Ненужная для генерала драконов

1

– Танцуй! Чего замерла на месте?

На каком ещё месте?!

Зажмуриваюсь, потом снова открываю глаза и опасливо осматриваюсь.

Где я?!

Это что ж такое творится… Меня что, кондратий хватил? Или я кукухой поехала…

Странная какая-то комната, стены обиты тёмным бархатом…

Ох ты ж, батюшки-светы! Значит, точно, крыша у меня того, откланялась и съехала. Вот меня и заперли в специальной комнате.

Только почему вместе с этим мальчишкой? Или он санитар?

– Ты будешь танцевать или нет, Ари? – спрашивает раздражённо.

Санитар он или нет, а вот наглец – это точно. Что ещё за Ари?!

– Для вас, молодой человек, я Агриппина Филипповна, а не какая-то там Ари!

Он ещё и фыркает! Где его мать? Сейчас я выскажу ей всё, что думаю о её сыночке! Вырос здоровенный, а никакого воспитания!

– Я вообще не собираюсь никак тебя называть! – отвечает наглец. – Если не будешь танцевать, тогда выметайся отсюда. У тебя и внешность так себе, и характер никакой. Ты вообще бесхребетная, да и ни разу слова умного не сказала. Даже если ты хорошо танцуешь, я всё равно тебя не выберу.

В этот момент у меня официально лопается терпение. Не имеет значения, где я и зачем, но такого отношения терпеть нельзя.

– Это куда ты меня, интересно, не выберешь, а? В управком? Да что б ты знал, я и так в доме главная. Без меня ни воду не включают, ни отопление! А кто за дворниками следит? Тоже я! И вообще, кто тебе, сопляку такому, доверит выбирать? Бьюсь об заклад, что ты и трусы с носками сам себе выбрать не можешь, тебе мамка по утрам всё выкладывает…

Парень как-то весь скукоживается, вдавливается в кресло, как будто надеется исчезнуть под обшивкой. Выглядит несколько шокированным.

Сколько ему? Двадцать? Наверное, около того. Вымахал ростом, а до настоящего мужчины ему как до луны.

– Замуж тебя не возьму! – выкрикивает он.

Чего-чего? Этот червяк думает, что я хочу за него замуж? Я, Агриппина Филипповна, пенсионерка семидесяти лет от роду с покладистым характером и большим жизненным опытом?

И он ждёт, что я стану для него танцевать? С моими-то больными коленями и высоким давлением я буду строить из себя невесть что, только бы он на мне женился?

Так это у него кукуха ломаная, а не у меня! Уф-ф, какая радость, а то я было в себе усомнилась!

Хватаю вышитое покрывало с кушетки и направляюсь к бесстыжему женишку. Сейчас научу его уму-разуму и отчитаю за такие слова и помыслы!

– Ах ты паскудник! Да я тебя, недоросля, и без очков вижу, какой ты жених! Я тебе в бабки гожусь, а ты что несёшь, бесстыдник!

Он что-то лепечет про недоразумение, но я уже вошла во вкус. Взмахиваю покрывалом, как знаменем восстания.

– Чтобы я, достойная женщина в рассвете заката, танцевала перед таким наглецом как ты? – возмущаюсь, надвигаясь на наглеца. – Ишь ты, женишок нашёлся! Не выберет он меня… Да я тебя сейчас как выберу…

Парень подскакивает, пятится, машет руками, как мельница. Глаза округлились – похоже, он не ожидал, что приличная женщина может пойти в атаку. Ещё бы! У нас, у бабусь, две крайности: либо молчим, либо штурмуем.

– Ари, ты чего?! Я не хотел тебя обидеть! Просто сказал правду как есть, чтобы ты зря не надеялась. Но и ты не забывайся. До этого молчала, а теперь вдруг показала характер, да? Я не прощу оскорбления! Не посмотрю на то, что ты девушка, и покараю. Ты забыла, кто я такой? Наследник великого генерала Таррока…

– Я тебе сейчас покажу генерала… А потом догоню и снова покажу… – Продолжаю наступать на наглеца с покрывалом в руке. Так себе орудие самозащиты, но хоть что-то.

Хотя «догоню» – это очень оптимистично сказано. С моими коленями не побегаешь.

Минутку…

Он что, дымится?! В народе, конечно, говорят, что, когда человек злится, у него дым из ушей идёт. Но это только выражение, а у этого красавца дым валит из всех головных отверстий… да ещё и с огнём.

Останавливаюсь в растерянности. Провожу ладонью по голове, щупаю пульс…

Это ж насколько у меня давление поднялось, что горящий мужик мерещится?

И платка у меня на голове нет. Украл, небось, этот прохиндей. Я точно в платке была, ждала подругу в парке… а теперь…

Где я, всё-таки?

Совершенно незнакомое место.

Бесстыдник огибает меня, стараясь не приближаться, и выходит из комнаты.

– Я этого так не оставлю! Твоя семья узнает, каких гадостей ты мне наговорила. Проявила недопустимую грубость, оскорбила наследника генерала Таррока. Сейчас я скажу об этом отцу, и тебе не поздоровится…

Продолжая сыпать угрозами, он удаляется.

По инерции подаюсь вслед за ним и вдруг замечаю моё отражение в зеркале.

Вот тогда-то меня и хватает кондратий.