется быть «вольной» хотя бы на сцене.
— А не от взглядов.

Роа не сказал ничего.
Но, прежде чем мы ушли, он посмотрел через плечо — прямо в глаза Ынсо.
И, не отводя взгляда, взял меня за талию и притянул ближе.

— Её не нужно завоёвывать, — сказал он спокойно, но жёстко.
— Её нужно чувствовать.
— А если ты понял её только через экран — ты опоздал.

Юри пошептала сбоку:

— Ой-ой-ой, это было официально красиво…
— Мне теперь тоже кто-нибудь так скажет?..

«Ты — мой свет, даже в ревности»

---

Мы сидели в музыкальной комнате.
Где-то за окном шёл дождь, но внутри было тепло и тихо — только я, Роа и микрофон, подключённый к колонке.
Перед нами — распечатанный текст песни.
"Вольная".
Та самая. Руми и Джину.

— Готова? — спросил Роа, настраивая гитару.
Я кивнула.

Он начал наигрывать первые аккорды.
Знакомые ноты.
Песня, от которой сжимается горло.

Я сделала шаг к микрофону и начала петь:

> Мне так приятно, когда рядом ты со мной,
Прятать не надо свои страхи за спиной...

Мой голос дрожал, но Роа подхватил мягко и уверенно, продолжая:

> Тайна этого страшного знака,
Что меня призывает из мрака...

Мы встретились взглядами.
И в этот момент голос Роа вдруг стал чуть глуше, будто… печальнее.
Я почувствовала, как в нём что-то сдерживается.

> Твой мир без солнца, но и я не яркий свет,
Мы можем вместе оградить наш мир от бед...
Нет побед, пока голову прячем,
Нам должна улыбнуться удача...

Я замерла, глядя на него.
И в такт музыке шагнула ближе, обвила руками его шею и прошептала:

— Роа… что с тобой?

Он замер.
Пальцы всё ещё лежали на струнах, но звуки стихли.

— Юнха…
— Просто… пожалуйста, не смотри на других парней.

Я моргнула.
— Я? Но… я не смотрю ни на кого, кроме тебя.

Он слабо усмехнулся, но глаза были серьёзными.

— Да… но на тебя смотрят.
— Этот Ынсо.
— Он… он мне не нравится.
— Ты ведь не бросишь меня ради него, да?..

С этими словами он наклонился чуть ближе, будто искал во мне ответ.

Я, не задумываясь, обвила его шею, быстро чмокнула в губы и рассмеялась:

— Ах ты мой ревнивый львёнок.
— Ты так мило ревнуешь…
— Мне это нравится.

Он застыл. Потом тихо выдохнул, и в уголках его губ появилась улыбка.

— Только ты можешь так называть меня, — прошептал он.
— И только ты можешь так просто меня успокоить.

Но прежде чем он успел поцеловать меня в ответ —
в дверь с грохотом влетела Юри.

— БООООЖЕ! — завопила она, хватаясь за стену.
— Я пришла на репетицию, а попала в дораму!

Я вздрогнула, а Роа быстро убрал руки, будто нас поймали.

Юри подошла ближе, сложив руки на груди:

— Смотрите на этого короля школы…
— Самого бессердечного красавчика…
— Юнха, ты ведь его околдовала, да?
— Теперь он не бессердечный, а милый, влюблённый и… чертовски ревнивый.