Ненужная для генерала драконов

2

А я ничего так…

Если это я, конечно, а не очередная галлюцинация. Но даже если всё происходящее – плод моего воображения, девушка в отражении приятнее, чем наглец. А то он весь из себя грозный, грудь колесом, а при этом побежал жаловаться всесильному папочке.

И моей семье тоже пригрозил наябедничать. Удачи ему в поисках моих родных! Мой сын с женой и детьми живёт на Дальнем Востоке, а другой родни у меня нет как нет. Не осталось. Давно уже овдовела, теперь живу одна. Однако не теряю позитивного настроя и не позволяю себе стареть. Занимаюсь йогой, люблю современную музыку, хожу с подружками в кино. Я девушка бойкая, оптимистичная, скуки не терплю и за словом в карман не лезу…
Оптимизм всегда работает в твою пользу. Старое тело пообносилось, скукожилось, так вот, смотрите, как мне подфартило: выдали новое. Крепенькое такое. Хорошо что женское, а то мне всякие мужские висючки ни к чему, только помешали бы передвигаться.

Жаль, что пенсию теперь платить не будут, а так я совершенно не против новой жизни. Всегда верила в то, что души зря не пропадают, а переносятся в новые тела.

Только надо разобраться, кто я такая и где живу, а с остальным справлюсь. С удовольствием.

И дома всё будет хорошо. Сын наследство получит. Муж мой полковником был, зарабатывал хорошо и обо мне позаботился. Надёжный мужчина, люблю военных.

Так что всё к лучшему.

Наглец назвал меня «Ари», но это больше похоже на кличку. Изменим.

Мордашка у меня симпатичная, но с волосами надо что-то делать, а то болтаются во все стороны, будто мне косу заплести лень. Исправим.

Платье… это что ж за юбка такая? На кринолине что ли?! А как я в ней буду полы мыть, скажите-ка? Если наклонюсь вперёд, то оно задерётся сзади аж до потолка. Так и буду сверкать исподним при неизвестно ком?

Нет уж, такое я носить не буду. Заменим.

Ой… гляньте-ка, а что это у меня посередине тела? Это такая талия, что ли? Да на неё дунь – и сломается! Похоже, меня вообще не кормят… А я в прошлой молодости была роскошной женщиной – такие формы, что загляденье. Мне замухрышкой быть не по статусу.

С предвкушением потираю руки. Врач велел мне сесть на диету, а я это дело не люблю, расстроилась даже. А теперь мне этого делать не надо, даже наоборот. Буду отъедаться изо всех сил, а то мне с таким хилым тельцем с дымящимися наглецами не справиться.

Опускаю взгляд ниже и… до меня вдруг доходит самое главное.

У меня ж ничего не болит!

Йи-ха!

Знаете, как говорят: если тебе больше сорока лет, ты проснулся, и у тебя ничего не болит, значит, ты умер. Так и со мной, только я не умерла, а родилась заново. И очень этим довольна. До слёз прямо.

Задираю подол. Еле удерживаю кринолин, с трудом сдвигаю вбок, чтобы полюбоваться ногами. А они у меня высший класс! Идеальной формы, просто загляденье. И двигаются-то как легко, чудо просто. Раз-два, раз-два.

Любуясь собой в зеркало, подпрыгиваю на месте и смеюсь от радости.

Как там танцуют в кабаре?

Громко и задорно пою известную песню и танцую, задирая юбку, крутя бёдрами и подкидывая ноги перед собой.

– Вот видишь, отец, что случилось с Ари? – внезапно раздаётся из дверей.