Ненужная жена. Хозяйка лавки сладостей

Глава 7

Чувствую, как ко мне пробегает Якуб.

— Крыса! — визжит хозяйка, запрыгивая на ручки детины.

Тот роняет кочергу и тоже озирается, не понимая, куда бы запрыгнуть ему.

— Беги! — командует Якуб, и я, не раздумывая, бросаюсь прочь.

Сердце колотится как безумное, когда мы с Якубом несемся той же дорогой обратно к кондитерской. Только оказавшись в безопасности на территории своего двора, я перевожу дух.

— Ну что, довольна дипломатическим подходом? — ехидно интересуется Якуб, отряхивая шерстку.

Я сползаю по стене, закрывая лицо руками:

— Боже мой. Что это вообще было?!

— Это маленькое поселение. Если ты заходишь не с парадного, да ещё и выглядишь как бездомная в рваной юбке, что им остаётся думать?

— И что? Теперь все будут считать меня какой-нибудь грабительницей?

— Не все только половина, — утешает Якуб. — Вторая решит, что ты сумасшедшая. Кстати, у меня есть идея получше насчет ужина...

Я со стоном откидываю голову назад. Кажется, этот день может стать еще хуже. И почему я не послушала говорящую крысу?

«Беру свои слова назад. Лучше б не слушала,» — думаю, продираясь сквозь голые ветви каких-то кустарников и стараясь ступать там, где посуше.

Под ногами сплошное месиво из подтаявшего снега, перегнивших листьев и прошлогоднего мха, по лицу то и дело норовит лупануть какой-нибудь прут, а впереди бодро скачет задорная усатая крыса, маня меня за собой своими маленькими когтистыми лапками.

— Ну же, шевелись, мужнина жена! Почти пришли! — слышу и понимаю, что чем дальше, тем менее удачной мне кажется идея грызуна отправиться в лес и найти его «заначку». — Вон в том дубе! Видишь дупло?

— И что? — недоумеваю.

Тащусь за Якубом в лес, который с каждым десятком метров всё гуще, деревья выше, а их стволы толще.

— В нём я как-то спрятал каштаны. Много. Даже тебе хватит, чтобы насытиться. Знал, что рано или поздно настанет чёрный день. Не думал, правда, что так скоро, — крыса подбежала к толстенному дубу, в котором на высоте в полтора моих роста действительно виднелось большое дупло. — Если не любишь сырые, то можно и пожарить. С солью они знаешь какие вкусные получаются, м-м-м-м!

Не могу не согласиться. Каштаны я ещё с детства люблю. Печёные с дымком они чудо как хороши.

— Давай, полезай. Достанешь их, поедим. Меня же угостить не забудешь? — интересуется усатый, а я понимаю, что ствол совершенно гладкий и взобраться на него просто не представляется возможным. Да и юбку по самое не балуйся придётся задрать, чтобы проявить чудеса сноровки.

— Не-е-е-т! Я не могу. Высоковато, — развожу руками, а сама всё же ищу хоть что-то, что можно было бы использовать как подставку, чтобы попробовать дотянуться до дупла. Пенёк вполне бы сгодился.

Но, как назло, вокруг нет ни одного упавшего дерева. Да и зябко уже. Не пять минут ходим, а одежды на мне не то чтобы много.

— Эх, и всё-то мне самому за тебя делать надо, — досадует Якуб и начинает карабкаться вверх по стволу.

Медленно, но довольно ловко, цепляется лапками за выступы в коре дуба, виснет на них как заядлый акробат и забавно покряхтывает.

Я же настолько увлечённо за ним слежу, что не обращаю внимание на хруст веток неподалёку. И только когда он повторяется совсем близко, вздрагиваю и оборачиваюсь.

— Ты кто? — слышу низкий бархатистый голос, обладатель которого стоит прямо передо мной.

Взгляд упирается в крепкую грудь, просто одетого…парня? Мужчины? Приходится задрать голову, так как ростом незнакомец превосходит меня знатно. Меня заинтересованно разглядывает молодой зеленоглазый блондин со смешными ямочками на щеках и доброй улыбкой. Уже одно это не пугает, а располагает к нему. А ещё то, что лапать меня он не торопится, а будто изучает и действительно ждёт ответа.

Был бы разбойником, наверное, уже сгрёб бы в охапку. Я же тут одна. Крыса не в счёт.

— Хозяйка, — полушёпотом полуписком выдаю я.

— Леса что ли? — спрашивает парень и заходится смехом, а я понимаю, что сморозила.

— Нет, «Лакомки», — спешу исправить свою оплошность.

— О! Пожаловали-таки? Я уж думал её так и не откроют больше. Значит, ты повариха? — почесал затылок незнакомец.

— Я, эм, кондитер. Почти, — ответила, тоже разглядывая парня.

Крепкого телосложения, но одет просто. Может сынок какого-нибудь плотника или мельника? Не похож на того детину, что вышел вслед за своей матерью-кухаркой и напугал меня до чёртиков. Этот как-то добрее что ли.