Ненужная наследница, или Хозяйка волшебных овец

Глава 15. Все не слава Богу.

А все моя глупость. Просто когда тебя будят среди ночи стуком в дверь и вкрадчиво спрашивают, можно ли войти, как-то не думается, что придут тебя “брюхатить”.

Я сказала: “можно”.

Тут же в спальню ворвался Ларсон и накинулся на меня. В первый момент я растерялась, а потом разозлилась.

— Господин Стич! Вас приютили в моем доме не для того, чтоб непотребства творить! Убирайтесь немедленно, а не то я вам и правда антивандальные трусы сошью!

Нет, я вовсе не была смелой. На самом деле я очень испугалась.Только немного позже, сначала спросонья не поняла, что происходит и оттолкнула мужчину изо всех сил. Не знаю, помогла ли мне магия Хозяйки места, или господин Стич сам по себе нетвердо стоял на ногах, но только он свалился с ног на пол и радостно захлопал в ладоши:

— Дженни, детка! Ты все-таки согласна!

Тут я и подумала, что с этой их непутевой магией никогда не знаешь, где она сработает. А вдруг упоминание части туалета приравнивается к помолвке или сразу брачные узы накладывает?

— На что согласна? — уточнила я, забиваясь в угол кровати и подтягивая на себя одеяло.

— Быть моей! — заявил мужчина, с некоторым трудом поднялся и попытался меня поцеловать. — Сейчас ребеночка заделаем, а завтра и обряд проведем.

Ох, не стоило мне про трусы говорить, так и знала, что добром это не закончится.

— Господин Стич, я вам уже говорила, что ни о чем подобном не может быть речи, — я пыталась оттолкнуть мужчину снова, но у меня ничего не выходило.

— Ничего, — говорил мужчина, стягивая одеяло, — будет у тебя лялька, не так запоешь. Послушной станешь. Каждая баба за свой приплод на все готова. Да и брюхатые сговорчивые, никому же неохота урода родить.

Он все-таки стянул с меня одеяло и принялся задирать подол. Тогда только до меня дошел смысл его слов. Это он мне угрожает и шантажирует ребенком, которого еще в проекте нет? И явно не в первый раз уже. Так вот почему он возле Сании трется!

Меня накрыли злость и омерзение, и я закричала:

— Пошел прочь! Ненавижу! Чтоб у тебя отсохло все, — я извернулась и ударила мужчину коленом. Туда, да. Просто потому, что так получилось. Он взвыл, отступил, размахнулся и…

Замер.

— Ух ты, не знала, что я так могу, — в дверном проеме растрепанная, в сорочке и шали стояла Лария.

— Лара! — я бросилась на шею женщине и разрыдалась. Вот теперь страх накрыл меня с головой.

***

Чучело Ларсона из моей комнаты унесли Горе и Проклятие, а Лария осталась и до утра рассказывала мне о том, как быть Хозяйкой.

Хозяйка на Валлисмарге это не только собственница чего-то, это вдобавок ко всему магические обязательства и возможности. Я подозревала что-то такое, но полностью меня в это дело посвящать не спешили.

Потому и перестали таскать ягнят, что я запретила входить в ягнятник, потому и просили открыть кладовки, когда я прошлась и закрыла их. И ко мне бы никто не вошел, если бы я сама не разрешила.

Еще Лария рассказала, что и с владениями я тоже самое могу делать. Как Жромт погнал лошадь со своей земли, так и я могу никого сюда не пускать. Только для этого надо магию целенаправленно использовать и лучше всего это делать с помощью специальных артефактов. Когда-то они были, но потом заряжать их стало некому, да и незачем, поэтому оставили самые необходимые, а прочие убрали в кабинет на хранение.

И дорога обслуживалась тоже с помощью магии, только когда-то это делал муниципалитет, а потом переложил это на плечи собственников земли, требуя взносов. Получалось, как в коттеджных поселках или многоквартирных домах — собственность твоя, но помимо налогов на нее, есть еще плата за обслуживание. Грета платить не захотела, и дороги закончились.

На вопрос “велика ли плата” Лария печально вздохнула и сказал, что для нас она неподъемная. Зародились подозрения, что Корона специально пошла на это, чтобы выжить отсюда фермеров. И это им в принципе удалось. Судя по тому, что я видела на карте, все больше участков отошло в пользу казны. Не без участия господина поверенного.

И я в общем-то даже понимала, почему мужчина выкупал участки в разных местах. Просто после того как тут построят железнодорожное сообщение и вернут остальную транспортную сеть к прежнему виду, земля возрастет в цене. Собственно, мой отец занимался примерно тем же самым — узнавал о планах по благоустройству, застройке, реновации и не только брал подряды, но и выкупал объекты для последующей перепродажи.

Зря я сразу не посмотрела документы, что господин Атертон собирался мне предложить. Хотя без разговора и пояснений Греты они бы мне все равно ни о чем не сказали. Да и сейчас ничего не изменилось — я хозяйка места, в которое нет дорог. Получается, в силах поверенного это или изменить, проведя через мои угодья ветку, или оставить как есть. И тогда придется как-то выкарабкиваться самой.

Без дорог и логистики нет бизнеса, с дорогами не будет фермы. И что в этом случае проку оттого, что я Хозяйка, и мои слова что-то решают?

***

Запах от намокшей шерсти стоял такой, что как говорила бабушка “хоть святых выноси”. Пахла и вычесанная шерсть, и куски войлока, что мы из нее сваляли. И даже то, что она высохла, ничего не изменило.

— Ничего не понимаю, — расстроилась я.— Не было же такого! Мы же ее мыли, перебирали, чесали и все хорошо было, только цвет другой, не такой, как у той, что у нас осталась. Почему так?

На следующий день я пришла в себя и отправилась с ревизией. Ко мне присоединились Лария и Сания с ребенком.

— Жромт, скотина гадкая, проклятие наложил, — сказала Лария. — Когда вы через его владения ехали. Это теперь надо магов или ведьму искать и чистить все.

— Дорого? — уточнила я.

Женщины кивнули.

— А что за проклятие? — спросила, думая о том, что никак не пойму эти барские замашки, что хочу, то ворочу… Да уж, дорого нам несостоявшаяся поездка обошлась.

— Это тоже надо у магов спрашивать, но мне кажется что-то с неприязнью связанное. Чем-то вы соседа нашего очень разозлили, госпожа Дженни, — ответила Лария.