Ненужная жена дракона, или сладкая месть попаданки

Глава 22

— Аля, Аля! — меня тормошат за плечо, а я с трудом разлепляю глаза. — Рассвет уже. Эйну сказала, что пора и тестом заняться. К тому же сегодня у нас солдатский день. Они скоро за хлебом придут!

Я даже не сразу возвращаюсь в реальность. Перед глазами удаляющаяся светловолосая макушка мальчонки, и тут он… Нет, погодите… Я зажмуриваюсь и трясу головой, а потом снова открываю глаза. Тут не он, а Лейт, конечно же. Поэтому пытаюсь скинуть это наваждение, но все равно на душе остается странное скребущее чувство.

Эти сны… Я каждый раз пытаюсь их хорошо запомнить, но каждый раз лица и конкретика кака-то ускользают. Но остается ощущение, что это очень важно. Что стоит об этом подумать.

Только вот времени думать совсем нет.

Поднимаюсь с лавки и понимаю, что так и спала сидя. Теперь это отзывается болью в шее и пояснице и общей слабостью.

— Проснулась, полуношница? — кидает на меня через плечо взгляд Эйну. — Сходи за водой да там и умоешься. А то не хватает для теста немного.

Я беру два пустых ведра, на автомате иду к двери, а потом понимаю, что понятия не имею, откуда они тут воду берут.

— Проводи-ка, Лейт, да пошустрее! — подгоняет Эйну, и мы с мальчуганом выходим в промозглые утренние сумерки.

Кроме нашей, только еще у пары лавок начинается какое-то движение. Проходим мимо сборища котов, которых вышла покормить сгорбленная старушка из лавки с овощами. Потом пересекаем уже известную мне площадь и только после этого, миновав широкий, но короткий переулок, оказываемся у колодца.

Не того, которым пользуется стража, а более скромного, сложенного из грубого камня. Тут уже очередь из нескольких человек, поэтому мы послушно встаем за последним и принимаемся ждать.

— А зачем нам было все то, что ты взяла в лавке Фридо? Это же не нужно для хлеба, — наконец, задают явно волнующий его вопрос Лейт.

— Нет. Но у меня есть другая очень интересная идея, — заговорщицки улыбаюсь я. — И если она выгорит, то нам не придется ни о чем переживать.

Кажется, Лейта эта новость воодушевляет, и он, как и многие дети, от избытка эмоций начинает скакать и болтать о том, что тогда можно будет отремонтировать лавку тетки Эйну. Потому что он слышал, как рассказывали о том, что ее лавка была самая известная в их квартале, что у нее самые богатые гости города закупались, а хлеб отвозили аж в консульскую башню к самому консулу!

Надо же… Вот что имел в виду тот свинопас, которого я вчера встретила. Эйну была известна… В чем же причина ее положения сейчас?

Неважно! У меня есть шанс и желание не только вернуть ее лавке былую славу, но и превратить в уникальное место! Осталось только, чтобы этот странный Драконий бог отсыпал нам чуть-чуть удачи.

Подходит наша очередь, мы наполняем ведра и идем обратно. И тут меня осеняет!

— Блин! Я про орехи совсем забыла! — восклицаю я, привлекая внимание Лейта.

— Блин? — переспрашивает он и хмурится. — Ты знаешь, что это?

Ой, бли-и-ин… Мне же Эйну намекала, что никто не должен знать о моем происхождении. Пока я подбираю слова, чтобы как-то оправдаться, Лейт задумчиво смотрит в небо, шмыгает носом и выдает:

— У меня мама так говорила. А теперь она на небе, — молчит немного, а потом как будто специально переводит тему: — А тебе какие орехи надо? Я знаю, где достать.

Я ему пытаюсь объяснить, отчаянно надеясь, что в этом мире есть что-то похожее. Ведь, в общем-то, по моим наблюдениям флора и фауна тут не сильно отличаются. Лейт кивает и убегает, будто хочет сейчас побыть один. Впрочем, немудрено: потеря мамы всегда глубоко ранит.

Возвращаюсь в лавку, когда первые лучи солнца уже растекаются по крышам домов. У лавки Эн Сайки замечаю фигуру в темном плаще с капюшоном. Отвлекаюсь буквально на мгновение, когда дверь лавки, мимо которой я прохожу, с грохотом распахивается, а когда поворачиваюсь обратно, там уже никого нет.

Холодок пробегает по спине, но по возвращении Эйну не дает сконцентрироваться на этой мысли и тут же “берет меня в оборот”, приобщая к выпеканию хлеба. Мне интересно настолько, что я совершенно не замечаю, как проходит время, и вот уже готовые воздушные и до урчания в животе ароматные булки уже на столе.

Охранники действительно приходят почти сразу после того, как мы вытаскиваем хлеб из печи. Эйну отправляет меня, чтобы я лишний раз не попадалась на глаза страже, но я нахожу чем заняться.

Мне нужна сахарная пудра, которую на блюдечке с голубой каемочкой мне тут никто не даст. Так что я беру сахара, который накануне мне достал молочник, ступку с пестиком и иду заниматься самым что ни на есть ручным трудом.

Когда стража уходит, мы открываем лавку, а у меня начинается кутерьма. В первую очередь я спускаюсь в погреб проверить сыр и, праздную свою первую маленькую победу, обнаружив мягкую сливочную субстанцию и как бонус сыворотку. Похоже, можно будет порадовать Лейта блинами.

Потом замешиваю тесто для печенья и ставлю в печь. Стараюсь не тратить времени впустую, поэтому сразу же приступаю к соленой карамели. Честно говоря, сейчас бы мне пригодилось хоть немного магии: чтобы хотя бы помешивать можно было. Хм… Привнести в этот мир идею миксера?

Подумаю об этом позже. После того как выиграю это маленькое соревнование.

Эйну несколько раз проходит мимо, глядя на то, как я мечусь по кухне, но ничего не говорит. Ей некогда: торговля, на удивление, сегодня идет неплохо.

Когда я заканчиваю с карамелью и уже смешиваю сливочный сыр с сахарной пудрой, думая, как бы мне найти выход при отсутствии орехов, на пороге лавки появляется раскрасневшийся Лейт.

— Я все принес! — он вываливает на стол горку миндальных орехов и светится от довольства.

Меня, конечно, подмывает спросить, где он их взял, но я почти уверена, что мне не понравится ответ, поэтому просто усаживаю его перетирать, отмечая себе, что банальная кофемолка тут была бы хороша.

К концу дня у нас уже есть достаточно крупная сумма, поднос с маленькими пирожными с франджипаном, сливочным кремом и соленой карамелью и надежда, что все получится. Честно говоря, я понятия не имела, откуда я знаю, как это готовить. Но была практически полностью уверена, что подобного тут не делал еще никто.