Ненужная наследница, или Хозяйка волшебных овец

Глава 10. Помощники

На следующий день работников у меня оказалось больше, чем одна Дана.

С утра я хотела поехать в город, но тогда овец опять никто не повел бы на пастбище, и я решила, что совмещу приятное с полезным — буду теребить шерсть на природе, заодно вымою ее в ручье и просушу на солнце. Уверена, что то, что вернул сосед, еще можно спасти и привести в товарный вид.

Только для того, чтобы перегнать овец на пастбище и перенести туда шерсть мне требовалась помощь. Дети опять носились по всей ферме с криками и воплями, и я не выдержала:

— Эй, шпана! Кто хочет леденец?

Тут же на мгновение установилась тишина, и вокруг меня собрался круг заинтересованных лиц. Пока не начался гвалт, сказала строго:

— Кто будет сегодня помогать мне, получит сладкое. Вот такое, — и угостила всех монпансье.

Я люблю их, и они у меня всегда в сумке в коробочке с надписью “Для настроения”. Как и другие конфеты, которые я ем по поводу, — шоколадные, чтобы подумать, с вафлей когда одиноко, мармелад для вдохновения. На каждый случай у меня свои вкусняшки. Нотариус с помощницей мне эту коробку оставили, так что чего бы не пустить ее в дело?

После конфет помогать мне захотели все. Поэтому с утра мы отправились на пастбище. Помимо овец, в хозяйстве еще были коровы и козы, и их мы взяли с собой. Об этом попросила мать Даны, и я не смогла отказать ей.

При ближайшем знакомстве Лария, мама девочки, мне понравилась. Это была скромная женщина с добрыми глазами и натруженными руками. Она пришла вечером после отъезда поверенного и принесла молока и хлеба. Сказала, что сегодня ужин примерно у всех такой, потому что кладовки закрыты, а то, что было приготовлено днем, она отдала детям и Сании.

И так тепло улыбнулась мне и оказалась так похожа на Дану, к который я прикипела всем сердцем, что я растаяла. Мы разговорились, я посетовала, что теперь побаиваюсь Прокла, которого чуть корытом не прибила, а она успокоила, сказав, что слово хозяйки — закон. Что магия не позволит ему перечить, и если я сказала, что сюда никто не войдет, то так и будет, если только я сама не пущу.

Еще Лария поведала, что ключи — не просто ключи, а вещицы с магией, потому, пока я сама не отопру кладовки, никто туда попасть не сможет.

Потом поделилась, что когда-то она училась в Академии, но влюбилась и забеременела. Возлюбленный, узнав о положении Ларии, сделал все, чтобы ее из Академии выгнали. Какое -то время она мыкалась с ребенком на руках, а потом вышла замуж за Гориса, который обещал увезти ее с дочкой в другую страну. Так они оказались здесь. Работы она не боится, только немного жалеет, что доучиться не получилось и в магии она не так сильна, а то помогла бы мне.

Про овец Лария сказала, что знает не так много, только то, что в артефакторике кроме металлов, камней и некоторых видов дерева раньше использовали и шерсть, но не всякую, а от овец, за которыми требовался специальный уход. Когда она тут оказалась, то думала, что это именно те самые овцы, но никаких особых свойств у их шерсти не заметила. Но это может и от того, что не знала, как смотреть, все-таки проучилась она не очень долго. А потом не до волшебства стало, работы много, да и помимо Даны, у нее еще трое детей.

Засиделись мы допоздна, а утром Лария зашла и попросила взять с собой коров и коз, если мы снова на пастбище пойдем.

— Мне некогда сегодня ими заниматься, надо Сании помочь, а то старуха ее совсем затюкает. Да и Ларсон дома, он ей проходу не дает, так что заодно присмотрю за ней. А вы идите, идите, если еще детей с собой возьмете, совсем отлично будет. А я вам на всех еды соберу из того, что осталось.

Я согласилась и предложила ребятне поучаствовать в общем деле. Когда помогать мне вызвались все, включая трехлеток, поняла, что поспешила, но отказать не смогла. Пришлось выезжать на природу всем колхозом, включая погруженных на телегу ягнят и малышей.

***

Прибыли мы на вчерашнее место, и я предупредила детей, что если слушаться не будут, то все договоренности отменяются. Дана заверила, что все будет хорошо и быстро организовала, кто смотрит за овцами, а кто за самыми мелкими. Потом раздала мелочь мелочи, вручила чесалки, повязала ленточки на ягнят и велела караулить. Я разных животных видела, чтобы на поводках выгуливали, даже свинок, но чтобы ягнят — ни разу.

Восхитилась девочкой и ее организаторским даром. Я такой никогда не была, права была Леночка, я овца безропотная и есть. Но думать об этом было некогда, я достала шерсть, поставила у ручья любимое корыто, выпрошенный у Ларии мыльный корень и занялась делом: первым делом крупный мусор убрать, потом шерсть в мыльном растворе замочить минут на двадцать, дать стечь, на солнышке просушить, перебрать и расчесать.

Дети охотно включились в работу, а я чтобы им не было скучно, стала сказки рассказывать. Про овцу и семеро ягнят, про овечку в красной шапочке, про смелого барашка по имени Бараш. Сама не ожидала открыть в себе дар рассказчика, но ребятня слушала, затаив дыхание.

Потом мы перебрались в перелесок, пообедали и нас всех сморил сон. Я вроде не хотела, но сама не заметила, как задремала.

А проснулась от отчаянного блеяния овец.

Я еще только пыталась понять, что происходит, а пацаны, включая самых мелких, бодро схватили палки и с криками бросились на неведомого врага.

— Сосед опять собак спустил, — мрачно заметила одна из старших девочек, чуть младше Даны. — В прошлый раз они у нас барана загрызли.

Я ахнула и побелела, представив, что злобные животные сделают с детьми, но тут раздался скулеж и пацанята погнали поджавших хвосты псов к ручью.

Те легко его перепрыгнули и воя и скуля, умчались к себе, а я поняла, что не могу сдвинуться с места, потому что у меня дрожат руки и ноги.

— Госпожа Дженни, да не волнуйтесь вы так, — сказала Дана, подхватывая меня под руку и усаживая обратно на расстеленное на траве лоскутное покрывало. — Собаки соседские только на овец нападают, людей не трогают.