Ненужная жена. Хозяйка драконьей крепости

Глава 1. Не та Ирис

Черные мушки пляшут перед глазами. Голова раскалывается, словно по ней ударили молотом.

Стон сам собой вырывается из груди.

Я пытаюсь приподняться, цепляясь за прохладные простыни, но тело, будто чужое, бессильно оседает обратно на подушки.

В ушах звон, противный, как комариный писк. Головокружение накрывает волной.

— Не прикидывайся, Ирис, — прорывает звенящую какофонию холодный мужской голос. — Хватит ломать комедию. Я знаю, что ты меня слышишь.

С трудом разлепляю веки. Все плывет, свет дробится, как на гранях хрусталя. Где я?

— Просыпайся же! — Рык разрывает воздух, и тут же — резкая, обжигающая боль в щеке.

Инстинктивно вжимаюсь в подушку, будто она способна укрыть от этого человека, но вместо защиты — всплеск вкуса крови на губах, теплой и солоноватой, как морская вода.

— Совет не станет ждать вечно! — продолжает он.

— Ваше сияние, генерал Атертон, умоляю, проявите терпение! — женский голос звучит сбоку, дрожит мольбой.

Пытаюсь сосредоточиться. Пространство постепенно обретает очертания: белоснежные ковры, светлые портьеры, мерцание огня в камине.

Я не дома.

Надо мной нависает мужчина. Высокий, статный, в парадной форме, расшитой серебром. У него жесткие точеные черты лица, аристократически бледная кожа и волосы цвета вороного крыла.

Но глаза… Зеленые, хищные, полные холодной ненависти.

Боже. Он как Дима. Один в один. Только в глазах моего жениха никогда не плескалась такая стужа.

Сердце колотится в горле. Я пытаюсь отползти, но тело по-прежнему будто не мое.

Позади мужчины, сжав подол темного платья, стоит девушка. Лицо бледное, с глазами, как у напуганной лани, кажется почти кукольным под тяжелой прической из каштановых волос.

— Еще секунда — и я сам притащу тебя в зал Цитадели за волосы! — Оскал стальных ноток в голосе двойника Димы не оставляет сомнений: он не блефует.

— Ваше сияние, пожалуйста! Дайте нам час! — Девушка падает на колени, руки сплетаются в отчаянной мольбе. — Я приведу лиору Ирис в порядок. Только не причиняйте ей боли… прошу вас.

В этот момент что-то словно толкает меня изнутри. Я резко сажусь в кровати.

— Дима… — Имя срывается прежде, чем я успеваю подумать.

— Наконец-то, — бросает он.

Нет. Это не Дима.

Одежда, манера говорить, интонации — все чужое. От того, кого я знала, не осталось ничего. Лишь жестокость и презрение.

— Жалкое зрелище. У тебя час. Время пошло, — цедит он с холодным отвращением. Затем разворачивается и уходит, громко захлопнув за собой дверь.

— Лиора Ирис! — девушка бросается ко мне. — Как вы…

— Кто ты? — хриплю я, ощущая, как горло сжимает спазм. Сухие губы потрескались.

— Вы… пугаете меня.

— Назови свое имя.

— Вы… вы не помните? — Кровь отливает от ее лица, оставляя его мраморно-бледным, но уже через секунду щеки заливает жар. — Вы предупреждали, что такое может случиться! Я — Элис Алмор, хранительница ваших покоев, — лепечет она с искренним ужасом в глазах. — Вы — Ирис Мелани, высокорожденная Аль’Маар.

Я моргаю. Не понимаю.

Ирис?

Где Катя, моя лучшая подруга?

Что происходит?

Я должна выйти замуж за Диму. А не очнуться в этом… кошмаре.

— Лиора Ирис… вы сможете встать? Совет ждет. Нужно переодеться.

— Пить… — шепчу еле слышно. Во рту пересохло, словно я долго была в пустыне.

— Да, конечно! Сейчас, лиора. Я принесу воды.

Элис выбегает, и я остаюсь одна. Голова все еще гудит, а перед глазами всплывают обрывки последних воспоминаний.

✦✦✦

Разглаживаю подол свадебного платья. Он струится сквозь пальцы, такой же невесомый, как и мое счастье.

В голове кружатся яркие картинки: мы с Димой бежим по берегу лазурного моря. Потом останавливаемся, ловим воздух и, смеясь, прячемся от солнца за ладонями друг друга.

Теплый ветер, соленая вода, золотой песок…

Резкий стук в дверь разрывает ночную тишину.

Я вздрагиваю.

Почти полночь. Кто это?

Девичник был вчера. Дима? Нет, невозможно. Мы договорились провести эту ночь порознь. А завтра — вместе. Навсегда.

Сердце сжимается от тревожного предчувствия.

Подхожу к двери и замираю, услышав знакомый голос.

— Ира, это я… Открой, пожалуйста.

Хмурясь, распахиваю дверь.

На пороге стоит Катя, моя лучшая подруга со школьной скамьи. Обычно она веселая, с озорной искоркой в глазах, но сейчас кажется чужой: лицо искажено страданием, а глаза блестят, как у лихорадочной.