Ненужная невеста-попаданка

ГЛАВА 35

Когда мы оказались в кабинете, Эшворд предложил мне сесть и открыл дверь, впуская заждавшуюся Флоренс. Я с облегчением отметила, что с виду с ней действительно всё в порядке.

– Извини, что не смогла помочь, – шепнула она, присаживаясь рядом. – Я уже возвращалась с одеждой, когда меня затолкали в помещение и заперли.

– Ничего. Спасибо, что пыталась. В любом случае всё обошлось, – улыбнулась я девушке.

Тут Эшворд впустил ещё одну посетительницу, и мы разом замолчали при виде Катарины Дальмон, растерявшей всю свою надменность и самоуверенность. Сейчас она казалась жалкой и потерянной.

Она неохотно вошла в кабинет и остановилась в нескольких шагах от двери, а Эшворд занял своё место за рабочим столом. У меня невольно возникли ассоциации с судебным заседанием.

Увидев нас с Флоренс, Катарина побледнела ещё сильнее и испуганно запричитала:

– Я ничего не делала! Я не виновата!

– То есть мне показалось, что ты сначала высыпала на платье Альбионы разъедающий порошок, а потом заперла меня в подсобке? – не удержалась от язвительного выпада Флоренс.

– Я тоже видела, что ты сделала, Катарина. Отпираться бесполезно, – устало, но твёрдо сказала я, поскольку Эшворд пока молчал. Он просто смотрел на девушку, но смотрел так, что даже мне стало весьма неуютно.

Судя по тому, как ёжилась и мялась под этим взглядом Катарина, она сейчас вообще предпочла бы провалиться сквозь землю.

– Я не знала, что это за средство. Хотела просто испачкать платье, – теперь уже покраснев, залепетала девушка.

– И где же вы взяли это средство, Дальмон? – ледяным тоном поинтересовался Эшворд. – Вам его кто-то дал?

– Нет, нашла на складе, когда проходила отработку в хозчасти, – неохотно призналась Катарина, глядя в пол.

– Во-первых, всё содержимое складов всегда подписано, так что вы не могли не знать, что именно взяли, – прежним тоном отчеканил Эшворд. – Во-вторых, это самая настоящая кража, что само по себе – преступление.

Катарина, загнанная в угол, снова побледнела и только и могла, что открывать и закрывать рот, словно выброшенная на берег рыба.

– Но за него вы могли расплатиться отработкой. Однако то, что было сделано в отношении моей невесты, я расцениваю как оскорбление моего рода, – продолжил Эшворд голосом, от которого температура в помещении, казалось, упала на несколько градусов. Даже мы с Флоренс невольно поёжились, а Катарина начала всхлипывать, не в силах сдержать слёзы. – Поэтому с завтрашнего дня вы отчислены из академии. Сегодня можете ещё здесь переночевать, но утром получите справку в ректорате и – домой!

Флоренс удивлённо ахнула. Я же, не ожидавшая таких суровых последствий, просто замерла, не в силах вымолвить ни слова. Думала, жених в лучшем случае отработкой ограничится. Меня бы, наверное, и это удовлетворило, а тут такие радикальные действия!

Глаза Катарины наполнились ужасом. Она вдруг рухнула на колени и отчаянно заверещала, размазывая слёзы по щекам:

– Нет! Пожалуйста, не отчисляйте! Это же была просто глупая безобидная шутка! Я никому не хотела навредить!

Это зрелище не доставило мне удовольствия. Напротив, стало неприятно и даже немного жаль подпевалу Иоланты. Она, конечно, безответственная идиотка, не думающая о последствиях, но ведь по сути – мелкая сошка. Всего лишь исполнительница.

– Опозорить мою невесту, выставив её на всеобщее обозрение в одном белье, это безобидная шутка?! – ко льду в голосе Эшворда добавилась неприкрытая угроза. – Вы, в самом деле, рассчитывали остаться безнаказанной после такого?

– Но ведь она ненастоящая невеста! Временная! Все это знают! Иоланта сказала, что вам будет всё равно! – продолжала реветь Катарина, не понимая, что сдаёт уже не только себя.

В кабинете повисла напряжённая тишина. Я снова замерла от неожиданности. Хоть и надеялась, но до конца не верила, что это имя прозвучит. Ведь Вильтор обычно всегда всё сходит с рук.

– Иоланта? – переспросил Эшворд с совершенно непроницаемым выражением лица, и его голос стал обманчиво мягким. – Что ещё сказала леди Вильтор? Это она велела воспользоваться порошком?

Честно говоря, я думала, что аристократ снова будет по максимуму выгораживать бывшую невесту, поэтому очень удивилась.

Катарина затряслась ещё сильнее. Она зажала рот руками, словно пытаясь вернуть слова обратно, вскочила на ноги и горячо возразила:

– Нет! Она только сказала, что было бы здорово, если бы эту выскочку кто-то поставил на место. Остальное я сама придумала. Просто хотела… ей угодить.

Я разочарованно вздохнула. Следовало ожидать, что Иоланта не будет подставляться, лично отдавая компрометирующие распоряжения ненадёжным людям. Она же не идиотка.

В этот момент в дверь постучали, и в кабинете появились новые персонажи. Это по просьбе Эшворда привели нескольких ребят из тех, что ожидали меня, можно сказать, в засаде. Не всех, разумеется. Ведь многие, как, например, Иоланта, ночевали дома, а не в общежитии.

Студенты выглядели растерянными и напряжёнными. Эшворд обвёл их холодным взглядом и тоном, не терпящим возражений, спросил:

– Кто из вас был в курсе того, что задумала Катарина Дальмон в отношении моей невесты?